Путь к бессмертию. Том 1 - Shin Stark

собственное присутствие. У обычных слуг первого уровня оно походило на слабый огонёк, тонкую нить Ци, собранную внизу живота. У кого-то этот огонёк был тусклее моего, у кого-то плотнее. Когда мимо прошёл юноша в такой же серой одежде, я почти сразу понял: он тоже на первом уровне, но его Ци устойчивее. Возможно, ближе ко второму.

А когда по дороге прошла группа старших учеников в бело-голубых одеждах, тело само подсказало мне отступить на полшага.

Они ничего не делали. Не давили аурой, не выпускали Ци, даже не смотрели на меня. Но рядом с ними мой новый, такой драгоценный первый уровень внезапно показался смешным. Внутри них текли не тонкие ручейки, а полноводные реки. Особенно у одного высокого ученика с мечом за спиной. От него хотелось держаться подальше просто из уважения к собственному желанию жить.

Вот тогда я окончательно понял: первый уровень не сделал меня сильным.

До пагоды Лазурных Свитков я дошёл с этим новым восприятием и очень ясным пониманием, что даже внизу пирамиды есть свои этажи. Я только поднял голову от земли и увидел, насколько высоко уходит лестница.

Внутри пагоды было прохладно и тихо. Пространственная магия, которая в первый раз едва не выбила из меня весь здравый смысл, теперь воспринималась спокойнее. Хотя нормальный человек, наверное, и за сотый раз не привык бы к такому.

Я подошёл к столу регистрации.

На этот раз там сидел не старик с красным носом, а молодой парень лет шестнадцати или семнадцати. Худой, с ехидным ртом и лицом человека, которому выдали каплю власти, и он уже решил выжать из неё всё до последнего вдоха.

Он лениво поднял на меня глаза.

— Чего надо?

— Я пришёл сообщить о прорыве на первый уровень Концентрации Ци.

Он смерил меня взглядом. Потом, видимо, всё-таки заметил мою Ци и усмехнулся.

— Наконец-то. Ты из тех новеньких, которых привезли десять дней назад?

— Да.

— Десять дней до первого уровня, — протянул он. — Бездарь.

Сказал он это буднично, без особой злобы. Просто как факт. И именно поэтому стало неприятнее. Когда тебя пытаются специально унизить, можно хотя бы мысленно записать человека во враги. А когда он бросает такое между делом, значит, даже не считает нужным тратить на тебя настоящее презрение.

Его собственную Ци я почувствовал почти сразу.

Третий уровень.

Он намного сильнее меня.

Его духовная энергия была плотной и устойчивой, будто внутри него уже не просто мерцал слабый узел, а работал хорошо собранный механизм.

Спорить было бы глупо. В мире секты это вообще простая математика: пока человек сильнее, его слова весят больше. Но кланяться в пол, благодарить за мудрость и изображать тряпку я тоже не собирался.

Я пожал плечами.

— Главное, что достиг.

Парень приподнял бровь. Видимо, ожидал оправданий или заискивания, а получил слишком ровный ответ для человека моего положения.

На мгновение мне показалось, что это его задело.

Неплохо.

В двух жизнях я успел усвоить одну вещь: там, где сила решает почти всё, слабые быстро учатся пресмыкаться. Некоторые делают это так старательно, что потом уже не могут выпрямить спину, даже когда становятся сильнее.

Меня такой путь не интересовал.

Парень лениво достал дощечку, что-то записал и махнул рукой.

— Ладно, бездарь. Раз теперь ты настоящий культиватор, можешь выбрать одну из трёх базовых техник. Только не воображай, что это делает тебя кем-то важным.

— Даже не собирался.

Он хмыкнул и положил передо мной три тонких дощечки.

— Первая — Меч Летящего Облака. Базовая техника секты. Напитываешь меч Ци, ускоряешь клинок и усиливаешь рубящий удар. Подходит тем, кто хочет идти по пути меча.

Я посмотрел на свиток.

Путь меча звучал красиво. В правильной истории герой, конечно, выбрал бы именно его. Особенно в секте Облачного Меча. Проблема была в том, что у меня не имелось ни меча, ни желания лезть в ближний бой против людей, которые наверняка с детства умеют махать железом так, чтобы другие не успевали жалеть о своих решениях.

Парень указал на второй свиток.

— Ладонь Рассекающего Ветра. Собираешь Ци в руке и бьёшь ладонью. На ранних уровнях усиливает удар, может ломать кости и сбивать с ног. Хороша в ближнем бою, особенно если нет оружия.

Это уже звучало практичнее.

Оружия у меня действительно не было.

Но ближний бой всё равно оставался ближним боем. А я слишком хорошо знал цену дистанции. В прошлой жизни и в этой сближаться с опасным человеком стоило только в одном случае: когда других вариантов уже не осталось.

Парень коснулся третьего свитка.

— Стрела Душ. Выпускаешь сгусток Ци и поражаешь цель на расстоянии. На первом уровне дальность небольшая, но десятки метров всё равно даст. Освоить труднее, чем первые две, зато не надо лезть противнику под нос.

Вот.

Да, техника наверняка требовала контроля Ци, которого у меня пока было меньше, чем хотелось бы. Да, освоить её будет сложнее. Но она подходила мне лучше остальных.

Я не был благородным мечником и не собирался становиться героем, который красиво принимает удары грудью. Я хотел выжить. А выживать удобнее, когда враг находится как можно дальше.

— Возьму Стрелу Душ, — сказал я.

Он фыркнул, но спорить не стал. Вместо этого протянул мне свиток техники и ещё один, потолще.

— Это следующий трактат. «Первые врата Пути Ци». В прошлом тебе объясняли, как начать. Здесь больше о меридианах, уровнях, свойствах Ци и о том, что с ней делать дальше. Не потеряй.

Я взял оба свитка спокойно, хотя внутри всё неприятно дрогнуло от нетерпения.

Вот это уже было серьёзно.

Знания.

Я собирался сразу вернуться домой, но по дороге вспомнил о мешочке с костным порошком.

Кости духовных кур я, разумеется, не выбросил. Не для того я рисковал шеей, чтобы потом разбрасываться полезными остатками. Ещё ночью я пережёг их, растолок и просеял, получив светло-серый порошок. В справочнике было написано, что такую костную муку используют в дешёвых пилюлях для первого уровня и разных укрепляющих смесях.

То есть за неё можно было получить Камни Духа.

А Камни Духа нужны всегда. Особенно человеку, который начал путь с ужасным Корнем Духа.

Вместо дороги домой я свернул к рынку.

Рынок секты жил собственной жизнью: шумной, плотной и нервной. Здесь пахло травами, мясом, горячим маслом, старой бумагой и жадностью. Торговцы зазывали покупателей. Ученики спорили о ценах. Кто-то проверял клинок, кто-то тыкал пальцем в грибы, кто-то торговался так яростно, будто решалась судьба древнего клана, а не цена за пучок корней.

Я шёл медленно, присматривался к лавкам и