Свободный философ Пятигорский - Александр Моисеевич Пятигорский

вот мир, в котором мы живем»,

rоворил OpTera. Но поле выбора в наше время увеличилось по cpaB

    нению с тем, что бьшо еще два века назад, в сотни раз. Вместо нескольких, не более чем пальцев на обеих руках, проблем и идей, бывших в поле зрения cpeдHero человека начала христианской эры, сейчас их в нашей жизни сотни и тысячи. Мы даже не Mor.. ли бы сформулировать или перечислить их все. Но тем не менее они живут BOKpyr нас в условиях Ha

    шей жизни и в нас самих в ВИДе вопросов, которые в любой момент MOryт быть нам заданы; и от OTBe

    тов на эти вопросы может зависеть наше существова.. ние и наша rибель. Люди не MOryт контролировать это uзобшzuе физических, моральных и интеллек.. туальных возможностей. Они чувствуют от этоrо неуверенность и страх. Их жизненная сила иссяка

    ет. «Сеrодня, коrда все кажется возможным,

ro

    ворил OpTera,

мы чувствуем, что может оказать

    ся возможным и самое худшее: вырождение, упадок, варварство». Потому что то orpoMHoe чувство вла.. сти над миром, которое испытывает современный

104

«Восстание масс» Хосе Ортеrи

и

rассета

человек, не может компенсировать rлубокое ощуще

    ние бессилия от Toro, что он потерял власть над ca

    мим собой и с ним может случиться все что yrодно. Основной ошибкой марксизма OpTera считал ero полную уверенность в будущем, основанную на знании так называемых законов развития обще

    ства, Именно эта вера в научное предвидение буду

    щеrо лишает человека внимательности и зоркости (потому что ведь и так уже все установлено), ли

    шает ero бдительности в отношении тех черт буду

    щеrо, которые уже живут в настоящем. И rлавная из этих черт

та власть, к которой идут массы средних бездумных людей. «А не слишком ли это пессимистично?

может заметить скептически настроенный историк.

    Ведь, как уже rоворилось, и раньше случал ось, что массы шли к власти и даже получали ее, и все

таки как-то обходилось, история цивилизации продол

    жалась». И здесь в ответе скептическому историку OpTera выдвиrает довольно неожиданный apry- мент. В мироощущении cOBpeMeHHoro cpeдHero че

    .. ловека он видит один, по ero мнению, yrpожающий сдвиr, который и делает всю нынешнюю ситуацию столь катастрофически отличной от всех предше

    ствующих. OpTera rОБОрИТ, что человек ПрОIWIоrо, и не только слабый и бедный, но и боrатый, Mory

    щественный и уверенный в себе, коrда он ощущал мир в целом, то ощущал ero как мир rорести, бед

    ности и муки, как юдоль скорби. Теперь же даже самый бедный, заБитыIй и неуверенный в будущем человек ощуш;ает мир в целом как мир изобилия и

105

Раздел З. Философия в меняющемся мире

неизмеримых возможностей. Этот мир от самой колыбели cOBpeMeHHoro человека ломает ero orpa

    ничения и возбуждает ero аппетит к боrатству и власти

аппетит, растущий практически до бес

    конечности. Если традиционная хрисrnанская куль

    тура, как и мноrие дрyrие до и вне ее, воспитывала в человеке хотя бы формально ИДею ero HeCOBep

    шенства, то живя и действуя в массе, он

этот человек

собой в принципе становится удовлет

    ворен. Даже и тем более, если он не удовлетворен условиями cBoero материальноrо существования. «Ощущение cBoero несовершенства является всеrда импульсом к активности у блаrородноrо че

    ловека,

rоворит OpTera.

Самодовольный че

    ловек массы не действует, он реаrирует». И посколь

    ку он реаrирует, он, по словам Ортеrи, реаrирует не избирательно, он реаrирует на все. И только oд

    ним образом: насилием. И это насилие rрозит не только существованию индивида и общества в це- лом, но и цивилизации. И здесь интересно коснуться понимания Орте.. rой Toro, что такое цивилизация, которую он прак- тически отождествляет с культурой. Мы привыкли, даже критикуя или отверrая современную (или вся

    кую, как Толстой) цивилизацию, рассматривать ее как вечную. Замечательно, что самые крайние акты cOBpeMeHHoro вандализма против цивилизации

    разрушение произведений искусства и памятни

    ков старины хулиrанами и подростками, избиение артистов и музыкантов во время Культурной peBO

    люции в Китае и так далее

rде

ТО rлубоко вклю

106

«Восстание масс» Хосе Ортеrи

и

rассета

чают в себя ИДею или чувство, что что бы с цивили

    зацией ни сделать, она останется, KaK

TO выживет, будет жить. Чувство, которое удивительным обра

    зом дополняется дрyrим, rосподствующим уже с ПЯТИДесятых rодов чувством: страхом за природу, за окружающую среду. «Человек массы,

писал OpTera,

думает, что цивилизация, в которой он родился и которой он пользуется, так же воспроиз

    водит себя, как природа, как сама природа в ее спонтанности». Более Toro, человек массы ощуща

    ет цивилизацию, и в частности жизнь большоrо ro

    рода, как природу, как лес, как джунrли, rде он сам превращается в новую разновидность первобытно

    ro человека, в цивилизованноrо варвара. В то же время он и на природу смотрит как на цивилизацию, думая, что в ней и с ней можно сделать что yrодно, притом что сам он вообще ничеrо не может сделать, ибо ЦИВИЛИзацию он получил 20товой для Macco

    в020 пользования, а природа для Hero

часть ци

    вилизации. И здесь

то и видим мы rлавный признак человека массы. Он не может ничему служить. Он только пользуется. Отсюда ero полная неспособ

    ность отличить старое от HOBoro, историю от COBpe

    менности

и одновременно связать их. Все, что он делает, а он только реаrирует, кажется ему Bce

    rда очень новым: ибо он просто не знает истории. Два ведущих массовых движения двадцатых rодов нашеrо века

фашизм и коммунизм

Орте.. ra считает rлубоко тривиальными и анахронисти

    ческими по своей природе. И дело здесь не в поли.. тическом проrрессе или perpecce, а в том, что оба

107

Раздел З. Философия в меняющемся мире

этих движения rлубоко неэтичны исторически и чужды культурному творчеству. Европейская исто

    рия есть для Ортеrи не история классовой борьбы. Эта идея показалась бы весьма плоской даже cpeд

    необразованному римлянину BToporo века христи

    анской эры. ((Ну еще бы!

сказал бы он.

А что же дальше? Или, точнее, rлубже?» История Европы есть для Ортеrи история развития, развертывания, реализации тех черт, которые лежали в основании ее культуры. И rлавный вопрос сейчас

найти те ошибки и дефекты современной культуры, которые можно бьшо бы исправить, не разрушая самой этой культуры.