Троянская война в России XVI столетия - Пол Бушкович

который он считал фантастическим и вводящим в заблуждение, однако он несколько раз называл упоминаемые им греческие земли «Романией»: этот распространенный западный термин применялся к византийским землям, находившимся под латинским управлением или оставшимся независимыми. Он также упомянул греков Калабрии, которые жили через пролив от Мессины346. Северо-восточная Сицилия с Мессиной еще в конце XII века была преимущественно греческой частью острова. Юридические документы составлялись на греческом языке, королевские чиновники и судьи по большей части были греками, сохранялась греческая церковная иерархия, хотя и под папской властью. В мессинской гавани находился мыс со знаменитым маяком (lingua Phari), указывавшим на оконечность острова путешественнику, пересекавшему пролив из Калабрии, а прямо у маяка стоял греческий монастырь Сан-Сальваторе (Св. Спасителя), основанный в 1131 году при королевском покровительстве347. Это был важнейший греческий монастырь на острове со своим архимандритом, обширными владениями (по королевскому дарению) и большой библиотекой, где монахи копировали греческие рукописи. Церкви в Мессине и ее окрестностях служили греческую литургию, а принимавшие христианство мусульмане следовали греческому обряду, а не латинскому348. Мыс с маяком и монастырем образовали гавань Мессины и были видны любому, кто стоял на ее берегу, глядя на восток.

В ходе XIII века число латинян в городе выросло с иммиграцией из итальянских городов Кампании и других мест и с латинизацией греческих элит Мессины. Тем не менее и в XIV веке в монастыре Св. Спасителя продолжали переписывать греческие книги, а значительную часть мессинского духовенства составляли греки349. Первый юридический документ, подписанный Гвидо, касался пожалования на семь лет виноградника, принадлежавшего монастырю Св. Иоанна Продрома (обычное православное именование Иоанна Крестителя – Предтечи) в обмен на «габеллу». Две подписи на документе – греческие, а в нем упомянут «господин Теодор, императорский философ», один из врачей-астрологов Фридриха II350. За проливом Калабрия еще в XV веке оставалась преимущественно греческой территорией, кто бы ею ни правил, с греческими церквями и другим великим монастырем – Св. Марии Патирской в Россано351. В конце XIII века греки, несомненно, были меньшинством и как группа не играли никакой роли в восстании и осаде Мессины 1282 года, но они по-прежнему там жили.

Разгром и казнь последнего Гогенштауфена Карлом Анжуйским в 1268 году, казалось, принесли мир на юг Италии. Однако недовольство Карлом на Сицилии росло, в том числе и в Мессине, и 30 марта 1282 года (пасхальный понедельник) жители Палермо восстали против французов, перебили их и избрали собственных лидеров. Коммуна Палермо послала гонцов к мессинцам, призывая их присоединиться, но поначалу город оставался верным королю. Затем 28 апреля Мессина восстала против французов и сторонников Карла. Мессинцы избрали своим вождем Алаимо да Лентини и вскоре оказались в осаде армии Карла, продолжавшейся все лето. Сицилийские города просили папу Мартина IV признать их свободными городами под его властью, но папа поддержал короля Карла. Тогда сицилийцы обратились к Педро III Арагонскому, чья жена была внучкой Фридриха II, а флот ждал в Северной Африке. Педро прибыл в конце августа, и сицилийцы, горожане и знать, быстро признали его королем. Арагонец выступил к Мессине и вошел в город 2 октября. Карл уже переправился на континент. Война продолжалась еще двадцать лет, пока ей не положил конец договор, подписанный в Каттабеллоте в 1302 году. К тому времени Карл Анжуйский, Педро Арагонский и, вероятно, Гвидо делле Колонне уже умерли. Сицилия стала отдельным королевством, независимым от владевшей Неаполем Анжуйской династии, а управлял островом новый король, Федерико, сын Педро III Арагонского352. Через пять лет после Сицилийской вечерни, осады Мессины и восшествия на престол Арагонской династии Гвидо вернулся к истории Троянской войны. Он закончил ее, по его собственным словам, за три месяца, в сентябре – ноябре 1287 года353.

