Утопающий во лжи 17 - Лев Жуковский

Что же касалось добычи, то редкие карты навыков добывать было непросто даже среди столь большой выборки жуков. Но все же уникальные навыки попадаться никак не хотели. И, сказать по правде, больших надежд и на мир Тесэр я не возлагал. Их каталоги я уже видел. Ничего по-настоящему стоящего там не было и в помине. Мир мёртвых мог предложить многое, даже полезное для моих подчиненных, но не для меня. На этот счет у меня имелись большие сомнения, что мне удастся раздобыть там хоть что-то стоящее.

Кари тоже серьёзно выросла в уровнях. И здесь особенно радовало то, что прежняя сдержанность от спешки оказалась оправданной. Если бы я поторопился, если бы позволил ей пройти обычный путь ради быстрого усиления, она стала бы просто ещё одним крепким бойцом среди прочих. Полезным, но не выдающимся. Теперь же перерождение вывело её в более редкую расу теневых хобгоблинов. Это давало множество преимуществ не только в будущем, но и прямо сейчас, в бою.

Врождённая способность Теневого шага позволяла ей исчезать из-под удара, проскальзывать между линиями роя, появляться там, где враг уже считал проход безопасным. Для мира, состоящего из тоннелей, теней, разломов и узких мест, эта способность была почти неприлично удобной.

Кари смогла достигнуть 40 уровня на E ранге. Кусака тоже рос. Он радовал прогрессом, силой и, что главное, тем, что не пытался применять магию. Для не до конца разумного существа это было похвально. Многие более умные твари умудрялись губить себя попытками использовать магию в мире где это было смерти подобно.

Однако, до его следующего перерождения ему оставалось далеко. С его нынешним 44 уровнем на D ранге пытаться он будет лишь на сотом. И это было правильно. Поспешность слишком часто выглядит как путь вперёд, хотя на деле оказывается тропой в тупик. Все же для Кусаки выгоднее будет попробовать получить уникальную расу.

Новые экзокостюмы тоже показали себя достойно. На материалах для старших офицеров и лучшей сотни штурмовиков я не экономил. Теперь о пробитии защиты обычными ратниками инсектоидов речи даже не шло. От того и потерь удалось избежать. А главное, напрасных трат ресурсов тоже.

Все эти мысли шли фоном, пока я в одиночку приближался к вратам в мир Тесэр. Последнюю охоту я счёл излишней. Слишком уж неприятное предчувствие расползалось по краям сознаний. Не прямое ощущение опасности, не чёткая угроза, не тот внутренний звон, который заставляет мгновенно менять тело и готовить проклятое божественное копьё. Нет. Скорее лёгкая тревога. Тонкая дрожь на границе восприятия, как будто где-то в глубине мира натянули невидимую нить.

Впрочем, возле огромных врат царила безмятежность. На первый взгляд. Каменная арка возвышалась в тёмной пещере, словно забытая в недрах чужого мира. Холодные контуры рун молчали, ожидая энергии. Вокруг не шевелились стаи инсектоидов. Не слышалось далёкого скрежета их жвал и цоканья лап по камням. Не дрожали стены от приближения титанов. Никакая королева C ранга не затаилась рядом, потому что местность я проверил заранее.

Очень тщательно проверил. И всё же неприятное предчувствие не отступало. И стоило мне направить магическую энергию из накопителей маны в арку портала, как пространство задрожало до боли знакомым образом.

И вместе с этой дрожью я ощутил чужое внимание. До открытия врат в Тесэр оставалось не меньше пары минут. Как бы поспешно я ни напитывал малый контур, активация врат требовало времени. Две минуты, ничтожный срок для смертного. Для меня же в этом состоянии они могли стать целым полем боя, полным решений, вариантов и смертей.

Выбором это не было. Не рационально взвешенным решением. Скорее давно отработанным ходом на случай настоящей опасности. Я активировал меч изверга небесных молний.

Форма изверга приняла меня мгновенно. Тело стало иным, состоящим из небесных молний, бегущих по контурам чудовищной оболочки. Воздействовать на мой разум в такой форме будет куда сложнее. Узнать во мне старика Ирчина, почти невозможно.

Кроме того, из этой формы с разогнанным восприятием перейти в тело демонического Бога будет куда легче. А уж там…

Там, с Интеллектом в пятьсот единиц, с проклятым божественным копьём в руке и готовностью даже пожертвовать вратами в мир Тесэр, если на весах будет лежать моя свобода, моя жизнь, я стану куда большей угрозой даже для странного глубинного мира Ссшорс.

В теле же демонического Бога я не стал бы переживать о собственном разуме. О блокировке. О подчинении. О чужом шёпоте в глубинах сознаний. Там энергии воспринимались иначе.

Но раскрывать себя окончательно было рано. Пока я сжигал эссенцию света и тешил себя надеждой на лучший исход. Врата продолжали напитываться энергией. Малый контур жадно впитывал ману, руны проступали в камне, одна за другой, а окружающая враждебная энергия отступала от тела изверга, состоящего из небесных молний.

— Как ты посмел, жалкий гоблин, устроить охоту в моём мире и теперь пытаешься сбежать! — прогудел голос.

К счастью, он прозвучал не в моей голове. В окружающем пространстве. Глубоко, тяжело, многократно отражаясь от стен огромной пещеры, словно сами камни на миг стали гортанью чужого Бога. Мелкая пыль дрогнула на полу. Тени возле арки вытянулись, будто захотели отползти подальше от источника этого голоса.

— Так же, как ваши дети охотились на моих сородичей в моём мире, о Великий Сионшо, — произнёс я спокойно в ответ.

Даже с толикой уважения. Но без страха. Страх показывать было нельзя. Не этой твари. Не сейчас. Пусть слышит почтение, пусть чувствует признание силы, но не получает той сладкой пищи, от которой древние существа начинают считать себя вправе давить собеседника.

— Как смеешь ты отвечать мне, не преклонив колен! — прогремел Сионшо, это был явно он, правда с прошлого нашего общения, все немного изменилось, и я не ощущал ни того трепета к нему, ни что самое главное, того явственного присутствия.

Однако, от его голоса стены пещеры все равно затрепетали. С высокого потолка посыпались мелкие камни. Абсолютная темнота, озаряемая лишь вспышками моих кратких скачков буквально на полшага, никому из нас не мешала разговаривать. Сионшо видел меня. Я чувствовал его внимание. А всё остальное было лишь декорацией для древней, опасной игры.

— Прошу простить меня, но эта форма не способна преклонить колен, как и любой изверг за всю их историю никогда не склонялся… — начал было я объяснять более чем очевидные истины.

Тонкая шутка. Почти вежливая. Сионшо её не оценил. Концентрация энергии вокруг меня увеличилась. Пещера словно стала теснее, хотя пространство физически не изменилось. Тьма сгустилась.