Сводные. Люби меня - Катерина Пелевина

матери. Надеюсь, что нам удастся его убедить... Что всё это не назло. Что мы реально любим друг друга. Сам же должен понимать, что такое разлука с любимым человеком.

— А мы не на машине?

— Пешком. Тут очень близко, идём...

Забираю Мирославу с учёбы и веду через три дома, а там, вуаля! Мы на месте.

— Блин, очень удобное месторасположение. А тебе удобно?

— Мне всегда удобно, если рядом ты. Это понятно?

— Ага, — хихикает она. И мы поднимаемся на восьмой этаж новостройки.

Мирка и тут прячется за моей спиной. Она всегда как мой маленький серый напуганный зайчик.

— Проходи, наша ведь теперь квартира...

— Точно наша? — спрашивает, осматриваясь, а я подхватываю её на руки и усаживаю на тумбочку в прихожей.

— Ну... Можем пометить, если хочешь... Чтобы наверняка. Как такая идея? — соблазнительно шепчу прямо в маленькое ушло, а она жмётся от меня и смеётся.

— Погоди, мне щекотно! Дамир!

— М-м-м? — трусь об неё щетиной. — Что?

— Ты бываешь таким наглючим... Таким... Противным.

— Но остаюсь твоим любимым... Горячим. Восточным парнем, да?

Она хохочет на всю квартиру, а я не понимаю, что сказал не так. Говорили ведь уже на этот счёт.

— Я ведь не шутил, малышка, нет, — трогаю её грудь и целую шею прямо там. Нагло вторгаюсь к пуговице её брюк и тяну их вниз вместе с трусиками.

— Ты обалдел совсем... Только зашли... Даже квартиру не видели... Ах... — вздрагивает она, когда я вхожу в неё прямо на тумбе.

— Потом посмотрим... Сейчас самое время. Скучал. Хотел тебя... Да и ты не обманешь, — трогаю её клитор. Скольжу по нему выделенной смазкой. — Течёшь вся. Врунишка.

— Я не врала... Теку, конечно, — скулит моя девочка и целует, обхватывая ладонями мой затылок. — Поцелуй, Дамир... Поцелуй меня. Сильнее.

Кажется, всю её облапываю. И шанса не оставляю увернуться. Да она и не собирается, конечно. Она открытая со мной. Всегда. Искренняя и самая отзывчивая в мире моя Мира... Мой Мир.

— Дамир... — как чувствует, подгоняет мысли. С ума меня сводит. Я вообще не знаю, как жил этот год. У нас не секс. У нас что-то сильнее и выше этого. Потому что я не чисто физически расслабляюсь, а духовно. Мне с ней комфортно в любом ключе. Но кончать одновременно приятно вдвойне. Она сжимает мои плечи. Вся сгибается на этой тумбочке в три погибели, пока я делаю заключительные движения и кончаю прямо на край чёртовой мебели. Мира заливается, а я утыкаюсь в неё лбом.

— Прости... Не хочу с презиком. С тобой всё иначе...

— Я тоже ни с кем кроме... — замолкает она, видя мой взгляд. — Прости.

— Пойду на балкон, — отвечаю, подтянув штаны. Пиздец меня за секунду выносит с мыслей об этом. Всё было хорошо, и на тебе… Как будто в чан с кипятком опустили.

— Дамир, ну, подожди... Пожалуйста...

Зайчонок бежит за мной, а мне нужно просто выдохнуть. Чувствую, как её руки смыкаются на моём животе, а сама она обнимает, уткнувшись носом между лопаток.

— Дамир...

— Я не на тебя, малышка. Я просто злюсь. А сорваться не хочу... Всё полетело по пизде тогда. Я сам во всём виноват... Дай мне, пожалуйста, время... Хотя бы пять минут. Я подышу и приду к тебе... Покажу всё здесь. Хорошо?

— Хорошо...

Мира выходит с балкона, а я смотрю вниз с восьмого этажа и вспоминаю, как мне было хреново без неё... Ревность и загоны можно перетерпеть... А жизнь без неё — уже вряд ли...

Глава 18

Мирослава Королева

Дамир порой нервничает, но мы пытаемся всё уладить. Сейчас мы приехали к его отцу в больницу вместе. Его скоро выпишут, а нам пора рассказать... Это уже не тайна. И пока мы сидим, Дамир начинает этот нелёгкий разговор первым.

— Отец, нам надо сказать... Мы с Мирой. В общем, мы вместе. Как... Пара.

У Азхара такое лицо. Мне кажется, он готов разорвать его. А я сжимаю ладонь Дамира сильнее.

— Пожалуйста, не думайте, что мы назло. И что Дамир что-то сделал против моей...

— Мира, выйди, — перебивает меня Дамир. Жрёт его взглядом. Они оба не в себе сейчас.

Я нервно сглатываю слюну. Вообще этого никак не ожидала. Но всё же делаю, как он говорит. Выхожу к маме, а она пытается успокоить, но я слышу, как разговор продолжается на повышенных.

— Ты в своём уме?! Что люди скажут?!

— Да мне похер, чё они скажут! Я её люблю и срать я хотел на твоё мнение!

— Ты совсем уже охренел, Дамир?!

— Это ты охренел! Давно ли за тебя решали твои родители!? Давно ли ты матери рога ставил!? Что ты мне здесь общественным мнением тычешь?! Я забираю её, сегодня же! А если не нравится, можешь идти на хер и забыть про то, что у тебя есть сын! Так тебя устроит?!

Внезапно дверь распахивается, пока я плачу у мамы на плечах, а Азхар ещё кричит ему что-то вслед.

— Дамир, вернись, мы не договорили! Никуда ты её не заберёшь! Дамир!

Он уходит, а я не знаю, что мне делать. Просто смотрю ему вслед и реву. Но не могу же я отпустить его вот в таком состоянии, да же???

— Мам, я пошла за ним. Извини. Объяснись за меня. Я его люблю.

Я убегаю следом. На улице, как назло, начинается дождь. Он уже собирается уезжать, но я быстро юркаю к нему в салон.

— Вот куда ты собрался в таком состоянии?! Хотел бросить меня снова? Из-за какой-то ссоры с отцом? Бросить?! — начинаю колотить его, а он прижимает меня к себе.

— Дурочка. Я за вещами твоими поехал. Хотел перевезти всё в квартиру. За тебя же испугался. Что не отпустят. Побыстрее забрать. Мир... Нахрен его. И их всех нахрен. Не оставлю я тебя больше. И срать мне на всех. Поняла, малыш? — он обхватывает мои влажные волосы ладонями и начинает меня целовать. А я реву белугой, уже не понимая, где капли дождя, а где мои слёзы.

Его тёплые широкие ладони успокаивают и удерживают перед собой.

— Почему он так... Какая ему разница?

— Потому что он — известная личность. Не хочет, чтобы болтали. Но это не значит, что мы должны его слушать, Мира. Это нихрена не значит, — протестует он.

— Я знаю... Дамир. Я знаю.

— Я нас обеспечу. Не волнуйся даже на этот счёт. Пусть нахер идёт.

— Господи, Королёв. Да похрен мне на твои деньги. Неужели не ясно?!

— Ясно, малыш, ясно. Всё. Поехали за твоими вещами.

— Сначала