Источники Гвидо

Начиная с середины XIX века ученым известно, что основой для истории Троянской войны Гвидо делле Колонне послужил «Роман о Трое» Бенуа де Сен-Мора354. В XII веке Бенуа стал одним из создателей жанра средневековых французских романов античного цикла; другими его примерами стали «Роман об Энее», опиравшийся на «Энеиду» Вергилия, и «Роман о Фивах», основанный на «Фиваиде» Стация355. Старофранцузский роман об Александре по многим параметрам относится к этой группе. Соответственно, сочинение Бенуа рассматривается в контексте романов «античного цикла» как из‑за тематического сходства, так и потому, что оно написано в стихах, подобно «Песне о Роланде» и многочисленным французским рыцарским романам артуровского цикла, например произведениям Кретьена де Труа. Артуровские истории – безусловный вымысел, так же как и большая часть «Песни о Роланде», так что «Роман о Трое» хорошо вписывается в эту группу. Троянская война, несомненно, не была такой, какой ее изобразил Гомер и другие античные источники, и все ее версии изобилуют явно вымышленными персонажами и событиями. Тем не менее недавние исследования средневековых рыцарских романов показали, что их читатели полагали, будто некоторые из этих сочинений все же повествуют о реальных исторических событиях356. Этот вывод может показаться проблематичным применительно к двум другим романам «античного цикла», но версии Троянской истории свидетельствуют об их восприятии в качестве исторических произведений. Хотя Бенуа писал поэму, это не означает, что он не считал свое повествование рассказом об исторических событиях, ведь он сам был автором хроники герцогов Нормандских – типичной средневековой стихотворной хроники. И это не единственный средневековый исторический труд в стихах – такой была и оригинальная версия истории Сицилийской вечерни Бартоломео де Неокастро.

Первоисточником истории Троянской войны Гвидо делле Колонне был не Гомер. Средневековый Запад не знал греческого, однако ученые люди были знакомы с «Ilias Latina», краткой стихотворной суммой «Илиады», а также знали основное содержание греческой истории из второй книги «Энеиды» и из «Метаморфоз» Овидия357. Основными историческими трудами, однако, были апокрифические позднеантичные сочинения, приписывавшиеся Дарету Фригийскому и Диктису Критскому358. Оба текста определяют себя как рассказы свидетелей войны: Дарета с троянской стороны и Диктиса с греческой. Сохранившийся текст сочинения Диктиса – IV века и написан на латыни, но это был перевод с греческого, о чем свидетельствуют сохранившиеся фрагменты на папирусах. Латинский труд Дарета появился в V веке, но Элиан (III век н. э.) сослался на ныне утраченный греческий текст359. Оба сочинения, по сути, – литературные произведения. Сочинение Дарета начинается с истории некоего Корнелия Саллюстия, племянника историка I века до н. э., который нашел текст в комоде в Афинах и перевел его на латынь. История явно выдумана, поскольку нет свидетельств существования племянника Саллюстия с таким именем. Сочинения Дарета и Диктиса переписывались в Средневековье, их продолжали публиковать и переводить даже в XVI веке. К концу XVII века их аутентичность как текстов, современных Троянской войне, была отвергнута всеми, в том числе и голландским ученым Якобом Перизонием в 1702 году360.

Подобно всем средневековым авторам, Бенуа счел сочинения Дарета и Диктиса настоящими рассказами свидетелей. В прологе к своей поэме он выразил почтение Гомеру, которого описал как «чудесного клирика, мудрого и ученого» («clers merveillos / E sage e escientos»). Дарет тоже был у него «чудесным клириком, знатоком семи [свободных] искусств» («clerc merveillos / Et des set arz escientios»), хотя он также совершил «много подвигов, в бою и на турнире» («Mainte proece i fist de sei / E a asaut e a tornei»). Сам Бенуа, конечно, тоже был клириком, и он считал Гомера и Дарета подобными себе. Тем не менее было и существенное различие. Гомер жил через столетие или больше после событий Троянской войны, и, кроме того, в своем труде он изображал богов, сражавшихся со смертными людьми. Афиняне, утверждал Бенуа, осудили его