Что такое Барселона - Дарья А. Гаврилова

гор в Барселону. В столице будущий инженер поступил в школу Ла Лотча[48], на то время лучшую школу дизайна и архитектуры в Каталонии. А три года спустя уехал продолжать образование в Мадрид, в Школу инженеров дорог, каналов и портов[49]. Некоторые исследовали считают, что именно это решение о переезде сыграло в пользу Серды: когда уже утвержденный каталонцами план Ровиры-и-Триаса был направлен в Мадрид, столичные чиновники предпочли инженера, который учился в Центральной Испании. Диплом инженера каталонец получил в 1841 году, невзирая на экономические трудности – отец не выдал непокорному сыну ни копейки на учебу. В день выпуска ему было 27 лет.

А восемнадцать лет спустя инженер спроектировал новую Барселону. План Ильдефонса Серды был намного более практичным, чем работа его конкурента с романтичным французским названием, но, как я уже упоминала выше, пожалуй, слишком радикальным для своего времени.

План Серды

Инженер Серда не стремился к поэзии и свою работу назвал просто и прямолинейно: «План расширения», Pla d’Eixample. В рамках подготовки плана расширения Барселоны Ильдефонс Серда провел много месяцев, изучая жизнь простых горожан в Старом городе. Он исследовал систему канализации, водосточных труб, вентиляции, городского сообщения. Серда наблюдал, какие улицы и площади пользовались у жителей популярностью, а какие – нет. Он также отдельно изучал взаимосвязь между городской архитектурой и здоровьем.

«Всей это статистикой Серда хотел сказать нам то, что впоследствии выразил самим Эшампле, – что люди умирали по вине плохо спроектированного города, – объяснил спустя полтора столетия архитектор и основатель Института прогрессивной архитектуры Каталонии Висенте Галларт в интервью La Vanguardia. -Города, в котором практически не было общественных пространств и остро не хватало света и воздуха в многоэтажных домах, населенных бедняками».

В финальный «План Эшампле» инженера из мазии легли несколько принципиальных требований. Во-первых, Серда хотел, чтобы спроектированный им город был гигиеничным; в домах должны были быть натуральный свет и отличная вентиляция, дополненная большим количеством парков и зеленых зон в городе. Во-вторых, Ильдефонс Серда выступал за радикальную для XIX века эгалитарность. Он хотел, чтобы в новой Барселоне его дизайна не было деления на богатые и бедные районы, а люди жили в равенстве, гармонии и любви. В XIX веке такие идеи разделял мало кто, но тем не менее Ильдефонс Серда был предвестником будущего – через каких-то пятьдесят лет Барселона стала одним из важнейших центров рабочего движения в Европе и разделяет идеи социализма и равенства до сих пор. В 2015 году горожане выбрали мэром Аду Колау, убежденную социалистку и феминистку, а в 2017 вышли на протест, требуя принять больше беженцев из Сирии.

Впрочем, из двух поставленных целей Ильдефонс Серда добился лишь одной, и несложно догадаться какой – высокое качество жилья, гигиена, натуральный свет, вентиляция. Он запланировал город с параллельно-перпендикулярными прямыми улицами, как в Америке и Санкт-Петербурге. Пересечения улиц «новой Барселоны» Серды формировали «сетку» с квадратами стороной 130 метров, внутри этих квадратов должны были разместиться жилые дома. Согласно изначальному плану здания не должны были превышать четыре этажа в высоту: этот лимит позволял бы солнцу свободно проникать в улицы между домами, обеспечивая натуральным освещением каждую квартиру. Но и это еще не все: чтобы гарантировать естественный свет в домах, Ильдефонс Серда прибег к инженерному решению, которое с годами стало настоящим символом Барселоны – он «срезал» углы домов. Если смотреть на Эшампле сверху, то обнаруживается, что дома в этом районе не идеально квадратные: у них, как у пончиков, закругленные углы. Это заметно и при прогулке по Барселоне – для того чтобы перейти дорогу в Эшампле, нужно слегка завернуть в сторону и затем повторить, чтобы вернуться на прямой участок. Когда куда-то идешь и спешишь, это невероятно раздражает, но благодаря срезанным углам перекрестки в Эшампле прекратились в просторные площади, пропускающие свет в улицы между домами.

А главная особенность плана Серда заключалась в том, что инженер планировал город-сад. Все запланированные им 7,5 квадратных километра должны были утопать в зелени. При этом Барселона-2019 – это один из наименее зеленых городов в Европе. Что пошло не так? Куда делись запланированные урбанистом сады и парки?

Дома Эшампле я сравнила выше с пончиками не случайно – сходство жилым объектам с булочками придают не только сглаженные углы перекрестков, но и полые пространства в центре квадратов. В каждом участке 130 на 130 метров дома построены только по периметру, вдоль дорог, а в центре каждый такой блок полый. Сегодня это центральное пространство занято черти чем: гаражами, складами, пристройками, сараями и просто грудами стройматериалов. Крайне редко, в особенно ухоженных внутренних дворах, имеются обустроенные патио и бассейны. И эта городская коллекция нелепых построек представляет собой не что иное, как кладбище города-сада Ильдефонса Серды.

По его изначальному плану дома не должны были превышать четыре этажа в высоту, а «квадраты» блоков жилых домов не должны были смыкаться. У каждого «пончика» должно было быть по два входа во внутреннюю часть, где, по замыслу Ильдефонса Серды, должен был находиться сад – доступный каждому, проходимый насквозь, освещаемый солнцем хотя бы дважды в день. В оригинальном варианте Барселона должна была быть нескончаемым парком, утопающим в зелени и комфортным для жизни. Его можно было бы пройти по вертикали, горизонтали и диагонали, при желании все это время не выходя из зеленой зоны. Что же пошло не так?

То, что Ильдефонс Серда был для своего времени, пожалуй, слишком идеалистичным и от того наивным. Как я уже упоминала выше, он создавал свой город свободным от классового конфликта, равным для богатых и бедных. Все жители «новой Барселоны» должны были дышать одним воздухом, жить в домах одинакового размера, иметь парки в равной дистанции от дома – и постепенно и сами становиться более равными, близкими и понимающими. Тем не менее мир не работает настолько идеалистично, и тем более мир второй половины XIX века. Богатые барселонцы хотели выделяться – в конце концов, именно это желание обеспеченных элит выделиться, определить себя как отдельную от Испании единицу и стало главным двигателем Каталонского Ренессанса. Утилитарный социализм Ильдефонса Серды противоречил всем популярным идеям своего времени. Трансформация его изначального плана началась одновременно с воплощением этого плана в реальность.

В Барселоне того времени редко какое жилье принадлежало государству и строилось государством. Абсолютное большинство домов Эшампле возводились по индивидуальному заказу и на частные деньги. Как правило, землю в «новой Барселоне» выкупали мануфактурщики-/лс//алоз или же богатые адвокаты и судьи,