Экономическая история России - Сергей Викторович Ильин

как земли Европы. Наконец, крупные усовершенствования в судоходстве позволили снизить цены на транспортировку грузов. Вплоть до 70-х гг. XIX в. полновластным хозяином водных просторов все еще оставался парусный флот. Затем ситуация радикально поменялась в пользу парового флота. В кораблестроении расширилось применение стали, что позволило увеличить размеры пароходов. Примерно с конца 1860-х гг. ширилось применение компаунд-машин, работавших по принципу двойного расширения пара. Экономия пара и, соответственно, топлива во флоте имела очень большее значение: корабельные запасы топлива стремились к минимуму из-за ограниченности помещений. В конце 1890-х гг. появляются корабли с мощными паровыми двигателями (до 3–5 тыс. л.с.) и т. д.

Производство ножниц в кустарной мастерской (село Павлово Нижегородской губернии). Фотография. 90-е годы XIX в.

На падение цен помещичье хозяйство реагировало по-разному. Предприимчивые землевладельцы переходили на производство товаров, цены на которые снизились меньше, чем на зерно, например сахарной свеклы или продуктов животноводства. Они создавали предприятия по переработке продукции сельского хозяйства (винокуренные и крахмальные заводы); начали заниматься товарным садоводством и пчеловодством. Промышленная переработка сельскохозяйственных продуктов серьезно повышала предпринимательские доходы аграриев и увеличивала ценность их земельных владений. Общая стоимость дворянских земель в европейской России (без учета Прибалтики, Архангельской, Астраханской губерний и области Войска Донского) за время с 1877 по 1905 г. возросла без малого в 3 раза (с 1,5 млн до 4,3 млн руб.).

В зерновых районах с экспортной направленностью (Ново-россия и Заволжье) крупные товаропроизводители пытались снизить свои денежные расходы, переходя от сравнительно дорогой капиталистической системы обработки полей к дешевой отработочной. Нередко они просто сдавали землю крестьянам в денежную аренду либо за отработки. Тяжесть кризиса помещики пытались переложить на плечи крестьян: падение хлебных цен никак не влияло на размеры отработок за десятину арендованной земли. Для аграрного сектора капиталистической экономики России характерным явлением стал опережающий рост арендных ставок по отношению к земельным ценам.

Развитие рыночных отношений в аграрном секторе российской экономики сопровождалось возрождением и широким распространением такой пережиточной формы капитализма, какой был торгово-ростовщический капитал. В роли ростовщиков, обогащавшихся на безысходной нужде крестьян-середняков, выступали как дворяне-помещики, так и деревенские богачи, получившие прозвище кулаков. Русское кулачество являлось переходным типом капиталистического предпринимателя. Его нельзя уподоблять ни свободному американскому фермеру, ни английскому фермеру-арендатору. Этот тип исчезает вместе с исчезновением мелкого товаропроизводителя, крестьянина-середняка.

В 1877–1878 гг. в 49 губерниях европейской России (за исключением Донской области) проводилось правительственное обследование состояния землевладения. Согласно полученным данным, площадь крестьянских надельных земель составила 131 млн десятин, частных – 93 млн, казенных – 150 млн, удельных – 7 млн десятин. Около четырех пятых всех частновладельческих земель принадлежало дворянам. Свыше 80 % дворянских земель составляли владения площадью свыше 500 десятин. По состоянию на 1905 г. общая площадь надельных земель равнялась 138,8 млн десятин, что составляло 35,2 % от общей площади всего землевладения европейской России. Дворянское землевладение составило 53,2 млн десятин, или 13,5 %. За время начиная с 1877 г. дворяне потеряли 20 млн десятин. За то же время крестьянское личное землевладение возросло с 5 млн до 13,2 млн десятин (3,3 % общего объема земель европейской России). В годы столыпинских аграрных преобразований земельные покупки крестьян еще больше возросли благодаря помощи Крестьянского поземельного банка. Поскольку крестьянская надельная земля была исключена из свободного рыночного оборота, монопольное положение на земельном рынке по-прежнему принадлежало дворянам-помещикам. Особенностью русского земельного рынка было то, что на нем продавались и покупались в основном крупные земельные владения. В годы аграрного кризиса процесс перераспределения земельной собственности стал замедляться: начиная с 80–90-х гг. XIX в. помещики стали меньше продавать земли, а больше покупать. Так, в период 1911–1914 гг. из 7,7 млн десятин, проданных дворянами, 4,1 млн была куплена ими же. Обнаружилась тенденция, пусть и слабая, к некоторой стабилизации латифундиального землевладения. Это явление еще не получило внятного объяснения в историко-экономических исследованиях.

