Сводные. Люби меня - Катерина Пелевина

— Ага... И шептаться, прятаться, сдерживаться... Это не для меня...

— А для тебя просто расстаться? Быть на расстоянии друг от друга?

— Нет, я всё ещё надеюсь, что ты одумаешься...

— Дамиииир, — противно тянет сбоку Диана. Подкрадывается, обхватив меня за плечи.

— Кто это? — настораживается Мира.

— Никто. Дура одна. Знакомая старая.

— Ты охренел?! Совсем уже?! Ты с этой дурой спал! — выдаёт она излишне громко. Так, что даже Мира это слышит. Не проходит и секунды, как в трубке раздаются гудки...

Твою мать. Прекрасно.

Глава 26

Дамир Королёв

Разумеется, я всё бросаю и на такси мчу к дому отца. Знаю, что накосячил. И теперь мне повезёт, если она хотя бы выслушает.

В половину четвёртого оказываюсь на пороге и плетусь к ней в комнату. В тишине... Перебарываю себя, потому что совсем не хочу здесь находиться, но выбора у меня нет.

Дверь к ней оказывается закрытой, и я тихо стучусь, дожидаясь, когда она мне откроет.

Зайчонок хмурится и вытирает заплаканные щёки. Увидев меня, злится.

— Это старая знакомая. У меня с ней ничего не было, клянусь. Сейчас, в смысле... Случайно в клубе встретились... Правда...

Я проталкиваю её внутрь комнаты, сделав несколько шагов вперед.

— В клубе... Классно, Дамир. Потрясающе. Ты туда поехал, конечно же... Помолиться за наши отношения.

Смеюсь, глядя на её сердитую мордочку.

— Нет, я выпить поехал. Что и делал. Не хотел я ничего. Если бы захотел — сделал бы. Мне не нужен никто, Мира. Кроме тебя.

— Дамир, ты посмотри на моё лицо. Я вся опухла. Устала плакать из-за тебя.

— Ты могла сейчас быть со мной в постели, Мира. Мы могли быть вместе. Обниматься. Любить друг друга. Ты не из-за меня плачешь. Из-за своих решений. А я опять ломаю себя, приезжая туда, куда вообще не собирался.

Ох, как ей не нравится слушать правду. Тонкие брови сразу выстраиваются в одну линию. Недовольство так и хлещет. Она пыхтит и смотри на меня своими голубыми как небо...

— Это не значит, что надо сразу ехать куда-то по бабам и бухать! Иначе грош цена нашим отношениям! При любом удобном случае ты свинтишь! А вот родится у нас, к примеру, ребёнок... Люди всегда ругаются из-за детей. И что?! Ты снова оставишь меня и свалишь в свой клуб!?

— Что ты сказала? — спрашиваю, улыбнувшись. Не знаю почему мне приятно это слышать. Что она предполагает это.

— Ничего, — хмурится сильнее, а я обнимаю её.

— Моя девочка. Давай не будем ругаться. Я здесь... Я пришёл. Ты хотела... Я всё бросил и приехал.

— Бросил какую-то шлюху и бухло! Молодец!

— Спасибо... Ну, бросил же. И приехал, — уверенно заявляю, сжимая пижаму на её пояснице. — Поцелуй меня, малыш...

— Дамир, у меня живот болит...

— Моя-то малышка... Пойдём, полежим, я поглажу, пойдём.

Сгребаю её на руки и несу к кровати. Пристраиваясь сзади, крепко обнимаю и нежно глажу её плоский животик.

— У кошечки боли, у собачки...

Мира начинает смеяться.

— Дамир, ты...

— Самый милый парень на планете, да же? — игриво произношу, вдыхая запах её роскошных белокурых волос.

— Не оставляй меня больше. Не поступай со мной так.

Я обнимаю, а на душе тяжёлый груз. Потому что вся эта ситуация не даёт мне покоя. Как же я презираю отца за то, что он делает... С нами.

— Я не оставляю, Мир... Просто не понимаю. Мы взрослые и должны принимать важные решения. Одно из таких мы приняли, а потом... Ты отказалась от него, вернувшись в родительский дом. Чего ты от меня хочешь, маленький? Что мне сделать?

— Не знаю, Дамир... Я не отказалась... Мы можем немного побыть здесь... Вдвоём. Послушать его. Он ведь не просит нас на совсем расстаться...

— Ещё бы он о таком просил, Мира!

— Родной... Давай мы не будем по-новой, ладно? Давай нет...

— Что мы тогда будем? Давай я поглажу, и ты поспишь... Ты устала... Плакала много. Давай завтра поговорим, угу?

— Угу... А ты будешь рядом, когда я проснусь?

— Буду. Я буду рядом, когда проснёшься.

Её сердечко в груди так колотится... Я его слышу. Чувствую. Мне так хочется его успокоить.

— Когда-нибудь мы с тобой уедем отсюда... Когда закончишь универ. Будем счастливы. Заведём детишек. Попробуем жить полноценно... Без статуса сводных, да же?

— Я не хочу быть твоей сестрой... Никогда не хочу.

— Я тоже, маленький зайчонок. Ты мне не сестра. Никогда ей не была и не будешь.

— Угу... Дамир, я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, маленькая. Засыпай...

Мира немного вошкается, но очень скоро, накрытая моей тёплой ладонью, начинает засыпать, безмятежно посапывая.

Я же отключаюсь только под утро, потому что всё это время думаю, что же мне делать дальше.

Я не хочу здесь жить, но и бросить её не могу. И как выйти из этой ситуации не знаю. Мира открывает свои глазки одновременно со мной. В районе одиннадцати часов дня. Я глажу её личико, пока она зевает.

— Я опухшая?

— Немножко... Как твой животик?

— Нормально вроде... В ванну надо.

— Иди... Я подожду тебя.

— Ты же... Немного побудешь здесь сегодня? Со мной?

Заглядывая прямо в душу, Мира ждёт от меня положительного ответа, а мне и сказать нечего. Ведь я не хочу. Я хочу на нашу с ней квартиру.

— Посмотрим, ладно?

Она вздыхает и начинает слезать с кровати, но я хватаю за руку раньше, чем она встанет. Целую тыльную сторону её ладони. Нежусь.

— Я тебя очень люблю, Мира. Это правда. Если и есть кто-то, кто способен переубедить меня... Подстроить, то это ты. И ладно... Мы проведём сегодня день здесь. Вместе. Но только один день. Я не хочу, чтобы мы в итоге загнездовались здесь.

Она обнимает, радуясь и этому, а у меня внутри так паршиво... Что мне хочется выть на Луну...

Глава 27

Мирослава Королёва

Он остаётся со мной. И это буквально всё, что мне нужно. Естественно, на завтраке все удивлены его видеть. Азхар сидит с надутым выражением лица. А мама накрывает на стол, пока я держу на руках Марата.

При ребёнке все сдерживаются и помалкивают.

— Дамир, ты остаёшься? — спрашивает мама, и он нехотя кивает. — Хорошо... Спасибо.

Мама слегка задевает его плечо, сжимая на нём пальцы. А он просто молчит. Понимаю, что ему неприятно. Да и мне не особо круто за всем этим наблюдать. Но лучше с ним здесь, чем порознь.

Кладу Марата в манеж