Путешественник - Е. Юань

Клейн застыл посреди комнаты, надолго лишившись дара речи.

Спустя какое-то время он покачал головой и, словно пытаясь утешить самого себя, беззвучно рассмеялся:

«Кто знает, глядишь, к тому моменту я и сам вознесусь до ангельских высот. Отгрохаю лечебницу для пациентов с антисоциальными расстройствами, а мисс Справедливость назначу главным врачом…»

Усмирив блуждающие мысли, сыщик опустился в кресло. По своей неизменной, въевшейся в подкорку привычке он принялся скрупулезно препарировать прошедшую вылазку, проводя безжалостную работу над ошибками:

'Я-то грешным делом рассчитывал пустить на «выпас» Демонессу Страданий, а заодно вытрясти новые зацепки к манускриптам Смерти и делам о пропавших людях. И кто бы мог подумать, что всё пойдет наперекосяк, а результаты окажутся столь непредсказуемыми. По сути, удалось закрыть лишь самую примитивную, базовую задачу.

Эх, не мог же я подзуживать мистера Азика броситься в драку. Как-никак, силы к нему вернулись далеко не полностью, а по ту сторону стояла сама «Нестареющая Демонесса»… Всё-таки личное могущество решает всё, надеяться лучше только на себя. Хех, а если вдуматься, в большинстве случаев я и впрямь полагаюсь исключительно на молитвы самому себе…

Что до работорговли, то клубок можно распутать с другого конца — выйти на покупателя, того самого «Безумного капитана» Коннорса Виктора'.

Клейн поерзал, устраиваясь поудобнее, одобрительно кивнул собственным мыслям и мысленно прошептал:

'Впрочем, главный куш этой ночи — я наконец-то нащупал фундаментальный принцип «отыгрыша» Безликого. И слияние, и отстранение. Мне удалось перешагнуть через внутренние барьеры и вовремя осознать фатальную угрозу полного растворения в роли.

При таком раскладе эликсир, на переваривание которого ушли бы годы заурядной, банальной актерской игры, теперь вполне может усвоиться без остатка всего за три-четыре месяца, ну максимум за полгода…'

Покончив с самоанализом, Клейн твердо решил хорошенько выспаться. А уже с рассветом он планировал вытащить беспроводной телеграфный приемник из чертогов над серой мглой и навести мосты с волшебным зеркалом Арродесом.

Разумеется, при условии, что предварительное гадание на уровень угрозы в таинственном измерении даст зеленый свет.

Глава 590

Нижний предел Арродеса

Раннее утро, над серой мглой.

Клейн силой мысли материализовал перо и бумагу, после чего, тщательно взвешивая каждое слово, вывел фразу для прорицания:

«Использование беспроводного телеграфного приемника таит в себе угрозу».

Скрупулезно перепроверив написанное дважды, он отцепил спрятанный в левом рукаве маятник и приступил к гаданию.

В процессе таинства юноша сохранял предельную бдительность, приправленную легким трепетом, — точь-в-точь как мальчишка, который зажигает петарду, заранее зажав уши руками. Если в деле и впрямь замешаны «Истинный Творец» или «Изначальная Демонесса», само гадание неминуемо обернется смертоносным ударом. Любого другого Потустороннего это привело бы к мгновенной потере контроля или мучительной гибели, однако Клейна надежно укрывал барьер серого тумана, так что финал вряд ли оказался бы столь плачевным. Принять удар на себя здесь, в этих чертогах, было всяко безопаснее, чем искушать судьбу в реальном мире. Единственное, чего он всерьез опасался — так это того, что после пары-тройки подобных «взрывов» злые божества вычислят его координаты и решат заглянуть на огонек лично.

Сноровисто погрузившись в медитативный транс, сыщик принялся беззвучно чеканить заветную фразу.

Прокрутив ее в уме ровно семь раз, он даже не стал распахнуть глаза — ответ и так был кристально ясен. Как-никак, он всё еще благополучно восседал в кресле, не корчась от невыносимой, всепоглощающей агонии.

