Засечная черта Московского государства XVII века - Александр Иванович Яковлев

воротами – 2000 чел., на Рязанские засеки – 5000 чел. Итого по расчету Разряда требовалось на оборону черты 16 900 чел.[153] В Рязани, Веневе, Туле, Крапивне, Одоеве, Мценске должны были стоять вооруженные отряды драгун дворян и детей боярских, численность которых трудно определить, – думаем, что итог этих сил надо считать около 15–20 тысяч чел. Черкасский сам должен был на Туле прибрать в солдатскую службу из детей боярских, за которыми в дачах нет поместий, и изо всяких чинов вольных людей 4000 солдат; 4000 драгун прибирались на Москве[154]. Самые засечные работы предполагалось выполнить даточными со служилых земель, которых собирал Приказ сбора ратных людей (по расчету около 3600 чел.), даточными с дворцовых и духовных земель (по расчету, вероятно, около 6500 чел.) и силами местного населения: 18 посадов и 18 уездов, расположенных вдоль Засечной черты, должны были дать 17 418 деловцов и 3482 лошади с телегами и сбруей, – всего, следовательно, в работах должны были участвовать около 27½ тыс. чел. при 3482 лош.[155] Из этого количества на 49 верст 300 сажен общего протяжения Рязанских засек предназначалось около трети – 9190 чел. и 1838 лош. На Каширские засеки в прибавку к местным деловцам (686 чел. и 137 лош.) предназначались 2000 чел., собираемых «со всей земли», а часть этих даточных должна была быть направлена на Малиновую засеку. На Веневскую засеку предназначались 2077 чел. местных деловцов да 416 лош., а на Тульские – 1274 чел. и 255 лош. с местного населения и даточные с дворцовых и монастырских земель. Таким образом, на пространство от Рязани до Тулы, включая укрепления Малиновой засеки, предназначалось около 23 тысяч деловцов при 2046 лошадях, и только тысячи 4 чел. при 836 лош. должны были обслуживать все остальное огромное протяжение черты от Тулы на Крапивну, Одоев, Белев и Жиздру. Аналогично распределялись, как было показано, и вооруженные силы: на запад от верхней Оки – 2400 чел., между верхней Окой и Тулой – 3500 чел. и между Тулой и Рязанью – 1100 чел.[156]

На службу государю. С картины А. М. Максимова

Разряд составил наказы кн. И. Б. Черкасскому, воеводам – начальникам отделов Засечной черты, мценскому воеводе кн. М. П. Пронскому и засечным воеводам отдельных звеньев черты.

Наказ кн. И. Б. Черкасскому[157] начинался с перечисления разрядов служилых людей, которые должны были явиться к нему на Тулу на Егорьев день весенний, т. е. к 23 апреля. В качестве наставления и напутствия наказ предписывал «столником, и стряпчим, и дворяном московским, и жилцом, и дворяном и детем боярским замосковных городов, и иноземцом… быти бесстрашно и надежно». «Осаду (на Туле) ведать осадному воеводе и осадному голове и городовым прикащиком, и о всяких городовых делех и о городовом строенье велети боярам и воеводам, князю Ивану Борисовичу с товарищи, тульскому воеводе и осадному голове докладывати себя» (лл. 101–104). Черкасскому же подчинялись воеводы отделов и отдельных звеньев Засечной черты (лл. 121–124). По приезде служилых людей на Тулу кн. Черкасский с товарищи должен был «велети росписати (их) в сотни и учинить у них голов и дворян добрых и списки головам дати», относительно не явившихся навести справки о причинах неявки и список их сообщить в Москву, а воеводам тех уездов, где окажутся нетчики, дать распоряжение прямо от себя о высылке нетчиков на Тулу, где их ожидало наказание (лл. 105–114, 128–132). «По вестям» жен и детей тульских дворян он должен был собирать на Тулу в осаду, приняв в случае их неповиновения репрессивные меры вплоть до насильственного забирания у служилых вдов их детей и холопов (лл. 114–116 и 134–137). На случай нападения татар на Тулу и осады ее Черкасский должен был принять меры к размещению наряда на тульских укреплениях, заготовить колье и каменья и т. д. (лл. 116–117). Для вестей Черкасский должен был держать в городах на юг от Тулы особых вестовщиков и все получаемые сведения немедленно сообщать в Москву, наказывая, чтобы вестовщики «с вестьми бежали к государю днем и ночью наспех» и объявляли всем по дороге о грозящем набеге (лл. 118–120, 125–127, 138–145, 179–180).

В случае набега Черкасскому предписывалось «со всеми бояры и воеводы по г. указу… итти на крымского царя на прямой бой, – и они б воеводы в городех жили с великим береженьем, и сторожи б у них были ближние и отъезжие были крепкие» (л. 120). Черкасский с товарищи должен был выбрать и место, где ему стоять на черте с вооруженными силами в случае нападения татар, – «и воеводом устроить остроги, чтоб бояром и воеводам в приход крымского царя и царевичей и болших воинских людей ис тех острогов на засеках над крымским царем и над царевичи и над воинскими людми и делом промышлять бестрашно и надежно. А у которых засек боярин и воевода князь Иван Борисович изо всех мест бояром и воеводам в приход крымского царя и царевичей и болших воинских людей велел быть, и которых засек им от крымского царя и от царевичей и от болших воинских людей и на колких верстах оберегать, и то все государь (п. т.) положил на нем боярине и воеводе на князе Иване Борисовиче… А будет крымскому царю и царевичам ведомо учинитца, что они бояре и воеводы, кн. Иван Борисович с товарищи, против крымсково царя и царевичей и болших воинских людей на Туле и по иным местам со многими ратми, и для тово крымской царь и царевичи с воинскими людми к Туле и к засекам не пойдут, а пойдут на мценские или на орловские, или на новосильские, или на чернские, или на иные на которые места для войны или учнут стоять; у которых городов для городового промыслу, и боярину и воеводе князю Ивану Борисовичу на тех воинских людей послать с Тулы воевод посылочных и голов, а с ними ратных людей, смотря по вестем и по тамошнему делу, и велеть воеводам и головам городом помогать и над воинскими людми промышлять, сколько милосердый Бог помочи подаст, а боярам и воеводам изо всех мест потому ж велети на воинских людей послать голов с сотнями и велеть воеводам и головам над воинскими людми государевым делом промышлять с воеводами вместе, над воинскими людьми поиск учинить и языков добыть и воевать не дать, а себя и людей уберечь» (лл. 155–157).

Если татары пойдут Муравским шляхом на Черленую гору[158] и «похотят старым местом проходить к берегу», то Черкасский должен выступить против них со всеми силами, стянув к себе западные и восточные отряды.