Маленков. Несостоявшийся вождь СССР - Рудольф Константинович Баландин

уважением Сталина. Об этом свидетельствует такой факт: в сентябре 1947 года на информационном совещании представителей европейских компартий от СССР выступили Жданов и Маленков. Первый сделал доклад о международном положении, а второй — о деятельности ЦК ВКП(б).

Групповое фото. Верхний ряд: неизвестный, Василий Сталин, Светлана Сталина (Аллилуева), А.Н. Поскребышев. Нижний ряд: Л.М. Каганович, Г.М. Маленков, И.В. Сталин, А.А. Жданов. 1947 г.

В докладе Жданова говорилось, в частности, об экспансии США одновременно по всем направлениям. 1) Военно-стратегические мероприятия (милитаризация страны, которой никто не угрожает; создание военных блоков, нацеленных на СССР). 2) Экономическая экспансия (использование в своих целях послевоенных экономических трудностей европейских стран, обеспечение себя рынками сбыта и т. д.). 3) Идеологическая борьба, где главные цели — защита и пропаганда буржуазной лжедемократии и обвинение коммунизма в тоталитаризме.

(Нетрудно заметить, что США продолжают наступление на Россию по всем этим направлениям, несмотря на то, что она стала капиталистической. Следовательно, дело не столько даже в идеологическом противостоянии, сколько в желании расчленить и полностью поработить ещё недавно великую мировую державу.)

Маленков в своём докладе затронул, помимо прочего, три темы, о которых есть смысл вспомнить. Он говорил:

«Одной из первоочередных задач является укрепление работы наших партийных организаций. В годы войны партийные органы проделали огромную работу по организации тыла и переводу хозяйства на военный лад. В условиях военного времени партийные органы вынуждены были нередко брать на себя оперативную работу по управлению хозяйством. Это было правильно в тех условиях. Однако нельзя не видеть, что это породило и некоторые отрицательные явления в практике работы партийных организаций, приводило к ослаблению внутрипартийной работы и вместе с тем к подмене государственных и хозяйственных органов. Оказался нарушенным один из основных принципов большевистского руководства».

Это едва ли не первое упоминание в официальном выступлении о необходимости ограничить влияние партийного аппарата на государственные и хозяйственные органы. Нет сомнений, что данная проблема была одобрена или даже инициирована Сталиным.

Другая тема: «культивирование и развертывание советского патриотизма» и «решительная борьба с различными проявлениями низкопоклонства и раболепия перед буржуазной культурой Запада». Маленков привёл слова Сталина: «Сила советского патриотизма состоит в том, что он имеет своей основой не расовые или националистические предрассудки, а глубокую преданность и верность народа своей советской Родине, братское содружество трудящихся все наций нашей страны. В советском патриотизме гармонически сочетаются национальные традиции народов и общие жизненные интересы всех трудящихся Советского Союза».

Учтем: сказано именно о патриотизме как любви к Родине при братском сотрудничестве трудящихся вне зависимости от их национальности, вероисповедования и даже идеологических пристрастий.

По утверждению Маленкова, «низкопоклонство перед иностранщиной», распространенное среди некоторых слоев нашей интеллигенции, является «пережитком проклятого прошлого царской России». Увы, объяснение слишком примитивно и вводит в заблуждение. Тут проявился дефект упрощенного классового подхода к явлениям общественной жизни. Ведь речь идет о новой поросли служащих, воспитанных при советской власти. У них низкопоклонство перед Западом проявляется не в стремлении воспринять высокие достижения культуры, а в жажде материальных благ.

Этим пользуется агентура англо-американского империализма, как справедливо отметил Маленков, в своей идеологической войне против СССР, идеологии братства трудящихся, свободы от эксплуатации, равенства и справедливости.

Говоря о внешней политике ВКП(б), Маленков подчеркнул главный принцип: «Мы исходим из факта неизбежности сосуществования на длительный период двух систем — капитализма и социализма — и придерживаемся курса поддержки лояльных добрососедских отношений со всеми теми государствами, которые проявляют желание к дружественному сотрудничеству при условии соблюдения принципов взаимности и выполнения взятых на себя обязательств».