Опустив взгляд на цитриновый кристалл, Клейн убедился в своей правоте: маятник медленно выписывал круги против часовой стрелки.

Фух… С облегчением выдохнув, он тотчас же низвергся обратно в материальный мир. Там юноша закипел приготовлениями к ритуалу, благополучно выудив телеграфный приемник из таинственного измерения над серой мглой.

Спустя добрых полчаса томительного ожидания тишину наконец-то разорвал мерный треск аппарата. Механизм выплюнул призрачный лист бумаги, на котором тут же проступили ровные строчки на лоэнском:

'Я пришел.

О великий владыка, это Вы?'

«С чего бы ему так робко и подобострастно заглядывать в рот?..» — Клейн невольно воскресил в памяти забавный мем из прошлой, земной жизни: милую альпаку, с любопытством вытягивающую пушистую шею.

Сделав пару шагов вперед, юноша сдержанно, с напускной надменностью обронил:

— Угу.

Треск возобновился, и иллюзорная бумага поспешно явила новые слова:

«Ваш смиренный и преданный слуга Арродес готов в любую секунду исполнить Вашу волю».

Титаническим усилием воли подавив укол неловкости, Клейн перешел к делу:

— Арродес, ответь: где сейчас скрывается Рой Кинг из Школы Жизни?

Опираясь на болтовню пухлого Аптекаря, он прекрасно понимал, что эта ложа строится на строгой преемственности от учителя к ученику. А наличие в их арсенале сразу двух Потусторонних путей — «Монстра» и «Аптекаря» — безупречно совпадало с визитной карточкой Школы Жизни.

К тому же, руководствуясь золотым правилом «хочешь сделать хорошо — сделай сам», Клейн заблаговременно припас фотокарточку Роя Кинга.

Стрекот аппарата внезапно ускорился. Волшебное зеркало Арродес умудрилось с помощью банального телеграфа виртуозно отстучать целый портрет! С бумаги взирал мужчина с безупречно зачесанными назад волосами и строгими очками в роговой оправе — вылитый Рой Кинг.

«Это он?» — услужливо уточнила следующая строчка на лоэнском.

Клейн утвердительно кивнул:

— Он.

Отклик Арродеса был почти мгновенным, а треск механизма зазвучал на удивление бодро и легко:

«О великий владыка, человек, которого Вы ищете, томится в казематах резиденции генерал-губернатора в Городе Щедрости Байаме».

«В резиденции генерал-губернатора?» — Клейн слегка нахмурился. Не став пороть горячку и забрасывать зеркало новыми вопросами, он с абсолютной, железобетонной невозмутимостью изрек:

— Довольно. Если следовать твоим правилам, теперь твой черед задавать вопросы.

Механизм застрекотал, и Арродес послушно вывел на бумаге простенький улыбающийся смайлик вкупе с короткой фразой:

«Я уже спросил, а Вы благоволили ответить».

«Когда это?» — Клейн на долю секунды впал в ступор, но тут же метнул взгляд на предыдущие строчки. Там черным по белому красовался вопрос: «Это он?».

«И так можно? Это тоже считается?» В этот миг сыщик кристально ясно осознал, насколько «правила» волшебного зеркала гибки и подстраиваются под ситуацию. Простого смертного эта тварь пытала бы с первобытной жестокостью и садизмом, да еще и при обязательном наличии зрителей. А здесь… банальная отписка ради галочки, неприкрытая, вопиющая поблажка!

«И в каких же условиях этот артефакт умудрился обзавестись столь покладистым характером?..» — поразмыслив пару секунд, Клейн перешел к следующему вопросу:

— Арродес, ведомо ли тебе что-нибудь о книге под названием «Дневник путешествий Гросселя»?

Зеркало выдержало пару секунд звенящей тишины, после чего аппарат вновь разразился мерным стрекотом, исторгая из себя