Искатель 24 - Сергей Шиленко

Я в шоке уставился на тёмного эльфа, хотя руки по инерции продолжали натягивать тетиву, отправляя в полёт новые снаряды. Мариль создала для меня совершенно новую и очень качественную иллюзию перед этой операцией, никто не должен был меня узнать, я ведь проверил её перед самым выходом…

Вот только я забыл одну маленькую, но критически важную деталь местных правил Системы: когда получил ранение в бою, и моя полоса жизни пошла вниз, Система отреагировала мгновенно. Чёрт!

Моя маскировка развеялась, как дым на ветру, явив врагам моё настоящее лицо, и это означало, что Малин очень скоро узнает интереснейшую новость: Артём Крылов лично возглавлял атаку на его активы. Для меня и моей семьи эта информация станет сродни катастрофе, а Крестовый поход утратит эффект неожиданности.

— Где моя дочь⁈ — снова взревел Марлон. От мощного удара тёмного эльфа Сафиру отбросило на шаг назад, её когти с мерзким скрежетом проехались по каменным плитам пола. — Отвечай, человечий пёс!

«Человечий пёс»? Какая предсказуемая эльфийская заносчивость.

Я проигнорировал его вопли, мгновенно оценив изменившийся расклад. Мозг заработал на предельных скоростях, просчитывая варианты.

— Новый план! — рявкнул я своим крестоносцам. Командный голос эхом отразился от стен. — Убить этого болтливого ушастого ублюдка! Взять его в кольцо!

Благодаря безупречной подготовке и вбитой на тренировках дисциплине, Защитники мгновенно перешли от глухой обороны к стремительному наступлению. В соседнем коридоре остальные наши силы уже начали пробивать стены, чтобы создать новые проходы и взять врага в клещи. Пыль и каменное крошево посыпались с потолка.

Холодные глаза Марлона расширились от шока, когда он понял, что мы перехватили инициативу, а пути к отступлению отрезаются. Выпалив короткий приказ своим подчиненным, эльф активировал Маскировку Лазутчика. Его фигура замерцала и стремительно растворилась в воздухе, превратившись в один из множества полупрозрачных силуэтов.

— Держите его! — крикнул я, всаживая стрелу туда, где он стоял секунду назад.

Но опоздал.

Примерно через десять секунд напряженной суматохи и беспорядочных ударов по пустоте до меня донёсся звон разбитого стекла. Марлон бросился прямо через окно, рухнув вниз с высоты трёх этажей.

Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт!!! Это же настоящий, мать его, провал!

Минус скрытность, плюс огромная мишень на моей спине и спинах моих жён. Холодный пот прошиб меня под доспехами. Если этот ублюдок уйдёт живым и доберется до хозяина, Малин узнает, кто привёл к краху его финансовую империю, и спокойная жизнь превратится в вечное тревожное ожидание. Моих близких и друзей начнут вырезать по одному, а этого я не мог допустить ни при каких обстоятельствах.

Если мне даже придётся перевернуть весь Харалдар вверх дном, чтобы найти Марлона, сделаю это, не задумываясь ни на минуту.

Судя по нарастающему за окном гулу, от которого уже начинали противно вибрировать стёкла, Консорциум стянул к зданию куда больше подкреплений, чем я предполагал. Времени оставалось в обрез. Портал возвращения, который должна была открыть Белинда, появится всего через несколько минут, но эти минуты нам ещё предстояло пережить.

— Отступаем! — рявкнул я, перекрывая грохот битвы. Пальцы привычно легли на тетиву Громового удара. Стрелковый шторм! Мысленная команда мгновенно активировала навык, и рой сверкающих смертоносных стрел обрушился на шестерых вражеских Сталкеров, пытающихся обойти нас с фланга под покровом невидимости.

— Все назад!

Сафира и её тяжелобронированные бойцы, словно единый стальной механизм, плавно сменили направление, прикрывая наш отход, а мой ударный отряд бросился обратно в самое пекло, туда, где Хелима, яростно скалясь, медленно пятилась назад под чудовищным натиском десятков врагов.

Счёт шёл уже на е секунды. Крестоносцы оказались плотно прижаты к точке эвакуации, где с мгновения на мгновение Белинда должна была разорвать ткань пространства вторым порталом. Ублюдки из Консорциума не жалели сил, они подтянули тяжеловооружённых бойцов шестидесятого уровня, выстроив из них непробиваемую живую стену, медленно, но верно выдавливающую нас в угол.

Воздух гудел от высвобождаемой магии, пахло палёным мясом, озоном и медью пролитой крови. Я обрушил на врага всю накопившуюся ярость и сокрушительную мощь Громового удара. Тетива пела свою смертельную песню, пальцы уже ныли от постоянного напряжения, но я не обращал внимания на такую мелочь. Мана стремительно таяла, паузы между применениями способностей казались вечностью, но я не прекращал атаки. Уверен, что лично уложил как минимум полдюжины этих ублюдков.

Я сухо раздавал команды, перебрасывая бойцов на самые уязвимые участки, затыкая бреши каждый раз, когда противник с грохотом проламывал очередную стену нашего строя.

Адреналин уже не просто кипел в крови, он буквально выжигал мозги, заставляя сердце биться в бешеном ритме. Каждый наш шаг назад давался непомерной ценой сорванных до последней искры магических щитов и литров влитых в себя исцеляющих зелий, от которых уже мутило. В голове пульсировала только одна яростная мысль: «Держать строй! Не дать им прорваться к моим людям!». К сожалению, я полностью потерял контроль над ситуацией.

Каменная стена слева от меня внезапно начала пульсировать зловещим красно-зеленым светом, инстинкты взвыли об опасности. Резко крутнувшись на пятках, я шагнул прямо перед Лили, закрывая её своим телом.

В ту же секунду кладка разлетелась вдребезги, ревущая волна огня вперемешку с брызгами ядовито-зелёной кислоты вырвалась из пролома. Мозг успел зафиксировать лишь одну здравую мысль: вражеские маги по ту сторону решили проблему запертой двери самым радикальным способом, попросту забросав её высокоуровневыми площадными заклинаниями.

А следом на меня обрушился ад.

Жар мгновенно испарил воздух в коридоре, едкая жидкость вгрызлась в плоть, и из моих обожжённых лёгких вырвался хриплый неконтролируемый крик. Запах палёного мяса и жжёной ткани ударил в нос, перебивая даже химическую вонь кислоты. Лили, моя жена, стояла сразу за моей спиной, отступать было некуда, мне оставалось лишь стиснуть зубы и стать живым щитом, принимая весь чудовищный удар на себя. Адская боль прошила нервную систему с такой силой, что перед глазами потемнело, а красная полоса интерфейса стремительно поползла к нулю.

Спустя пару долгих, растянувшихся в вечность ударов сердца, агония немного отступила, сработало исцеляющее заклинание от нашей поддержки. Моя рубашка исчезла, превратившись в чёрные хлопья пепла, а кожа под ней представляла собой сплошной дымящийся ожог. Меня трясло, зубы непроизвольно выбивали дробь, но адреналин глушил боль, заставляя мышцы работать.

Жалеть себя будем потом, когда все свои окажутся в безопасности.

Сорвав с тетивы специальную стрелу, я всадил её прямо в клубящийся дымом пролом. Взрывная стрела сдетонировала с глухим хлопком, оглушая вражеских магов и