Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

и восстановление государственной независимости Великой Армении. В освещении Э. Кеттенгофена история Армении в контексте римско-персидских военных конфликтов получила совершенно новую оценку как в плане хронологии важнейших событий, так и плане выводов о геополитическом положении армянских земель на рубеже III–IV вв[128].

В рамках темы нашей диссертации мы обратились к такому запутанному сюжету, как армяно-римская война Цезаря и императора-узурпатора Максимина II Дазы (305–313 гг.), правившего на Ближнем Востоке и в Малой Азии (единственный из греко-латинских авторов, упоминающий об этой войне — Евсевий Кесарийский, в своей «Церковной истории» он сообщает о войне, которую Максимин развязал против армян — народа, исповедовавшего христианскую веру и дружественного римлянам). Эта загадочная война, произошедшая в начале IV в., послужила предметом специального исследования для нескольких авторов, которые предложили свои трактовки хронологии и содержания событий, тем не менее, все исследователи, обращавшиеся к этой теме, неизбежно сталкивались с ограниченностью источниковой базы. Чтобы расширить и уточнить сведения по армянской кампании Максимина II Дазы, исследователи привлекают дополнительные источники — нумизматический и эпиграфический материал, но это вполне логично рождает и новые дискуссии — до сих пор в историографии нет единства мнений по вопросу о том, где и когда именно развернулись боевые действия, как следует понимать этноним «армяне» в сообщении Евсевия Кесарийского, другими словами — каких армян имел в виду «отец» церковной историографии, на какой территории жили эти армяне. Все перечисленные сюжеты активно рассматривались и обсуждались в статьях К. Цукермана, К. Мосиг-Вальбург, К. Элинга, несмотря на существенные различия во мнениях, в целом указанные авторы опираются на выводы, которые еще в 1968 г. высказал Г. Кастритиус, именно он первым в западноевропейской историографии рассмотрел армянскую кампанию Максимина II Дазы в качестве самостоятельного сюжета исследования, Г. Кастритиус был первым, кто специально посвятил этому сюжету отдельную статью[129].

Подробный обзор армяно-римских взаимоотношений в течение всего IV в. представил Г. Вирт, К. Мосиг-Вальбург в одной из своих статей рассмотрела еще один из эпизодов этих взаимоотношений — функции, юридический статус и территориальное размещение Ганнибалиана, племянника императора Константина, который в 335 г. получил довольно странный и необычный титул rex regum, «царь царей» — К. Мосиг-Вальбург по-новому рассмотрела вопрос о реальной административной должности, которую занимал Ганнибалиан, а также предложила свою трактовку, как Ганнибалиан был связан с Великой Арменией, ее царской династией и родовой аристократией (нахарарами), этот вопрос давно и активно обсуждается в научной литературе[130].

Наконец, следует выделить еще три важных статьи, где рассматривается военная экспедиция, которую император Констанций II, средний сын Константина I, до 353 г. правивший в Малой Азии и на Ближнем Востоке, совершил против Персии по просьбе армянской родовой знати, союзной римлянам — тогда боевые действия развернулись на территории Великой Армении, которую захватили персы, римские войска успешно разгромили персов и выбили их из армянских земель, в вопросе о датировке этой кампании мы придерживаемся позиции, утвердившейся в историографии со времен статьи Н. Бейнса — 338/339 гг[131]. В современной литературе персидская экспедиция Констанция II, а также события последующей римско-персидской войны 340-х гг., развернувшейся в Сирии и Месопотамии, подробно рассмотрены в работах В. Портманна, Р. Хьюсена и вновь К. Мосиг-Вальбург[132].

Конечно же, следует выделить и довольно обширный тематический блок исследований, посвященных времени правления и военным реформам императора Галлиена — общие труды Л. Де Блуа и П.Д. Бриттона, подробно рассматривающие все аспекты политической деятельности Галлиена, диссертацию Р. Заксера — одно из лучших исследований по функциям, положению и роли вексилляций в римской армии, в своей диссертации Р. Заксер уделил значительное внимание и эпохе Галлиена, а также специальные статьи А. Альфельди, М.-Р. Альфельди, Й. Фитца, Х.Г. Зимона, Г.-Г. Пфлаума, И. Пизо, М. Кристоля, В. Эка, Г-У. Нубера, Ж.-Кл. Тири, К. Дитца, в которых детально прослеживаются такие вопросы, как время возникновения, история территориальных перемещений и внутренняя организационная структура мобильной (экспедиционной) армии Галлиена[133].

Крайне важный и весомый сегмент исследований, посвященных императору Галлиену, составляют работы, где рассматривается надпись галльского узурпатора Постума, обнаруженная в ходе археологических раскопок в Аугсбурге в 1992 г. С того времени содержание надписи Постума неизменно вызывало и продолжает вызывать активный интерес среди исследователей, различные авторы интенсивно обращаются к сведениям победного монумента из Аугсбурга для уточнения крайне запутанных и неоднозначных событий политической истории начала 260-х гг. Среди этих авторов необходимо назвать Л. Баккера, А. Лаваня, Т. Кисселя, М. Йене, Т. Штиклера, П. Ле Ру, И. Кенига, К. Дитца, их труды затрагивают практически все аспекты содержания надписи: хронологию правления Постума и дату его узурпации, военные мероприятия Постума и Галлиена, в том числе — борьбу двух принцепсов за контроль над Рецией, варварские вторжения, сотрясавшие границу Реции и земли северной Италии на рубеже 250-х и 260х гг., а также территориальные перемещения войсковых подразделений, входивших в состав армий Постума и Галлиена. В сопоставлении с данными нумизматики и нарративных источников, надпись Постума помогла исследователям уточнить, раскрыть или даже пересмотреть многие спорные вопросы политической борьбы, гражданских междоусобиц и военных кампаний на рейнском фронте, которые произошли в империи на рубеже 250-х и 260-х гг[134].

Отечественная историография.

Первым исследователем, который профессионально и системно обратился к изучению сюжетов позднеримской военной организации, был В.И. Холмогоров, сотрудник Ленинградского отделения Института истории, который параллельно, с 1934 и до начала 1940-х гг., обучался в аспирантуре Ленинградского государственного университета, где он специализировался по кафедре истории Средних веков. В центре исследовательских интересов В.И. Холмогорова находилась именно позднеримская армия, его внимание привлекли такие сюжеты, как военная реформа Диоклетиана и Константина, развитие конных подразделений, создание отдельных и обособленных полевых армий, мероприятия по защите границы и характер римской оборонительной политики. Все эти вопросы были рассмотрены в двух статьях, опубликованных на рубеже 1930-х и 1940-х гг., а также в кандидатской диссертации В.И. Холмогорова «Диоклетиано-константиновская военная реформа и римская армия IV века н. э.», которая сейчас хранится в Архиве Санкт-Петербургского Института истории РАН[135].

К сожалению, точно неизвестно, защитил ли В.И. Холмогоров свою диссертацию — во всяком случае, он не успел опубликовать ее в виде монографии, и она до сих пор существует только в виде машинописного текста, более того, не сохранились сведения и о том, когда умер исследователь и как он провел последние годы своей жизни, совершенно точно можно утверждать только то, что имя В.И. Холмогорова числится среди имен сотрудников Ленинградского отделения Института истории, погибших в годы Великой Отечественной войны в блокадном Ленинграде[136].

После смерти В.И. Холмогорова на долгое время изучение сюжетов