Журнал «Юность» №12/2025 - Журнал «Юность»

– А с кем портал сопрягать будем? – Акимов обернулся к коллегам.

– Со столицей, с Екатеринбургом, с кем же еще, – улыбнулся Фокин. – Зачем Москве какой-то Челябинск-Т? Хотя и туда придется, видимо, прокладывать пути, если с первым заладится.

Инженеры направились к пульту управления, который мигал всеми цветами, какие можно достать. Красный, синий, желтый, зеленый и белый – отличная гамма для работы. Пульт чем-то походил на профессорскую кафедру: достаточно высокий, чтобы опереться локтями, и с уклоном. Разве что чуть-чуть шире. Стулья обещали поставить, когда процессы устаканятся.

– Здорово, мужики! – тянул руку для приветствия главный настройщик Михаил. – Тут ситуация. Фильтр ваш стопорит напряжение, до атома не доходит. Посмотрите, а. Может, эти лодыри чего не так собрали. По нашей части все путем, пульт функционирует, сигналы подает. Ебург, правда, задолбал: быстрей-быстрей. Мы и так почти не выбились из графика.

– Показывай, – вздохнул Фокин и принялся руководить.

Когда сняли заднюю панель пульта, перед инженерами явилось удручающее зрелище: перепутанные провода, висящие на них (или на соплях) блоки. Сам фильтр нашелся где-то за гордиевым узлом. Акимову очень хотелось выдрать оттуда все провода и отхлестать нерадивых сборщиков.

– Путем, говоришь? – Фокин медленно обернулся к Михаилу. – Не работает, значит? Это что такое? Ты как пульт принимал?! Где контролеры? Почему не доложили?

– Мы это… я не знал. Не я принимал. Я на тот день отгул брал, – пролепетал Михаил. – Аграфена за меня оставалась…

– На других-то не перекладывай. А проверить, когда вернулся? Кто подпись ставит в акте? Аграфена, что ли?

Сама упомянутая барышня крутилась возле правой колонны, помогая убирать провода. По ней и не скажешь, что настраивает порталы: русая коса до пояса, мягкая женственная фигура, в одежде только юбки и платья, что совершенно ей не мешало. Акимов всегда удивлялся, как она с ними со всеми управляется.

– Грунь, подойди, поговорить надо, – окликнул ее Фокин и обратился к Михаилу: – Отключай питание, отсоединяй все и фильтр доставай.

– Добрый день, Александр Викторович. Звали? Случилось чего? – нараспев произнесла Аграфена.

– Грунь, вот скажи, ты пульт принимала у сборщиков? Миша тут на фильтр жалуется, а как вскрыли, то все кувырком. Так и до пожара недалеко.

– Я принимала. Они его закрытым сдавали. Только внешний осмотр, запуск, и все. Я ж не включала на полную мощность. А других указаний и не было.

– А давайте виноватых искать потом будем? – подал голос Хейфец. – Все равно пульт разбираем. Кто на смене был, потом проверим. Миша, ты достал?

– Да щас я, щас…

Из недр пульта на коленях задом наперед выползал Михаил. Акимов, из уважения к возрасту, подхватил его и помог встать. Михаил потянулся и отдал фильтр инженеру.

– Замечаний к внешнему виду нет. Должен работать, – заключил Акимов.

– Я тогда сам пойду подключать, – вызвался Хейфец.

– Смотри у меня, Миша. Проверю, и если узнаю, что ты недоглядел, премии лишу. – Фокин зло посмотрел на настройщика.

– Закрывайте! – крикнул Хейфец. – Пора запускать уже.

– По местам! – скомандовал Фокин.

Сборщики, суетившиеся возле колонн, разбежались врассыпную. Их работа была закончена. Фокин встал подальше и четко напротив портала, чтобы контролировать процесс. Аграфена и Михаил подошли к пульту на всякий случай. За сам пульт встал Акимов, а Хейфец по видеосвязи вызвал Екатеринбург. Пока все суетились вокруг пульта, возле портала собралась толпа. Как раз у студентов выпал получасовой перерыв между парами, чего бы не поглазеть?

