Песок и доски - Cinder

— А если веду, вы что, поверите, если я скажу «нет»? — буркнул он.

— Не поверю, — согласился я. — Но мы договаривались, что если ты говоришь, то не врёшь. Так что скажи.

— Не веду, — сказал Генри и посмотрел мне в глаза, и я впервые за утро понял, зачем мы вчера договаривались про правила.

— Конечно, нет. Просто я подумал, что работа вам нужна, а дяде Билли нужен работник. И все в выигрыше.

— Ну, раз мы всё выяснили, парень, тогда веди.

— Нам сюда. — Показав на соседнюю улицу, Генри повёл меня к дяде Билли. — Мы уже почти на месте.

Его «почти на месте» оказалось ещё пятнадцатью минутами блуждания по улицам. Улицы, по которым мы шли, сильно отличались от предыдущих: тут было тихо, почти не встречались прохожие. Ни тебе лавочек, ни выпивох, праздно шатающихся и веселившихся. Конечно, не пляж со своей природной тишиной, но тоже сойдёт. Как-то стало сразу спокойно, а то опять нахлынули воспоминания о мегаполисе с его вечной толпой людей и шумом. На удивление, шума тут было как будто даже больше — или просто он был сконцентрирован в определённых людях: торговцы зазывали каждый на свой лад, где-то кричали попугаи, где-то пели песни пьяные матросы, догуливающие свой последний день на суше. Но в этих подворотнях всё замолкало. Наверное, это чудеса деревянных домов — они поглощали весь шум и давали мыслям прийти в себя.

Я уже перестал ориентироваться, только две башни давали понять, в какой стороне находится порт. А Генри всё вёл меня какими-то улочками, мы почти уже дошли до стены, отделяющей нас от бедного района. Получается, мы прошли половину торгового района. Интересно, почему Генри повёл меня таким запутанным маршрутом.

Когда Генри остановился, я чуть не влетел в него, так как отвлёкся на очень странное здание, которое выбивалось из общей застройки. Это было деревянное строение с соломенной крышей, конёк которой венчали рога оленя. Почти по всему фасаду были развешаны сухие травы, аромат которых разносился на десятки метров. Над входом висели какие-то фигурки, сделанные из соломы или из чего-то похожего — отсюда не разглядеть. Все брёвна были исписаны какими-то то ли рисунками, то ли рунами. Вид у дома был мистический и загадочный. И тут мне пришла в голову мысль, что, наверное, так и жили бы колдуны вуду, если бы они существовали в этом мире.

— Ты чего так резко останавливаешься? — спросил я у Генри.

— Так мы пришли, вот лавка дяди Билли, — сказал он, указывая на тот самый дом, в котором, по моему мнению, живёт вуду-колдун.

И он пошёл к входной двери, а я застыл в нерешительности. Ощущение тревоги нарастало — будто стоит сделать ещё шаг вперёд и пересечь незримую черту, как пути назад уже не будет, и всё, меня сожрут.

— Не бойтесь, это нормально. — Генри взял меня за руку и повёл к двери. — Дядя Билли последнее время не любит гостей. Товара нет, а выслушивать жалобы ему надоело, вот он и очертил круг страха. Но он работает только в первый раз, да и то пока не пересечёте начертанную линию.

Посмотрев под ноги, я и правда увидел вязь рун в пыли, которая уходила за дом, и стоило мне её пересечь, тут же ощущение тревоги исчезло.

— Вот видите, я же говорил. Нужно только пересечь черту, — сказал Генри, когда увидел, что я иду сам. — Похоже, вы не так просты, дядя Костя. Обычные люди вообще не ощущают этого дома, даже близко подойти не могут к линии, а вы вон — почти сами прошли. Если бы не мой амулет… — Генри достал какой-то пучок трав и камень, привязанный к ним, который висел на шнурке у него на шее. — Этот амулет мне дал дядя Билли. Сказал, что с его помощью я смогу к нему приходить и помогать по лавке.

Интересно, что это за торговец антиквариатом такой, Билли, что рисует какие-то круги и руны. Что это за мир вообще, в который я попал? Руны, круги, колдуны — а кем он ещё может быть? Колдун вуду, как есть, я о таких читал. Магия… в этом мире что, есть магия? Хотя с учётом наличия Системы можно было предположить такой поворот. Но МАГИЯ! Я что, в магическом мире? Хотя стоп, что-то я, видимо, на жаре перегрелся, — я же нашёл артефакт. Конечно, тут есть магия, Костя, ты чего тупишь.

Опа, разговариваю сам с собой — может, я и правда перегрелся на солнце. Так, погоди, ты не о том думаешь.

— Так, погоди, Генри, что ты мне недоговариваешь? Кто такой этот дядя Билли и что вообще тут происходит? И не говори мне, что он просто старьёвщик, — возмутился я.

— Юноша, может, я вам всё расскажу? — я услышал скрипучий голос, а потом, подняв глаза, увидел и его обладателя. На пороге лавки стоял смуглый старик с дредами на голове и улыбался, сжимая в своих золотых зубах сильно помятую самокрутку. — Но сначала ответь, Генри: зачем ты привёл ко мне этого, — он втянул носом воздух и рассмеялся каким-то безумным смехом, — интересно пахнущего юношу?

От этого старика веяло такой силой, что мне захотелось убежать, я даже начал поворачиваться.

— Ничего себе, а-гр-ха-ха! Генри, у твоего друга неплохо развито чутьё. — Старик перестал смеяться так же внезапно, как начал, и уставился куда-то на мою левую руку, которую я, оказывается, всё это время держал прижатой к боку. — А ещё у твоего друга под тряпкой гниёт ладонь, и вот это, юноша, куда интереснее вашего чутья. Слышно от самой калитки. Впрочем, об этом позже. Пожалуй, приберу ауру, чтобы никого не смущать.

И в ту же секунду всё схлынуло: вся паника, давящая мощь. Я просто стоял, смотрел на старика и хлопал глазами.

— Расслабься, парень, меня зовут Билли, просто Билли. Я вижу, что намерения злые с собой ты не принёс, так что проходи. Раз Генри тебя привёл, значит, так нужно.

И он развернулся и зашёл в дом. Я посмотрел на Генри, а у него такое непонимающее лицо — наверное, у меня такое же, но мне-то можно, я-то не из этого мира. Ты-то чему удивляешься, парнишка?

— Ну что, пошли, раз уж пришли, — пожав плечами, сказал я и двинулся к дверному проёму.

Страшно мне было по-прежнему, просто теперь к страху добавилось любопытство, и любопытства было