Дань для Альфы - Полина Белова

— Ты у меня в доме единственная, нет и не будет других женщин. Не беспокойся, тебя никто здесь не обидит. Кроме нас с отцом, в этом доме бывают только двое оборотней. Приходят время от времени, работники: мужчина, для кое-каких работ на конюшне и в саду, и женщина дважды в неделю, для уборки дома, — мягко пояснил оборотень.

— А сколько Вам лет? — набралась наглости Абели. Возраст старика ее впечатлил.

— Мне две тысячи, — просто ответил оборотень.

— А почему у Вас нет жены и детей? — изумленной девушке подумалось, что за столько-то лет можно было решиться на брак.

— Жена и сын погибли. Давно это было, уже тысяча лет прошла. С тех пор я не хотел больше жениться. Тогда война между кланами оборотней была. Знаешь, Абели, я был уверен, что нам с отцом вдвоем свой срок доживать, а тут, вдруг, ты, — оборотель пододвинул поднос с едой поближе к девушке.

— Тебе будет хорошо у меня, сладенькая. Я позабочусь о тебе! Я буду очень хорошо тебе заботиться до самого конца твоей жизни! Ты мне очень понравилось с самого первого вдоха, даже голову одурманило, как только унюхал тебя, — горячо произнес этот огромный, свирепого вида мужчина.

Абели поторопилась начать есть, прекратив разговор. Он слишком смущал и даже немного пугал ее. Тем временем, господин Горэн принес одежду для Абели. Она, не без помощи Торэса, облачилась в необыкновенно красивые и очень удобные белье, платье, туфли. Но едва попыталась встать, ее снова подхватили на руки. Так, на руках у оборотня, обнимая его за шею обеими руками, Абели осмотрела дом. И он ей очень понравился: небольшой, двухэтажный, на втором этаже три спальни, внизу столовая, гостиная и кухня.

— Я могу готовить, — сказала Абели. — Могу сама убирать в доме.

— Что ты! Ты просто отдыхай. Тебе ничего нельзя делать. Мне сейчас нужно на службу, буду поздно, — ответил хозяин. — Отец не сможет тебя носить, а все время в постели ты заскучаешь, поэтому можешь немного свободно походить по дому и погулять в саду, только недолго, чтобы ты не устала. За ворота даже думать не сметь выходить! Пожалуй, будет лучше, если тебя будет постоянно сопровождать отец. Я ему скажу. Наверное, этот дом кажется тебе маленьким…У меня достаточно средств, чтобы построить для тебя дворец. Хочешь дворец?

Глава 19

Прошел первый месяц в стране двуликих.

Жизнь Поли во дворце была не в пример легче, чем в родительском доме или пансионе: за ней ухаживала личная служанка, ее обеспечивали красивой, удобной и теплой одеждой, не ограничивали в передвижениях по территории огромного дворца, дворцового парка и сада. Несколько раз Поли пыталась выбраться и за пределы, огороженной очень высокой стеной, дворцовой территории, чтобы попытаться увидеться с подругами. Но каменная стена была слишком высокой и гладкой, ее просто невозможно было преодолеть самостоятельно. Оказалось, выйти за стену можно было только через центральные ворота или несколько специальных проходов. Только везде возле них были охранники и для выхода или входа нужен был королевский пропуск. Поли не выпустили.

— Без специального пропуска нельзя, — слышала девушка несколько раз, когда пыталась прошмыгнуть мимо охранников у ворот или у других проходов.

Впрочем, территория дворца было достаточно огромной, чтобы у Поли ушло много времени на ее исследование. За неимением других дел и подруг, Поли целыми днями гуляла одна.

Единственная служанка считала работу с Поли личным наказанием за неведомые прегрешения и искренне презирала свою госпожу только за то, что она человек. Ни о каких дружеских чувствах или нормальных разговорах с ней не могло быть и речи. Поли догадывалась, что самая большая мечта женщины получить другую работу, пусть даже тяжелее, но не такую позорную.

Одежда, которую девушка должна была носить, и носила, была, конечно, красивой, удобной и теплой, но невероятно детской. Одна розовая шапочка с завязками под подбородком, с ушками и бубончиками на них чего стоила! Ей же не пять лет!

Ей можно было ходить по всему дворцу. Куда бы Поли не забрела, хоть в тронный зал, ее не останавливали. Но оборотни практически не общались с ней, считая разговоры с человечкой ниже своего достоинства.

То, что девушка завтракала, обедала и ужинала вместе с королевской семьей накладывало свою печать.

С одной стороны, это оказалось подобием режима. Где бы она ни бродила, чем бы не занималась. К обозначенному времени неслась в королевскую столовую со всех ног. Однажды она опоздала. И выяснилось, что Альфа запретил начинать ужин без Поли. Все члены королевской семьи сидели за столом и ждали ее появления. А когда она пришла Альфа долго выяснял причины ее опоздания, которые трудно было назвать серьезными, а остальные смотрели с неприкрытой ненавистью или раздражением. Тогда Альфа ее наказал: один день домашнего ареста. Сидя в своей комнате с книжкой, Поли думала, что такое смешное наказание она в своей прежней жизни приняла бы за поощрение.

С другой стороны, отличное питание и мясо трижды в день явно шло на пользу организму девушки. Она подросла, округлилась, зарумянилась. Пепельные волосы сверкали здоровьем. Кроме того, у Поли даже улучшилось зрение, слух, обоняние. Отличное питание делало чудеса. Поли уже даже видела ночью во дворце без света!

Как бы девушка ни пыталась построить дружеские отношения с оборотнями, ничего не получалось. Если она обращалась к кому-либо прямо, ей отвечали. Но никто не торопился с ней дружить. Только двенадцатилетний приемыш Тол был ее драгоценной отдушиной. Альфа не позволил ему жить во дворце и отправил мальчишку на конюшню. Поли нашла его там в первый же день пребывания во дворце и, с тех пор, виделась с ним каждый день. Мальчик жил в тепле, работал с удовольствием и в меру сил. Его не обижали, скорее, просто не замечали, но покормить не забывали, а Поли ежедневно приносила ему какие-нибудь редкие вкусности, которые таскала с королевского стола.

С подругами Поли ни разу не виделась, но переписывалась. Это единственное, что пока позволил ей Альфа и то, с большой неохотой, после целой недели ежедневных просьб за завтраком, обедом и ужином.

Это выглядело так. Поли никогда не разговаривала за столом. Она слушала беседы королевской семьи, а ее ни о чем не спрашивали. Всю первую неделю, после окончания трапезы, во время которой Поли как всегда молчала, она приседала в реверансе, вежливо благодарила за еду и спрашивала:

— Ваше величество! Я прошу позволения увидеться со своими подругами Грейс и Абели.

— Нет.

Этот короткий диалог повторялся трижды в день в течение семи дней. На седьмой день, после