Стать Человеком. Мемуары - Таисия Арсентьевна Устименко

Да жизнь была хорошая, прекрасная, но не долгая, продолжалась меньше года – война 1914 г. с Германией всё нарушила, всю жизнь перевернула. Наш полк был вблизи Австрийской границы. И как мне говорил муж, что военная опасность может появиться каждый час дня и ночи. Часто были ночные тревоги и выступление всем полком в походное движение. Мужу, конечно, была служба трудная и каждый раз грозила опасность это война.

В офицерском собрании по субботам часто устраивались вечера, с постановками своими силами пьес, хора и танцами. Вот 1й раз я ещё прежняя «Золушка» присутствую с мужем, нарядная и среди нарядных женщин и в парадных формах офицеров встречаем роковой 1914й год.

Новый год

Была я в телячьем восторге от всего слышенного и виденного, вот при встрече этого нового года.

Да, день рождения именины моего мужа были по старому стилю 5 октября. И вот я, молодая хозяйка, получив из Острогожска от матерей подружек рецепты на приготовление сдобного теста, очень и очень тщательно готовилась к приготовлению этого именинного дня. Но это было в конце сентября.

А как только мы устроились с квартирой, нам нужно было сделать визиты ко всем семейным товарищам по полку мужа. Первый визит мы сделали к командиру полка Беляеву[88]. Это радушная пара, пожилой полковник Беляев и его жена.

Сергей Васильевич Беляев, Википедия

Так они нас тепло и сердечно приняли, что я здороваясь с ней, когда она меня обняла и поцеловала, усадив около себя, я заплакала, чем её встревожила. Но я сказала, что мне в полку с мужем очень хорошо, а слезы невольно выступили, как чувство, переживаемое мною, за ваше материнское внимание к нам.

Так мы сделали [визиты] ко всем кадровым семейным. К холостякам старших по званию мужа товарищей, я уж не ходила, а только один муж. При визитах, муж одевал парадную форму, а я свое единственное визитное платице, сшитое, вернее, перешитое из платья моей покойной мамаши. Оно было с какого-то старинного шёлка-фая[89], как-то переливалось и больше цвет был какой-то золотисто-фиолетовый, отделка была золотистая сеточка, спущенная как фартучек спереди и сзади, так наз. по тогдашней моде туника.

Мне же казалось, что я в этом платьице была какая-то раскрасавица.

После того, да и во время наших визитов, которые мы делали по воскресеньям, стали делать и нам ответные визиты. Ну с молодёжью и с несемейными я себя чувствовала не стесняясь, но вот когда подъехал командир полка Беляев с женой, и командир батальона, а также помощник командира, все люди пожилые и уже привыкшие ко всем порядкам и полковому этикету. Вот их появление, для меня было такое волнительное, ну что я могла девчонка – полковая дама с ними разговаривать с чего начинать и кончать прием, продолжавшийся 15—20 мин.

Правда, живя, ещё в Острогожске в семье военного я частенько наблюдала назначенных в полк новых офицеров и вполне, теперь будучи сама уже полковая дама, могла себя держать подобающим образом. Но моя молодость и вся окружающая меня обстановка, очень и очень смущала.

К тому же и мой муженек, был тоже не из блестящего звания, и вот весь военный порядок и этикет он, конечно, почерпнул, учась 4 года в Училище, но всё же природная скромность и урожденная бедность и подчинение всему и каждому тоже сказывалось.

Правда, муж был каким-то особенно человеком человеческим. Его очень уважали и старые офицеры и молодежь, а солдаты его особенно 16й роты, просто его благотворили[90], он был им, видно, не как неприступный суровый и грубый начальник, и старшим братом. Сколько солдатиков его роты, за всяким предлогом хотели чем нибудь услужить и попасть к нам к ротному на квартиру. И скольким я мало или совсем неграмотным [помогала] писать на родину письма с описанием коротко их службы на чужбине и с огромным количеством перечисления низких поклонов всяким родычам-землякам. Я всегда стеснительным помогала, чтобы они всё что держат в мыслях высказывались, ну а уж улавливала главное в письме и писала, писала. Бывали случаи что Трофим просил меня барыню, чтобы я написала какому-нибудь неграмотному солдатику с других рот. Ведь наш Трофим, и он сам, и мы с мужем, не чувствовал, что он какой-то подневольный слуга, а как ровный нам человек, как братишка.

