Пушкин и Романовы. Великие династии в зеркале эпох - Лариса Андреевна Черкашина

Крестины великой княжны Анны, согласно придворному церемониалу, сопровождались пушечной пальбой и торжественным колокольным звоном во всех петербургских храмах.

Великая княгиня Анна Павловна. 1837 г. Художник Ж.Б. ван дер Хулст

Однако отец, великий князь Павел Петрович, не испытывал особой радости от появления на свет младшей дочери, – по его остроумному замечанию, «очередного ненужного бриллианта в уже довольно богатом ожерелье барышень-невест».

…Год 1809-й. Наполеон I не оставляет своих попыток породниться с Домом Романовых и настойчиво домогается руки великой княжны Анны. Императрица Мария Фёдоровна, именовавшая французского императора не иначе как «выскочкой», «исчадием революции» и «корсиканским людоедом», отклоняла его предложения, ссылаясь на слишком юный возраст невесты: «Бедняжке Аннет придется стать жертвой, обречённой на заклание во имя блага государства. Ибо, какой будет жизнь этого несчастного ребёнка, отданного преступнику, для которого нет ничего святого и который ни перед чем не останавливается, потому что он не верует в Бога…»

Августейшей невесте ко времени сватовства Наполеона шел пятнадцатый год. Но придворные старались уверить императора, что великая княжна Анна Павловна в полном расцвете красоты и здоровья!

Из донесения французского посланника маркиза Армана Огюстена Луи де Коленкура:

«Она высока ростом для своих лет. У неё прекрасные глаза, нежное выражение лица, любезная и приятная наружность, и хотя она не красавица, но взор её полон доброты. Нрав её тих и, говорят, очень скромен. Доброте её отдают предпочтение перед умом. В этом отношении она совершенно отличается от своей сестры Екатерины, слывшей несколько высокомерной и решительной. Как все великие княжны она прекрасно воспитанна и образованна. Она уже умеет держать себя, как подобает принцессе, и обладает тактом и уверенностью, необходимыми при большом Дворе».

Одно из светских торжеств, что прошло в Царском Селе осенью 1811-го, возможно, и не запомнилось юной княжне, а вот для Александра Пушкина – стало знаменательным. Великая княжна Анна (к тому времени она единственная из сестер оставалась в России) вместе с братьями Александром I и Константином, матерью-императрицей Марией Фёдоровной и государыней Елизаветой Алексеевной присутствовала на торжестве открытия Лицея.

Поначалу предполагалось, что в новом учебном заведении будут воспитываться младшие братья царя, Николай и Михаил, но тому воспротивилась Мария Фёдоровна, посчитавшая соединение в одних стенах своих августейших сыновей с юными нетитулованными отпрысками дворянских фамилий слишком демократичным, а потому – невозможным. А сам Лицей разместили в дворцовом флигеле, где прежде жили великие княжны, внучки Екатерины Великой.

Великая княгиня Анна Павловна со своим избранником принцем Вильгельмом Оранским

Кудрявый лицеист встретится с великой княгиней Анной Павловной через пять лет, на празднике, что давала в честь молодых супругов – дочери и принца Вильгельма Оранского – вдовствующая императрица-мать. Героические стансы принцу Оранскому, творение юного Пушкина, вызовут тогда самые восторженные отклики!

Сразу же после праздника в Павловске молодая чета покинула Россию, путь её лежал в Королевство Нидерландов. Вместе с богатейшим приданым: столовым серебром, коллекцией севрских ваз, картинами, гобеленами, – принцесса Анна увозила с собой и лист дорогой веленевой бумаги, исписанный летящим пушкинским почерком.

…Золотые часы работы известных швейцарских мастеров, что были подарены Александру Пушкину за посвящение принцу Оранскому, отсчитали и последние мгновения бытия поэта: невесомые стрелки замерли на отметке 2 часа 45 минут пополудни 29 января 1837 года.

Император Николай I – сестре, великой княгине Анне Павловне в Гаагу (3 февраля 1837):

«…Мне надо сообщить… об одном трагическом событии, которое положило конец жизни пресловутого Пушкина, поэта; но это не терпит почты».

О гибели поэта и обо всех обстоятельствах несчастного поединка Николай I сообщил и шурину, наследному принцу Вильгельму Оранскому, курьер доставил царское письмо в Голландию.

В новом отечестве Анна Павловна быстро освоилась: изучила голландский язык, узнала историю страны, полюбила её культуру. Занялась и делами благотворительности: основала множество детских приютов, госпиталь и дом для инвалидов, чем снискала любовь и благодарность голландцев. Когда страну постигло великое бедствие – разрушительное наводнение, Анна Павловна обратилась за помощью к брату-самодержцу Александру.

В августе 1818-го король Вильгельм I (Виллем I), свекор Анны Павловны, подарил ей по случаю рождения внука Александра деревянный домик в Заандаме, где некогда под именем плотника Петра Михайлова жил русский царь Пётр I. Далекая наследница Петра распорядилась возвести каркас над историческим жилищем и ревностно заботилась об его сохранности.

(Фрейлина Александра Россет вспоминала, как, беседуя с поэтом, Николай I заметил: «Мне бы хотелось, чтобы король Нидерландский отдал мне домик Петра Великого…» – Пушкин ответил: Государь, в таком случае я попрошу Ваше Величество назначить меня в дворники». Государь рассмеялся и сказал: «Я согласен, а покамест назначаю тебя Его историком и даю позволение работать в тайных архивах».)

Надо отдать должное великой княгине – свою родину она не забывала, более того, гордилась ею! Чему свидетельством её же письма. Вот одно из них, адресованное Жуковскому в ноябре 1839-го: «…Почитаю приятною обязанностью благодарить Вас за… стихи, внушенные любовью к отечественной славе. Они глубоко отзываются в душе моей… Благодарю Бога за счастье быть русской и помнить дни незабвенной и неизгладимой славы. Примите медаль, которую Вам посылаю при сем письме: она напомнит вам час, проведенный в хижине Петра Великого».

Переписка не прекращалась долгие годы: Василий Андреевич исправно присылал своей августейшей корреспондентке все литературные новинки из России.

В 1840-м, после отречения короля Вильгельма I, на престол вступил его сын принц Вильгельм Оранский – король Вильгельм II, унаследовавший от отца и титул Великого герцога Люксембургского. А русская княжна Анна Павловна стала голландской королевой.

Принц Оранский (король Вильгельм II) с супругой и детьми. 1832 г. Художник Ж.Б. ван дер Хулст

В России ту весть восприняли с радостью. «Слава Богу, что Великая княгиня Анна Павловна, наконец, Королева!» – в дневнике управляющего III отделением Леонтия Дубельта появилась восторженная запись.

Анна Павловна овдовела в 1849 году. Пришла и другая беда. Финансовое положение королевы оказалось столь тяжелым и запутанным, что ей пришлось умолять венценосного брата в России выкупить коллекцию покойного мужа: «…Обращаюсь к тебе, любезный брат и друг, с просьбою, чтобы ты в этот роковой час согласился купить собранные Виллемом картины, к которым ты так привязан. Если ты исполнишь эту просьбу, мои дети будут спасены… Ты спасешь также честь семьи!»

По счастью, Николай I не замедлил прийти сестре на помощь, заплатив за живописные полотна внушительную сумму. И ныне шедевры голландских мастеров – достояние петербургского Эрмитажа!

…Скончалась королева Анна в Гааге в феврале 1865-го. Погребена в