Eminem. От изгоя до короля хип-хопа - Ник Хэйстед

«I never packed a tool or acted cool, it wasn’t practical / … This is for my family… / Plus the man who never had a Plan B / Be all you can be, ‘cos once you make an instant hit / I’m tense to be tempted when I see the sins my friends commit» («Я никогда не носил ствол, не притворялся крутым – это было непрактично /… Это ради моей семьи… / И человек, у которого никогда не было плана «Б» / Будь тем, кем можешь быть, потому что однажды ты создашь мгновенный хит / Меня напрягает искушение, когда я вижу грехи, что совершают мои друзья»). После важность этого альбома затерялась в мечтах и глубоких страхах Маршалла.

«Never 2 Far», например, колебалась где-то на границе между отчаянием и верой, казалось, написанная из настоящего диалога, произошедшего между Маршаллом и его друзьями. В его начале он встречает одного из них на углу улицы Детройта, и они шарятся в поисках оплаты за проезд на автобусе, решая, стоит ли обмануть водителя, пока Маршалл не срывается. «You know what, look, I’m sick of taking this damn bus everywhere, man («Знаешь что, слушай, меня достало ездить повсюду в этом чертовом автобусе, чувак»), – кричит он. – I got a baby on the way, I don’t even got a car / … I still stay with my moms, 21 and still with my moms / Look, hey, we gotta make some hit records or something / You know what I’m saying? ‘Cos I’m tired of being broke («У меня скоро родится ребенок, а у меня даже нет машины /… Я все еще живу с мамой, 21 год и все еще с мамой / Послушай, эй, нам надо записать хит или вроде того / Понимаешь, о чем я? Потому что я устал быть нищим»)». Он уже тогда врал о своем возрасте (ему было двадцать три).

Он разложил перед глазами ужас молодого бедного человека, у которого вся жизнь впереди, и никакой гарантии на то, что она станет лучше, придет ли он к чему-то или будет ли вообще способен выбраться из-под крыла своей матери (без критики). Но припев с оттенком эйфории, общественного мышления «Everybody Is A Star» (1970) Слая Стоуна, показал, что Маршалл держится на плаву благодаря своей вере в хип-хоп версию американской мечты: «No matter wherever you are, you’re never too far / From revenue, huh, ‘cos you can be a king / You can rule the world, you can do anything / It’s on you, baby, ‘cos you can be a star / …A million dollars ain’t even that far away, man» («Где бы ты ни был, ты никогда не находишься слишком далеко / От дохода, ха, потому что ты можешь стать королем / Ты можешь править миром, ты можешь все / Все в твоих руках, детка, ведь ты можешь стать звездой /…Миллион долларов не так уж и далек, чувак»).

Требуется особая сила поддерживать такое мировоззрение, переворачивая котлетки для гамбургеров в детройтской столовой и возвращаясь домой к своей матери и беременной жене, которых ты не можешь обеспечить. За пределами Америки это может выглядеть как бред. Но песня доказала, что Маршалл не собирался просто мечтать и ничего не делать со своей жизнью, когда он знал, что упорная работа над рэпом может спасти ее: «Yo, I’m not about to chance it and dismiss handling business / I’m cancelling Christmas to gamble and risk this» («Йо, я не собираюсь оставлять это на волю случая и игнорировать ведение бизнеса / Я отменяю Рождество, чтобы рискнуть»). И он не чувствовал себя одиноким. Что впоследствии окажется правдой, когда рэпер станет знаменитым и слишком подозрительным по отношению к мотивам остальных, чтобы заводить новых друзей; он уже решил, что D12 – его товарищи, которые помогают ему на этом пути. Снова музыкант обращался к духовным мотивам: «The few that I trust, them’s the people that I still got / … we move through into time, my crew’s true and divine…» («Я доверяю немногим, и это люди, которые все еще со мной /…мы путешествуем сквозь время, моя команда честная и священная»).

«It’s OK», второй трек на Infinite, был более специфичный и душевный. Он описывал усилие, которое необходимо было приложить, чтобы произнести его название («Все в порядке») в Детройте. Ай-Кью вложил в него онемевший припев о бессоннице и отчужденности, тогда как Маршалл предложил другую версию своей страны грез: «One day I plan to be a family man happily married / I wanna grow to be so old that I have to be carried / … And have at least a half a million for my baby girl / It may be early to be planning this stuff / ‘Cos I’m struggling hard to be the man, and it’s tough… / I’m on a quest to seize all, my own label to call / Way before my baby is able to crawl» («Однажды я хочу стать семейным человеком в счастливом браке / Я хочу дожить до такой глубокой старости, чтобы меня приходилось переносить /… И иметь хотя бы полмиллиона для моей малышки / Наверное, еще рано планировать все это / Потому что я изо всех сил пытаюсь быть мужчиной, это сложно… / Я на пути к тому, чтобы завладеть всем, иметь собственный лейбл / Еще до того, как моя малышка научится ползать»). Успех, которого в итоге он добился, избавил бы его от необходимости бороться за жизнь или оставил бы его удовлетворенным. И Хейли уже научилась ходить к тому времени, как он получил свой первый миллион и основал Shady Records. Но, помимо этого, он в точности следовал своему изначальному плану.

«It’s OK» очевидно раскрыла его персонажа как тихого, забавного студента и повара, а обезумевший, бьющий машину сын и бойфренд были скрыты. Но она также открыла то, как этот напряженный, невыносимый этап его жизни и ответственность, которую он чувствовал за окружающих его людей, действовали на его сознание: «Praying for sleep / Dreaming with a watering mouth / Wishing for a better life for my daughter and spouse» («Молюсь, чтобы заснуть / Вижу сны и слюни текут / Мечтаю о лучшей жизни для моей дочери и супруги»). В первый и в последний раз на записи, без отчужденного сарказма Слима, он расширил свой взгляд за