Что такое Барселона - Дарья А. Гаврилова

сегодня у нас есть лазеры вместо свинцового отвеса на канате, имевшегося в распоряжении сеньоров Гуаставиноса, у нас нет их рук, и столь совершенная кирпичная кладка больше никогда не будет достижима. Так же, как не будет достижим и тот уровень ковки металла, что можно видеть на фасаде Дворца Гуэля, или же тот уровень производства керамики, который сделал возможной мясистую плитку в форме рыбьей чешуи, которой выложены крыши (…) госпиталя Сан-Пау».

Благодаря этим народным искусствам лучшие дома каталонского модернизма выглядят как замершая в камне поэзия. Велением умелой руки камень загибается и замирает, как живое движение морской волны. С балконов на прохожих смотрят лесные нимфы, по фасаду бегут цветы из битой керамики, а железо балконов изгибается вьюнками. Каталонские модернисты, при всей их любви к прогрессу, природу любили больше: они отвергли симметрию классицизма, прямые линии и обязательное декоративное изображение вазы с фруктами на фасаде, заменив это все органической гармонией. Природа считалась высшим источником вдохновения и главным объектом для подражания, ведь природа почти никогда не симметрична, но при этом всегда (во всяком случае, так считали каталонцы XIX века) гармонична и совершенна в своей гармонии.

Антони Гауди

Величайший каталонский художник всех времен, человек, без которого современная Барселона просто не была бы возможна, и, пожалуй, главный испанский архитектор в принципе, Антони Гауди тоже был частью движения каталонского модернизма. К слову, несмотря на то что в России принято в этой фамилии ставить ударение на первый слог – Гауди, – правильное каталонское произношение предполагает ударение на последнюю гласную, Гаудй. Привычный вариант был заимствован нами у англичан, которые перенесли ударение незнакомого им языка на первый слог для более удобного и привычного англосаксонского произношения.

Антони Гаудй, в отличие от большинства знаменитых архитекторов своего поколения, не принадлежал к прослойке богатых барселонцев, заведующих мануфактурами. Он родился в небольшом каталонском городе Реус в семье ковщика котлов. Многие исследователи творчества Гауди считают, что именно благодаря профессии отца мальчик обрел прославившее его впоследствии интуитивное понимание пространства и объемов: он наблюдал, как его отец превращает плоские пласты металла в причудливые формы, как материал изгибается и становится практичным, объемным, живым.

Главная его работа, искупительная церковь Саграда Фамилия (Святое Семейство), сегодня полноценный символ Барселоны, героиня сотен тысяч брелоков, открыток, постеров и тарелок, выложенных разноцветной мозаикой. Саграда Фамилия – это самый посещаемый монумент во всей Испании, и только она одна ежегодно приносит городу 3 миллиона туристов. Из-за большой популярности личность Гауди обросла невероятным количеством мифов: некоторые гиды рассказывают, что он никогда не учился архитектуре и был самородком, кто-то интерпретирует личность архитектора через призму фрейдистской психологии, а кто-то убежден, что Антони Гауди употреблял марихуану и галлюциногены, и именно им обязан своей невероятной фантазией.

Поэтому в этой книге я постараюсь говорить только о достоверно известных фактах биографии Гауди. Первый главный факт – Гауди, безусловно, имел качественное архитектурное образование. Он закончил школу Ла Лотча (ту же, что Ильдефонс Серда), а также Высшую школу архитектуры Барселоны. Опять же, подобно Серде, Гауди вынужден был подрабатывать во время учебы – его родители не обладали достаточным состоянием, чтобы оплатить престижные университеты сына. По иронии судьбы подрабатывал Гауди чертежником у других архитекторов, то есть занимался именно тем, что впоследствии столь открыто недолюбливал. Став авторитетом архитектуры в свой черед, Антони Гауди был славен тем, что практически не рисовал проекты своих домов – он терпеть не мог чертежи, планы, классическую планировку. Возможно, именно годы вынужденных подработок привили ему такую стойкую нелюбовь к чертежам, но мы вернемся к этому чуть позже.

Академию архитектуры Гауди закончил, но с весьма скромными оценками; он часто заваливал экзамены и вышел, если использовать существующие в России аналоги оценок, с дипломом, полным трояков. К этому периоду относится анекдот, который обязательно рассказывает каждый гид по Барселоне, рассказывая про Гауди. Выдавая диплом будущему гению каталонского модернизма, директор Высшей школы архитектуры Элиас Ружен прокомментировал: «Мы только что выдали этот диплом либо безумцу, либо гению. Рассудит только время». На момент выпуска Антони Гауди было 26 лет. У него не было финансовой подушки, в дипломе стояли так себе оценки, и не было знакомых среди элит.

Первой профессиональной работой Гауди стал заказ, который совершенно не вписывается в его дальнейшее портфолио и даже более того – противоречит личности архитектора в целом. Каталония была пионером индустрии в Испании, и именно здесь появился первый в истории страны кооператив – в приморском городе Матарб. Кооперативом управляли рабочие, и задачей было производить хлопок и хлопковые товары в условиях равноправия, дружбы и социализма. Одним из идеологов кооператива в Матаро был Сальвадор Пажес, анархист и друг Гауди.

Я, разумеется, не могу знать уровень подготовки моих читателей – может быть, это первая книга о Барселоне, что вы открыли, а может быть, вы летаете в Каталонию каждой весной. Но если вы были в Барселоне и немного слышали о Гауди, то на этом моменте вам наверняка стало очень смешно. Антони Гауди? Анархисты? Социалистическая колония? Что происходит?!

Возможно, в этом состоит главное обаяние юности: наша система политических и моральных взглядов еще не сформирована и никак не стоит на пути общения с другими людьми, столь же молодыми и талантливыми. Все, что нас волнует при выборе друзей в юности, это насколько они веселые и читали ли они важные для тебя книги. Так, наверное, и получилось, что Антони Гауди, в зрелые годы своей жизни глубоко верующий человек, построивший главную католическую церковь в мире, воздерживавшийся от мяса и живший свои последние годы в религиозном аскетизме, во время учебы близко сошелся с анархистом и убежденным атеистом. «Конечно, в юности Гауди был намного менее религиозным, чем в свои зрелые годы, но это вряд ли о чем-то говорит, ведь сам папа Римский вряд ли был более набожным, чем зрелый Гауди», – пишет Роберт Хьюз.

Для кооператива в Матаро Гауди спроектировал помещение для отбеливания хлопка, два жилых крыла, а также гигантскую пчелу из бронзы, украшающую флагшток. Пчела была символом кооператива – работящее насекомое, живущее в социальных колониях. Из всех работ Гауди для своего приятеля-анархиста самыми впечатляющими были эта пчела и помещения для отбеливания хлопка. Там, где другой архитектор ограничился бы стандартным амбаром, Гауди прибег к максимально продвинутым инженерным решениям, которыми владел на тот момент. В качестве поддержки для крыши здания он использовал цепной арочный свод из дерева, то есть целую серию изогнутых арок, поставленных одна за другой и