– Екб, привет! Мы готовы.

– Привет, Челяба! – В Екатеринбурге им отвечал штатный оператор Руслан. – Запускайтесь и сразу присылайте координаты для сопряжения.

Фокин махнул, и Акимов дрожащей рукой провернул стартовый ключ. Решили использовать традиционные технологии запуска, модернизировать еще успеют. Все замерли в ожидании.

Небольшой гул нарастал, и на приборной панели отобразился ход процесса. Энергия постепенно повышалась и напитывала колонны. Она поднялась до половинок атома, и между ними заискрило. Неяркие, но мощные по своей силе искры закружились в сумасшедшем танце.

Акимов чувствовал каждую клеточку тела. Он ждал этого момента, боролся за любую возможность внести свой вклад в испытания. И вот он здесь. А искры тем временем раскрутились настолько быстро, что начали создавать полотно. Портальное полотно. Искрящий цилиндр выкатился в широкую белую ленту, которая заполонила все пространство. У них получилось.

Фокин выдохнул, а толпа за пределами площадки взорвалась криками и аплодисментами.

Хейфец передавал координаты Руслану, а тот выстраивал сопряжение. Координаты Екатеринбурга вбивали заранее. Акимов молча смотрел на сверкающую стену и не верил своим глазам.

– Есть сопряжение! – крикнул Хейфец. – Давай!

И Акимов дал. Нажал кнопку и выстроил коридор, который еще предстояло опробовать.

– Сань, что дальше? – спросил он у Фокина. – Что сегодня пробуем?

Фокин быстро подбежал к пульту и сказал:

– Я мячи принес, волейбольные. Давайте поиграем Че против Екб?

– Идея классная, но как бы к нам половинка не прилетела, – засмеялся с экрана Руслан.

– Обижаешь. Ну, я пошел, чего тянуть.

И Фокин, практически как бабуля, с огромной сетчатой авоськой отправился к их новому детищу. Достал первый мяч, стукнул его о стену и подал прямо в портал. «Удар отменный, хоть в олимпийскую сборную», – восхитился Акимов. В Екатеринбурге мяч вылетел через три минуты с маленькой дырочкой.

– Челяба, токи проверьте. У нас все в норме.

За следующий час наладили зрелищный процесс. Фокин подавал, Руслан принимал. Акимов с Хейфецем и Михаилом регулировали. Толпа поддерживала.

Остался всего один мяч, а Фокин уже устал.

– Кость, давай поменяемся. У тебя рука легкая.

Хейфец взял мяч, встал на позицию и подал так, словно всю жизнь это делал. Мяч улетел, приземлился на плитку площади 1905 года и так бодро поскакал дальше, что Руслану пришлось бежать за ним.

– Ну и подача у тебя, Костян! – восхищенно проговорил он. – Целый! Лови!

И мяч вернулся целый. Толпа взревела. Притихшая Аграфена расплакалась на плече у Михаила. А все остальные бросились обнимать Хейфеца. Они настолько разгорячились, что пару раз подбросили его в воздух.

– А человек когда пойдет? – пытался докричаться до Фокина Акимов.

– Погоди, еще весь комплекс испытаний не завершен. После него обязательно.

Весь март Акимов изводил начальство: «Можно я пойду? Я хочу». Что Высоковский, что Фокин отмахивались от него, как от надоедливой мухи. То один, то другой уезжали в мэрию. «У них там посменная работа, что ли?» – удивлялся инженер, а Хейфец лишь разводил руками.

Акимов торопился. Ему вдруг захотелось прыгнуть. Или в ничто, или в новый мир, пусть даже им станет город в двух сотнях километров севернее. И возвратиться домой, обернувшись, сделав круг. Надя и Лиза порадовались бы за него. Акимов решил во что бы то