Сводные. Люби меня - Катерина Пелевина

Засыпая на его плече, я думаю лишь о том, как сильно его люблю…

Глава 21

Дамир Королёв

Ранним утром, пока Мирослава ещё спит, перекладываю её со своего голого плеча на подушку. Мы всю ночь трахались. Просто потому что не могли друг от друга оторваться. Здесь не приходилось ни сдерживаться, ни молчать. Бегали голыми по дому, стонали и ставили друг друга в неудобное уязвимое положение. На телефоне сотни прощенных от отца. Не планирую общаться, пока не остынет. Пока не обдумает и не засунет своё парашное мнение себе поглубже в одно место. А сейчас набираю номер врача и договариваюсь о том, чтобы мы сегодня приехали на приём с Мирославой.

Возвращаюсь к своей сонной девочке и подстраиваюсь сзади. Целую нежную шейку, прикусывая, пока она прячется от меня, обнимая подушку.

— Спаааать... Ещё спааать... Дамииир.

— К врачу скоро, малышка. И я тебя снова хочу...

— Я чувствую. Но мне ещё сегодня на осмотр. Неудобно же...

— М-м-м... Тогда поцелуй. Поцелуй мой член, Мира...

— Хитрый наглый грубиян.

— Я вежливо прошу... Зайчонок. Сделай приятно. И я сделаю тебе тоже...

Трогаю её волосы. Массажирую голову. Сжимаю ягодицы. Шлепаю. Мне бы остановиться, но я уже возбудился на всю катушку. У меня член колом стоит. Дубовый, сука. Особенно зная, что она не беременна.

Зайчонок оживает, когда я растираю её влагу по промежности.

— Ладно... Я сейчас, — шепчет, целуя грудные мышцы. Опускается губами вниз. — Ляг на бок. Хочу так.

Я переворачиваюсь и притискиваю её голову к паху. Трахаю её сладкий рот. А она сосёт и облизывает меня. Так горячо постанывая, что у меня яйца звенят.

— Моя девочка. Глотай. Глубже. Хочу тебя глубже.

Вдалбливаюсь, вынуждая её давиться. Но уверен, что она вся мокренькая и ждёт только моего языка на своей промежности.

— Мира... Как же ты охуенно сосёшь...

Не умела когда-то, а сейчас уже приноровилась ко всему. Меня знает, знает, как люблю, за считанные минуты размазывает. Второй ладонью гладит мои яйца, блядь. И всё. Трескает напряжение. По башке грубым залпом ударяет мощная волна кайфа. Да я с ней на волнах наёбываю. Замедляюсь, расщепляюсь, кончаю. Она высасывает всё до последней капли. Делает глубокий вдох. Целует мой живот, когда приподнимается, и я вздрагиваю, покрываясь мурашками.

— Пиздец, — откидываюсь на спину и чувствую, как она берёт мою руку, а затем кладёт её к себе между ног. Не просто влажая... До безобразия мокрая.

— Ждёшь меня?

Мира кивает, состроив грустную молящую гримасу. И я веду по её коже губами, забираясь сверху. Пристраиваюсь между ног и начинается волшебство...

* * *

Через несколько часов мы с Мирославой уже сидим на приёме, и она рассказывает всё, что произошло. Затем её зовут на кресло и начинают смотреть, я при этом жду.

Делают УЗИ. Исключая беременность.

— На фоне стресса задержка. Вот-вот должны начаться месячные. Фолликулы созревают.

Я ни хрена не понимаю, но счастлив это слышать. А стресс — это, видимо, моё появление в жизни Мирославы... Всё сходится.

— Дамир, проследите, чтобы Ваша дама лучше питалась, — подсказывает врач. — Худая, как килька.

Мира только стеснительно краснеет, но молчит.

— Мужчине нужно мясо, а не кости, — добавляет женщина и исчезает, а я обнимаю Мирку, притягивая к себе.

— Не слушай её. У тебя идеальная фигура.

— М-м-м... Значит, ты не хочешь мяса?

— Хочу, вот сейчас и поедем его кушать.

— М?

— В ресторан поедем. Обожрёмся мяса. Тем более, повод есть. Мы не беременны! Еху! — излишне радостно выкрикиваю.

— Звучит странно, но я согласна. Я бы не хотела быть беременной... От другого.

— Всё. Закрыли... Поедим как следует и в кино. Сегодня же суббота. Отдохнём...

Она сказала так не спроста, верно? Обозначила в конце это «от другого». Значит... От меня хотела бы? Это как-то особенно приятно, что ли... Что со мной она была бы рада иметь детей...

— Как Азхар? — нарушает она мои мысли. — Звонил? Мне мама столько раз уже позвонила. Но я не поднимаю... А всё равно придётся. Там наш брат. Мы ведь должны его видеть... Навещать.

— Должны. Он остынет. И не заберёт тебя. Ты совершеннолетняя. Он на нас никак не повлияет. Я просто боюсь, чтобы он не выпил кровь твоей матери. Он бывает очень... Упёртым.

— Как и ты... Думаю, у вас намного больше общего, чем ты думаешь...

— И вместе с тем, я не стал указывать ему, кого любить. Он любил твою маму. Изменял моей. Я высказал только сейчас. А мог и тогда. Не хотел вмешиваться. Это чувства. Кто я такой в конце концов? И он не имеет права вмешиваться в наши.

— Не кипятись, восточный парень...

Обнимает она за плечи и запутывается в моих волосах.

— Не надо злиться...

— Пытаюсь. Но с ним всегда так... Нервы — оголенные провода... Я только вернул тебя. Я знаю, что такое боль разлуки. И не отдам. Ни за что тебя никому не отдам.

— Дамир, — Мира виснет на мне, а я благодарю Бога, что хотя бы эта ситуация решилась. Но почему-то уверен, что это не все наши трудности... Надеюсь, жизнь хотя бы немного соизволит смягчиться и даст передохнуть...

Не справляюсь. Дно уже прорывает...

Глава 22

Мирослава Королёва

Как мне нравится проводить с ним дни и ночи…

Будто внутри всё цветёт… Слишком много эмоций и чувств. И как только такой хрупкий сосуд справляется со всем этим. Порой ведь действительно кажется, что не выдержит. Сердце такое хрупкое… И мы такие уязвимые. Особенно, когда искренне любим.

— Гром гремит...

— Слышу... Гадость... Ещё и мокро... Брррр. Нет, я, конечно, люблю, когда мокро... — пристаёт он, обхватывая моё бедро своей широкой тёплой шероховатой ладонью, а я смеюсь взахлёб, уворачиваясь от него. Какой же всё-таки нахал… Но такой любимый нахал.

— Дамир, опаздываю, прости, — я целую его на прощание и убегаю, пока он ещё дремлет. До универа рукой подать. Сегодня дождь, и ему, судя по всему, вообще не хочется выходить на улицу. Он у меня не любитель подобной погоды. Фиг заставишь вылезти. Любит солнце.

— Аккуратнее, малышка... Пожалуйста, напиши мне потом. Я ещё подремлю.

Зарываясь под одеяло, прячется от всего мира, а я бегу на лекции, прикрываясь зонтом. Сегодня пять пар... Домой я вернусь не раньше пяти вечера, точно. Надеюсь, мой красавчик найдёт чем себя занять. Хот, у него ведь всегда работа.

— Привет, — встречает меня Юля в холле. Обе замираем, глядя друг на друга, и я иду сдаваться. Подружка