Теперь вот хочу не забыть и описать подготовку к именинам мужа, а во время к нам визитов и старых и молодых мы очень приглашали к нам на утренний завтрак с именинным пирогом. Так, что возможных посетителей должно быть не мало. А я ещё не разу в жизни, сама собственными руками не приготовляла сдобного дрожжевого теста. Только и знала, как замесить тесто на вареники и галушки[91]. Вот, когда я получила рецепт на приготовление пищи, я перечитывала, изучала, все приемы по уходу за сдобным тестом я уже знала наизусть, а всё же практически не имела понятия. И вот, как сейчас вспоминаю ночь и ½ дня перед днем праздника, я всё подготовила, всё что требовалось к приготовлению теста. И вот когда мне нужно было приступить уже к приготовлению у меня появилось первое страшное препятствие. В рецепте ясно было написано, что тесто нужно было разводить в черепяном горшке, как у нас называлось, макитре[92], а у меня нет этой посудины, кроме эмалированных чашек и ведер у меня ничего черепяного т.е. глиняного не было. Притом там в рецепте говорилось, чтобы подготовленное тесто стояло в тепловатом месте, а у нас в комнатах стояли какие-то круглые высокие железные печи, которые отапливались углем, а ведь мне нужно было по рецепту поставить тесто чуть ли не на русскую печь или на теплую плиту. Всю ночь под именины я, как говорится, не уснула ни на волосинку, всё заглядывала в ведре поставленное тесто, как оно подходит и всю кутала в свои теплые одеяла, чтобы тесто не застыло. Всё выполняла до мелочи, вот, помню, там в рецепте было так написано, что когда вторично подымется тесто, перед тем, как его уже нужно было выложить на стол для разделывания, нужно на данную порцию разбить 2 яичных белочка взбить, а желточек растереть до белизны и аккуратно положить в тесто, слегка его перемесить и дать подходить. И я помню, в 2 ч. ночи опустила эти яички в тесто и только и знала, всё заглядывала, как оно подходит.

Из приготовленного теста я приготовила 1 пирог на четырехугольном листе – кулебяку[93] с мясом. 2й большой круглый слоёный пирог сладкий и печеные маленькие пирожки тоже с начинкой мяса.

Спасибо плита, с духовкой, в то время мы с Трофимом топили дровами, и бедный Трофим, под моим руководством, когда пеклись эти пироги, то дрова то разгребал, то опять в кучу собирал, чтобы как-то нормально пеклись пироги и не были ни сырыми, ни подгорели.

Правда, живя в кавалерийском полку в Острогожске, я видела, как общалась с уже готовым, ею приготовленном тестом, кухаркой, как она его пекла в духовке. Живя же гимназисткой, уже более слышащей, я видела, как готовое сдобное тесто пекли в русских печах.

Нужно сказать, что пироги и пирожки получились на славу. Как мои гости подхваливали, кушая их, и хвалили молодую хозяйку, за её искусство так приготовить и пироги и именинный стол. Да, спасибо, когда я по Горьковски жила в людях, я многому, многому подучилась и поняла. Да, ещё хорошо было, что я при приготовлении теста ни на нотку не отступала от указанного в рецепте. Позже, когда я уже часто стала печь и сдобное тесто и разные печения, я уже так точно со сдобным тестом не обращалась, чего прибавлю, чего уменьшу и вот уже рецепт был потерян, и своего было много внесено, то уже теста такого не получалось. Да, оно же и понятно ведь это первые счастливые дни моей молодой жизни с таким добрым ласковым муженьком. А потом всё было