Пирин мой - Евтим Евтимов

не садился на трон. Гости остолбенели. Царь попытался исправить положение, отшутиться:

— Дай бог, чтобы все мои враги были такими…

Бабушка Елена навсегда запомнила эти слова. Это была шутка, но она хорошо знала умение Кобурга притворяться.

Воспоминания об этом случае подступили неожиданно. Тогда, несмышленым ребенком, Никола сел на царский трон, а сейчас он предстал перед военным судом по обвинению в заговоре против царя и попытке установить республику. И не какую-нибудь, а народную, без царя и господ!

Приговор подписан: расстрел!

Был двадцать третий день июля сорок второго года. Последнее свидание. Когда Елена Вапцарова смотрела на Николу через решетку, она уже не плакала, сын не должен был видеть ее слез. Постаралась понять его последнюю просьбу: «не носи цветы и жито мне на могилу. Возьми хлеб и отнеси в тюрьму — моим товарищам»!

Елена Вапцарова, двадцать третьего июля… между восемью и девятью вечера… Говорят, она стояла у открытого окна и слышала оружейные залпы на расположенном неподалеку гарнизонном стрельбище. Только промолвила: «Убили их!». Мне все кажется, что эти выстрелы поразили и ее душу. Но несмотря на это, у нее хватило силы остаться живой, выдержать неимоверную боль и не склонить головы. Бабушка Елена попросила только об одном — чтобы ей принесли сборник стихов Христо Смирненского. Венера рассказывает, что всю ночь мать поэта читала стихи Смирненского. И — запомните — читала «Иоганна». Повторяла не какие-нибудь, а именно эти слова:

От капли крови, пролитой сейчас, родятся завтра новые борцы! Приблизится двенадцатый ваш час, мы уничтожим вашу власть и вас, — идите все, идите, подлецы!

Можно было ожидать, что скорбь сломит ее и рухнет эта скала Вапцаровского рода. Такие мысли волновали и руководителей партизанского отряда в Пирине, когда они ждали в одном сарае встречи с нею, чтобы высказать ей свои соболезнования по поводу расстрела Вапцарова. Крум Радонов рассказывает, как подавленно чувствовали себя партизаны, ожидая встречи. А бабушка Елена вошла в сарай совсем естественно, на глаза ей навернулись слезы, но она смахнула их и начала рассказывать, как погибли Никола и его товарищи. Она так рассказывала, будто он находился среди них, будто завещал им отомстить за пролитую кровь, до последнего бороться за свободу.

Некоторые, недостаточно хорошо знающие Елену Вапцарову, считали, что она восприняла коммунистические идеи после расстрела сына и тогда же отреклась от религии. Факты говорят о другом. Ее разрыв с религией начался с того часа, когда она читала стихотворение Ботева «Моя молитва». Этот спор между богом небесным и богом разума продолжался годы и, конечно, окончательно завершился с гибелью Николы. С этого времени борьба за коммунизм становится ее единственной религией. Сколько раз она передавала продукты партизанам, сколько раз бывали у нее пиринские орлы из четы Парапунова.

Живы еще многие участники Сопротивления, которые в те годы встречались с матерью поэта. В своих воспоминаниях они рассказывают, как спустя год после смерти Николы, или как она его называла Николо, она заметила в кукурузе двух человек. Раз скрываются от властей, значит наши — решает Елена Вапцарова. Они признались ей, что сбежали из лагеря в Еникьой. Тогда бабушка Елена спросила, знают ли они Бориса Вапцарова. Поняв, что перед ними мать их товарища, они обрадовались, что попали именно к ней. Два дня укрывала она их в кукурузе, а потом привела домой. Позднее, установив связь с отрядом, она проводила их в условленное место. Мать, потерявшая в борьбе сына, стремилась спасти жизнь другим, потому что ее сыновья стали все те, кто боролся за свободу.

Иван Козарев любил поэзию Вапцарова, даже предлагал вызвать поэта в отряд. Он говорил, что свободе будут нужны поэты. Но вот погиб и Козарев — настоящая легенда Сопротивления в этом славном Пиринском крае. Бабушка Елена стойко пережила утрату сына. При вести о смерти Козарева она плачет и причитает:

«За всю жизнь ни разу не лег отдохнуть по-человечески, не оделся, чтобы прогуляться по-человечески, не поел по-людски. И как только выдерживал до сих пор!»

Это была не просто скорбь матери, это была скорбь человека, утратившего боевого товарища. Еще от деда она знала: «Кандалами звенят и от пули умирают только борцы».

Бабушка Елена встретила день народной победы восторженно и радостно. По ее словам, это был для нее пасхальный день. Сбылись предсказания Николы. Земля Пирина и Стара-Планины стала свободной, сбросила с себя всю нечисть и начала новую жизнь. Но это требовало немалых жертв и усилий. Нужно было перепахать межи, слить воедино разрозненные клочки земли, собрать всех людей вместе, в одну дружную семью. Как и все, кто прочно связан с землей, бабушка Елена смущена. Но все-таки отдала землю, благодаря которой подняла семью. В такие минуты в сознании ее снова вставал образ сына, и она слышала его голос: «Мама, будь вместе с людьми». В Бачево уже образовано первое хозяйство. Она идет в это село, чтобы посмотреть, как работается в нем людям. Вернувшись, передает землю кооперативу и становится его членом.

Однажды она встретила председателя хозяйства в Банско. Одежда мятая, на лице — отчаяние. Спрашивает, что с ним. В ответ на его слова о том, что, дескать, трудно, нечем платить кооператорам, некоторые из них требуют возвратить им скот, грозя выйти из кооператива, бабушка Елена говорит: «Ты пойди-ка, побрейся, оденься получше, а то, глядя на тебя, что подумают люди о новой власти?»

В то время всем, кто потерял самых близких в борьбе с врагом, государство отпускало однократное пособие или, как говорила бабушка Елена, «кровную». После разговора с председателем хозяйства, она пошла на почту и перевела хозяйству всю сумму своей «кровной». Позднее купила двух волов и тоже подарила их хозяйству.

Имя ее сына — героя Сопротивления, одного из самых крупных болгарских поэтов — стало гордостью всего народа. Его стихи читают и любят во всех уголках родной земли, они переводятся на многие языки мира. Большую часть своих средств бабушка Елена дарит детским садам или отдает нуждающимся семьям.

Елена Вапцарова — бабушка Елена, как называют ее в народе, стала заметной личностью в нашей общественной