Методологические проблемы теории мышления - Георгий Щедровицкий

не что иное, как определенное конфигураторное представление, из которого нужно вывести всю остальную математику. Когда положили теорию множеств в основание математики, то при этом из теории функций выбросили массу разных вещей. И многие линии исследования были заброшены. И только теперь, по прошествии 80 лет, начинается обратное движение: начинают утверждать, что в теории функций утеряно самое главное, и она, в свою очередь, кладется в основание всей математики. Таким образом, идет непрерывная игра, где одни моменты проверяются за счет других и обратно.

Итак, мне важно подчеркнуть, что конфигуратор выступает в качестве основания для критики всех синтезируемых представлений.

§ 13. Конфигуратор-модель и алгоритмический конфигуратор

Предположим, что мы имеем дело с некоторым знанием (А) об определенном объекте. Это знание было получено на основе особых средств а. Иными словами, для того чтобы получить некоторое знание (А) об объекте, нужно иметь специфические средства. Кроме того, мы имеем знание (В) о том же самом объекте, которое получено на основании средств b.

Например, о жидкости на основании физических и химических средств могут быть получены разные знания. Другим примером служит мышление, которое исследуется логикой, психологией, языкознанием, социологией и, может быть, физиологией. Каждая из этих наук имеет свой особый аппарат средств.

Теперь представим себе, что мы поставили задачу синтезировать эти знания и построили конфигуратор. Он выступает при этом как некоторая модель объекта. Особым образом оперируя с ним, мы должны вывести все наши проекции. Возникает сложный вопрос: как мы будем это делать? Дело в том, что каждая из этих проекций была получена из объекта при помощи соответствующих средств. Теперь же мы образовали некоторый синтетический конфигуратор, который стоит над всеми этими представлениями. Но какими понятиями мы будем пользоваться при выведении? Означает ли это, что мы должны выработать новые специфические средства построения знаний, и элиминируют ли эти средства старые или же они должны сосуществовать рядом? Примером может служить семиотика, которая исследует знак. Кроме того, знак исследуется логикой, социологией, лингвистикой. Делает ли существование семиотики ненужной лингвистику?

Но ставя этот вопрос, нам важно подчеркнуть другой момент: в данной ситуации мы рассматриваем конфигуратор как заместитель объекта во всей его сложности, и если мы хотим теперь сохранить старые науки, то мы должны по-особому разложить сам конфигуратор, чтобы выделить те стороны, которые исследуются какой-либо из старых наук с помощью ее методов. Для нас это важная проблема.

Мы исследуем мышление, и мы знаем, что это вроде бы синтетический предмет, который исследуется целым рядом наук. Так делает ли теория мышления, которая исследует мышление всесторонне, ненужной логику или, может быть, будут существовать теория мышления и логическая теория мышления? Какие специфические задачи будет решать каждая из этих наук? Если действительно наш конфигуратор распадается на отдельные проекции, каждую из которых исследует логика, психология и т. д., то мы помимо конфигуратора должны создать особый предмет исследования этих наук. Это уже будут не разные предметы, а куски, или части, некоторого единого предмета. Для того чтобы построить такие проекции, мы начинаем работать с конфигуратором как с объектом, раскладывая его особым образом. В этом движении мы должны разложить конфигуратор на ряд предметов и найти связи между ними. Что значит установить связи-переходы между этими разными предметами? Это значит, что для того, чтобы понять первую сторону мышления, необходимо предварительно проанализировать вторую и т. д. Таким образом, для того чтобы понять одну сторону, нужно проделать анализ других сторон с помощью других методов. В итоге мы получаем определенный цикл исследований. Их изображение выступает как особый конфигуратор-алгоритм. То есть конфигуратор-алгоритм есть изображение последовательности выделения и анализа сторон нашего конфигуратора-модели.

В моей статье «Место логических и психологических методов в педагогической науке»[64] обсуждается именно эта проблема. Меня интересует: как для педагогики работает социология, логика, психология и еще что-то? Там даны несколько разных схем. Схема развития, к примеру, является конфигуратором-моделью. А до этого дана более развернутая схема конфигуратора-алгоритма, в которой рассматривается последовательность изучения разных сторон процесса обучения: сначала рассматривается социологический аспект, затем логико-социологический и т. д. Это и есть обсуждение проблемы связи между конфигуратором-моделью и конфигуратором-алгоритмом.

Основная функция конфигуратора-алгоритма в том, что он выступает в качестве методологического предписания. Это и есть собственно методология получения такого конфигуратора. Именно он показывает, как раскладывать тот или иной предмет и как от одних представлений переходить к другим.

Рассмотрим основной результат, который мы получили. Фактически мы пришли к синтезу тех представлений, которые у нас были. Мы синтезировали и описания, и объекты.

Вспомним, как мы двигались. Известно, что описания [объекта] нельзя соединять механически. И мы от описаний переходили к объекту, затем получили конфигуратор-модель, а потом поставили вопрос: соединяются ли [на основе конфигуратора] наши старые описания? На основе нашего конфигуратора мы строим разные предметы, помимо этого устанавливаем связи между ними. И именно то, что мы связали в конфигураторе эти предметы, задает нам связь между формальными знаниями. Именно когда мы связали посредством конфигуратора наши разные предметы, мы завершили цикл нашей работы. Итогом, следовательно, является не просто построение конфигуратора-модели, где предметы даны в единстве, но кроме того мы получили конфигуратор-алгоритм и получили возможность построить на его основе единую синтетическую теорию.

Заметим, что эту синтетическую теорию нельзя понимать как плоскую, а эти разные предметы как наряду лежащие. Синтетическая теория представляет собой сложное структурное образование.

§ 14. Развитие конфигуратора

Вспомним, какую задачу решал конфигуратор в обеих своих формах. Это была задача синтеза. И она была решена. Теперь само средство, после того как решение совершилось, можно выбросить. Ибо если нам в дальнейшем понадобится вновь синтезировать наши предметы, то мы должны будем построить новый конфигуратор.

Но в истории науки дело обстоит иначе. Здесь конфигуратор начинает выделяться как особая, самостоятельная модель и развертываться параллельно с развитием синтетической теории. При этом движение конфигуратора и теории не синхронизировано. Теория может развиваться, а конфигуратор оставаться прежним, и наоборот.

Классическим примером этого может служить теория атомистических представлений. Демокрит решает ряд задач с помощью атомизма. Причем атомистика для Демокрита является средством решения математических задач, и он не вкладывал в нее тот смысл, который мы видим в ней сегодня. После того как задачи, стоявшие перед Демокритом, были решены, атомизм отошел на задний план. Затем он возродился у Гассенди в связи с новыми задачами из области естествознания. Затем атомизм принимает новый смысл у Бернулли, меняет свой смысл, попадая в химию и т. д. Причем само атомистическое представление вроде бы развивается само по себе и лишь привлекается как средство для решения различных задач. И пишутся книги