Выступление Маленкова от имени ЦК ВКП(б) на крупнейшем форуме представителей коммунистических партий разных стран свидетельствовало о том, что Сталин считает его верным своим соратником. Ему был поручен доклад, раскрывающий основные идеологические принципы государственной политики Советского Союза.

«ЛЕНИНГРАДСКОЕ ДЕЛО»

О нём в Большой Российской энциклопедии (БРЭ) сказано предельно кратко и смутно: «Это серия дел, сфабрикованных в конце 40‐х — начале 50‐х гг., по обвинению ряда видных партийных, советских и хозяйственных работников в измене Родине, намерении превратить Ленинградскую парторганизацию в опору для борьбы с ЦК и т. п. Н.А. Вознесенский, М.И. Родионов, А.А. Кузнецов, П.С. Попков, Я.Ф. Капустин, П.Г. Лазутин приговорены к расстрелу, остальные — к длительным срокам тюремного заключения. Одновременно был осуществлён массированный разгром Ленинградского партийно-административного руководства. В последующем все реабилитированы, большинство посмертно».

Возникает вопрос: кто и зачем сфабриковал эту жестокую расправу? На этот вопрос постарался ответить историк В.Д. Кузнечевский в статье «Ленинградское дело» 1949–1953» (2020). Он прежде всего отметил утрату важных документов: «В 2011 году к. и. н. Амосова А.А. на страницах журнала «Новейшая история России» пришла к выводу, что формальному доследованию в отношении жертв этого события препятствовал Н. Хрущёв, чтобы «скрыть своё участие в этом процессе». Мои собственные «раскопки» в архивах подтверждают этот вывод: у Хрущёва были основания для такого поведения».

По его словам, «удалось выяснить, что часть архивных документов, относящихся к «Ленинградскому делу», была изъята из фондов Г. Маленковым, а часть уничтожена направленной в архивы командой, сформированной Н. Хрущёвым, который целенаправленно заметал свои следы в репрессиях 30‐х годов и в «Ленинградском деле». Особенную в этом плане активность Н. Хрущёв проявил весной 1953 года, когда перед Никитой Сергеевичем замаячила перспектива стать первым лицом не только в партии, но и в государстве. Последнее означало, что надо скрыть даже намёк на его участие в расстрельных делах не только в 30‐е годы, но прежде всего в «Ленинградском деле».

В своей работе В.Д. Кузнечевский опирался на большой фактический материал, частично добытый им в архивах. «С годами во мне крепло убеждение, — пишет он, — что в «Ленинградском деле» невозможно разобраться по существу без его связи с историей развития так называемого русского вопроса за весь период существования Советской России, начиная с 1917 года и по сей день».

Корреспондент интернет-газеты «Столетие» в интервью с автором книги подчеркнул: «РСФСР, крупнейшая из советских республик, была, в отличие от всех остальных, лишена своего политического руководства, своей компартии и многих других жизненно необходимых структур. Россия, как бывшая якобы «тюрьма народов», обязана была на пути к созданию коммунизма и «советского человека» поднять окраины до своего уровня. Что и породило многие так и не разрешенные проблемы, вызывавшие большую тревогу у русских по происхождению советских деятелей, названных «ленинградцами». РСФСР не имела своей Академии наук, своей столицы.

Несправедливо распределялись «блага» для населения в республиках Союза. РСФСР, которая вносила самый весомый вклад в экономику страны, дотировала другие республики, за исключением Белоруссии, в доходах на душу населения находилась на последнем месте.

Такую несправедливость по отношению к русскому народу, по мнению В.Д. Кузнечевского, стремились исправить соратники Жданова, фигуранты «Ленинградского дела». Стремление, безусловно, благородное. Но почему же на них обрушился карающий меч СССР?