Ценой земли выступает капитализированная земельная рента. Можно думать, что отмеченный выше опережающий рост арендной платы (или ренты) по отношению к земельным ценам указывает на снижение цены ренты. К примеру, если в 1901 г. на степном юге России за 1 руб. ренты продавец получал 16,83 руб., то в 1912–1914 гг. – всего 10,29 руб. Этим, по-видимому, объясняется зафиксированное в исследованиях снижение объемов продаж помещичьих земель в южных губерниях, несмотря на большой спрос на них со стороны крестьян, которые вели свое хозяйства капиталистически. Ни одна страна в Европе, ни даже во всем мире не могла сравниться с Россией по размерам дворянских латифундий.

Крестьяне Петербургской губернии конца XIX – начала XX вв.

Со второй половины 90-х гг. XIX в. начинается рост мировых, а затем и внутренних хлебных цен. За время с 1899 по 1913 г. цены на зерно внутри страны увеличились на 20 %, на продукты животноводства – на 50 %. Процесс капиталистической эволюции сельского хозяйства в начале XX в. ускорился, что выразилось в сокращении кабально-отработочных систем ведения хозяйства. Обобщенным показателем успехов капиталистического сельского хозяйства могут служить цифры потребления сельскохозяйственных машин. За 1908–1913 гг. потребление сельскохозяйственных машин и орудий в России увеличилось с 61,3 млн до 109,2 млн руб. или на 78,1 %, в том числе: ввезенных из-за границы – с 28,3 млн до 48,7 млн руб. (увеличение составляет 72,1 %), произведенных внутри страны – с 33 млн до 60,5 млн руб. (рост на 83,3 %). Как следует из приведенных цифр, спрос на простую сельскохозяйственную технику (а именно такая и производилась на отечественных заводах) увеличивался сильнее, чем на сложную технику зарубежного производства. Товарность сельского хозяйства оставалась все еще на невысоком уровне. По зерновым культурам она составляла около 30 % валового сбора. Более половины всего валового сбора хлебов падало на долю середняцких и бедняцких хозяйств, имевших минимум рабочего скота либо не имевших его вовсе; три четверти товарного зерна давали кулацкие и помещичьи хозяйства.

Уже с начала войны сельское хозяйство начало испытывать трудности. Около 60 % взрослых мужчин, занятых в сельском хозяйстве, были мобилизованы в армию; 2,6 млн рабочих лошадей подверглись реквизициям для военных нужд. Помещичьи и кулацкие хозяйства столкнулись с недостатком рабочих рук и тяглового скота. Результатом стало уменьшение посевных площадей, которое только в европейской России составило 6,5 млн десятин. В наибольшей степени от недостатка рабочих рук страдало помещичье хозяйство, отличавшееся повышенной товарностью. Посевы под продовольственными культурами в помещичьих экономиях сократились к 1916 г. до 62 %. Между тем потребности армии в продовольствии в 1915–1916 гг. увеличились в 7 раз по сравнению с довоенным уровнем. Росло потребление хлеба и промышленными центрами. В 1915 г. правительство вынуждено было перейти к централизованной заготовке продовольствия для армии. В начале ею занималось Министерство земледелия, с осени 1915 г. – еще и Особое совещание по продовольствию. В ходе закупок с осени 1915 г. по весну 1916 г. было изъято для нужд армии около 50 % товарного зерна. Тем не менее начиная с 1916 г. воюющая армия начинает испытывать недостаток хлеба, мяса, жиров, сахара и фуража.

Кредитная система, финансы и бюджет Российской империи

Формирование капиталистической кредитной системы, начавшееся в годы «великих реформ», завершилось в 1880-е гг. Она включала учреждения коммерческого (или краткосрочного) кредита, банки долгосрочного кредитования (земельные и городские) и небанковские кредитные учреждения (ломбарды, сберегательные кассы, страховые общества). Важным вопросом курса экономической истории является выявление ее специфических черт.

Источниками кредита в капиталистической экономике выступают временно свободные деньги промышленных капиталистов, среди которых большое значение имеет заработная плата рабочих и служащих, а также амортизационные отчисления. Вторым, очень важным источником являются сбережения населения, аккумулируемые сберегательными кассами, и платежи по личному страхованию (от несчастных случаев и рентному). Среди источников кредита на одно из первых мест выходит та часть национального дохода, которая собирается в государственном бюджете. Бездействующие денежные ресурсы противоречат сути капиталистического предпринимательства, которое ведется ради прибыли.

Как и в других индустриальных странах, ведущее место в кредитной системе Российской империи заняли акционерные коммерческие банки. Со времени А. Смита и Д. Рикардо банк в его классическом варианте выступает как посредник между ссудными и функционирующими капиталистами. Принцип банковской деятельности формулируется следующим образом: банковские активы по срокам должны соответствовать банковским пассивам. Обратная теорема представляется неверной. Банковские пассивы состоят из собственных капиталов банка, депозитов и заемных средств. Собственные капиталы банка предназначены служить фондом гарантии того, что деньги вкладчиков сохранятся