Россия и мировые проекты развития. Хроники Большой игры - Владимир Аркадьевич Литвиненко

взяв курс на построение социализма в отдельно взятой стране, фактически вернуло России имперский статус. Сам факт восстановления Российской империи, пусть и в измененном виде, на альтернативной Западу социально-политической, идеологической и экономической базе, ставил под большой вопрос не только развитие и продвижение, но и само существование Западного проекта в долгосрочной перспективе. Для его спасения, пусть и ценой определенной корректировки, необходимо было вывести на политическую сцену силу, способную противостоять СССР во всех сферах жизнедеятельности: идеологической, культурной, экономической, военной. Это в краткосрочной перспективе. В среднесрочной перспективе эта сила должна была быть способна к прямой военной конфронтации с Советским Союзом с реальными шансами на успех.

Другими словами, нужен был игрок, кровно заинтересованный не только в сломе Версальской системы, коль скоро та все равно не работала должным образом, но и в переформатировании всего мироустройства на иных, отличных от западных ценностей, основаниях. Но это уже долгосрочная перспектива.

Британия такую роль на себя взять не могла по определению. Не начинать же новую мировую войну только потому, что результаты первой оказались неудовлетворительными. Франция была всем довольна и почивала на лаврах победителя. СССР формально также не противостоял Версальской системе, став членом Лиги Наций в 1934 г. Разумеется, нам не могли нравиться меры по созданию «санитарного кордона» из недружественных государств, образованных к тому же на отторгнутых у нас же территориях. Естественно, СССР оказывал сопротивление такой политике, защищал свои национальные интересы, действуя в русле тех правил, которые установили на международной арене другие великие державы — прежде всего Англия и Франция[153]. К тому же последовательная позиция СССР на международной арене не оставляла шансов его оппонентам на расшатывание ситуации в этом направлении. Соединенные Штаты Америки в то время еще не были игроком глобального масштаба и напрямую вмешаться в европейские дела не могли, да и не очень хотели: своих проблем хватало. Оставалась только Германия. Но в качестве «Das Deuche Reich» Веймарская республика никуда не годилась. Для преображения данного политического образования в нечто более осмысленное требовалась игровая комбинация, не предусмотренная правилами.

3.3. Фигура, ставшая Игроком

Как гласит английская пословица, если правила не позволяют джентльмену выиграть, джентльмен меняет правила. Но поменять правила игры вовсе не так просто, как кажется, даже для того, кто их устанавливал. Нужен инструмент легитимный именно в рамках правил, уже существующих. Таким инструментом, как уже было сказано, и стала Национал-социалистическая рабочая партия Германии во главе с А. Гитлером. Остановимся на этом моменте подробнее.

«Первоначально она называлась «Германская рабочая партия». В октябре 1918 руководство «Общества Туле» поручило двум своим членам — журналисту Карлу Харреру и слесарю Антону Дрекслеру — создать политический рабочий кружок, задачей которого было бы расширение сферы влияния этого общества на рабочих. Одновременно с созданием кружка Антон Дрекслер восстановил Немецкую рабочую партию (ДАП)…»[154] Антон Дрекслер, слесарь-инструментальщик, имел весьма смутные представления о политической деятельности как таковой, хотя и пытался заниматься политикой еще во время мировой войны, был членом Партии отечества. В основном в ней состояли крупные промышленники и военачальники. Партия ставила своей целью добиться для Германии выгодного мира. Казалось бы, что там делал рабочий? Впрочем, вопрос риторический.

«7 марта 1918 г. Дрекслер учредил Комитет независимых рабочих, ставший филиалом крупной Северогерманской ассоциации содействия миру. В январе 1919 г. Дрекслер объединил свою небольшую группу с т. н. Политическим рабочим союзом, который возглавлял журналист Карл Харрер. Созданное объединение получило название Немецкой рабочей партии. Ее программа представляла собой смесь постулатов общества Туле, членами которого были Харрер и Дрекслер, и типичных для мелкобуржуазного социализма лозунгов»[155].

Никаких выдающихся организаторских способностей ни А. Дрекслер, ни К. Харрер не имели. По крайней мере, А. Гитлер в своей единственной книге, написанной им за время заключения, отзывается о Дрекслере весьма нелестно. Собственно говоря, никаких талантов от этих деятелей и не требовалось. Необходима была политическая площадка (иначе это образование назвать трудно), представителей которой в среде рабочих воспринимали бы как своих. Необходимо было ослабить влияние коммунистов, которое было весьма значительным. Ни одна из существующих политических партий с этой задачей справиться не могла. А. Дрекслер блестяще выполнил свою задачу. Разумеется, в своем первоначальном виде партия никуда не годилась. Ее влияние вплоть до описываемых событий было не просто незначительным. Оно было нулевым. Так, клуб по интересам. Но именно это и требовалось. Незаметность на первоначальном этапе была необходима, чтобы собраться с силами, накопить ресурсы — одним словом, пройти подготовительный этап. К моменту прихода в партию А. Гитлера она насчитывала не более сорока человек. Он был седьмым. «Дрекслер писал по этому поводу своему знакомому: «Нелепый маленький человек стал членом «номер семь» нашей партии»[156].

Появление в партии А. Гитлера в начале ее формирования исключает любую версию случайности его там появления. На это же указывают многие источники. Обратимся к одному из них: «…На одно из собраний которой (партии. — В.Л.) 12 сентября 1919 г. был направлен в качестве осведомителя Адольф Гитлер, которому пришлись по душе постулаты и лозунги партии. Ознакомившийся с отчетом Гитлера об этом собрании капитан Эрнст Рем, выполнявший в штабе Франца фон Эппа обязанности политического советника, поручил Гитлеру вступить в ДАП и взять на себя руководство ею»[157].

Уже в начале 1920 г., а именно 20 февраля, партия переименована в Национал-социалистическую рабочую партию Германии (National-Sozialistische Deutsche Arbeiterpartei). А. Дрекслер еще во главе партии, но это уже ничего не значит. «После образования на базе Немецкой рабочей партии Национал-социалистической рабочей партии Германии Дрекслер получил формальный пост почетного председателя НСДАП»[158]. После провала «Пивного путча» он покинет ее ряды, а Гитлер получит пост руководителя партии с особыми полномочиями. Вот, собственно, и все о создании инструмента.

Но прежде чем перейти к обсуждению заявленной темы, несколько слов об обществе «Туле» (Thule Gesellschaft). Это общество создано по образу и подобию масонских лож после Первой мировой войны. Его целью было «… изучение и популяризация древнегерманской литературы и культуры. В действительности общество проповедовало крайний национализм, расовый мистицизм, оккультизм и антисемитизм. Общество являлось филиалом Тевтонского рыцарского ордена, чьи отделения были разбросаны по всей Германии, а штаб-квартира находилась в Берлине»[159].

Вряд ли идея направить туда А. Гитлера с далекоидущими планами принадлежала обычному армейскому капитану. Да и определяющая роль генерала Франца Риттера фон Эппа, руководителя организации, ставшей основой штурмовых отрядов, которые впоследствии возглавит Рем, правда, ненадолго, выглядит сомнительной. Не их масштаб, не их уровень. Перефразируя утверждение Ю. Муллинса, сказанное