Опричники 2 Питер - Ал Коруд

Михаил виновато заметил:

— Да похватали всё без разбора.

Но Иван тут же пресёк разговорчики:

— Как у нас в отряде СпН говорили: армейское блюдо — жри, что дают. Ребята, девчата, заправляемся и скорее в путь. Уже светло, дорогу видно. Затем он повернулся к Тайми: — Как дальше будет?

— Пяозерский проехали, скоро пойдёт лесовозная дорога.

— Ясно, — ухмыльнулся долизавший ложку Михаил. — То есть непролазная.

— Ну как сказать. Потому Эйно ночью оказией и поехал, когда подмёрзло. Но сегодня холодней. Так что будем надеяться на лучшее.

Ловцы, как самые габаритные, уселись впереди, остальные расположились сзади. Благо, фактура основной массы сидельцев позволяла. Солнце уже появилось над верхушками сосен. Ландшафт привычен для этой части Карелии: сосновые боры, болота, озёра и реки. Дорога ужом крутилась по озам — былым остаткам ледникового поползновения.

— Красиво, — повернулась от окна Забава. — Сколько ещё нам ехать?

— Уже приехали, — начал тормозить Иван.

Впереди широкой лентой раскинулась вышедшая из берегов река. Виктор вышел из машины и сплюнул.

— Как не вовремя!

— Подожди, Михаил проверит.

Бочарников уже ловко натянул резиновые штаны, какие носили обычно продвинутые рыбаки. Иван тем временем срубил небольшую сосенку для промера глубины.

— Мелко, прокатим! Я буду показывать!

Прошли воду легко — пикап высокий, к тому же у него имелся шнорхель, и лебедка стояла на бампере впереди. Михаил ловко запрыгнул обратно в машину. Вскоре они прошли поворот в сторону Кирозера. Виктор уверенно скомандовал:

— Нам дальше, и вскоре будет поворот направо.

Они чуть его не проскочили. Тайми и Клюка прошли немного вперёд по открывшейся узкой лесной дорожке.

— Должны проехать — тут песок и камень. Дальше у озера придётся спешиваться и переправляться через Кривую.

— Добро, — согласился Иван, с любопытством оглядываясь по сторонам. Северней Урала он ещё не работал. Сибирь большая, там и на юге полно занятных местечек вдоль китайской и монгольской границ.

— Девушки, разбирайте!

Виктор кивнул в сторону снегоступов. Снега уже мало, так что на лыжах не пройти. На мотособаке ехал сам Тайми, в волокуше лежало снаряжение. Вскоре группа устремилась в сторону возвышенностей, что уже чётко просматривались через озёра. Всего-то двести с половиной сотни метров вверх, но в целом тут низменная местность. Вскоре они отцепили снегоступы.

— Здесь и так пройдём — камень, но под ноги смотрите.

Тайми ушёл вперёд на мотобуксире, затем с интересом наблюдал за группой странных служивых. А ведь идут в целом неплохо — кроме самой мелкой. И две блондинки ни в чём не уступают мужчинам, смотрят под ноги, куда ступать. Сразу видно опытных людей. Может, всё-таки они из пограничной стражи? Не похожи на кабинетных работников.

Два озера пришлось обходить кругом, затем Виктор остановился около небольшого порога, через который протекала река Кривая.

— Что тут у тебя?

— След.

— Думаешь, это Эйно?

— Подожди! — Тайми нахохлился и направился в сторону разлапистой ели. Он покопался под ветками и вскоре вытащил вторую мотособаку. — Дальше он пешком пошёл. Осталось по прямой метров пятьсот.

— Тут разве можно пройти?

Иван смотрел на реку, в которой залихватски бурлила вода. Здесь она шла особенно бурно, создавая бурные пороги. К нему подошёл с репшнуром Виктор.

— Можно — вон по тем камням пройти. Куусинен здесь прошёл, но он человек бывалый.

Клюка в ответ хмыкнул, взял в руки увесистую палку, повесил моток репшнура на шею и смело двинулся вперёд. На Алтае и Саянах и не так приходилось. Тайми некоторое время смотрел на уверенного в себе мужчину, затем вернулся к мотобуксиру.

— Одевайте бахилы. Они не промокают. Обвязками пользоваться умеете?

— Да, — Седых уже облачилась в обычную альпинистскую обвязку и прицепила спереди карабин.

— Тогда хорошо. Мы сейчас репшнур натянем. Все пристёгиваются к нему и тянут за собой запасной фал.

— Поняли.

Переправа прошла без особых проблем. Разве что Забаву пришлось фактически перетягивать на тот берег — её веса не хватало, чтобы противостоять упорному потоку. В Карелию пришла весна! Земля на солнце отмерзала, под ногами начало хлюпать. Но через пять минут они вышли на каменистую пустошь. Впереди зачернела возвышенность. Перед ней и на самой горе Лууомаваара ничего не росло — только большие камни с цветастым лишайником и мхами.

— Однако!

Иван оглядел подходы и повернулся к Пелагее.

— Ничего тут не чую. Нужно идти вперёд.

— А где Эйно? На горе никого не видно.

Виктор вышел вперёд и заслонился ладонью от солнца.

— Вот там видите — большие камни сложены. К ним никто и никогда не ходит.

Ловцы переглянулись и подтянули к себе оружие.

Трескина же ахнула:

— Сейд! И какой старинный!

— Стоять! — её тут же одёрнул Иван, перекинув вперёд рюкзачок, затем повернулся к Тайми. — Витя, двигай назад к переправе. Мы тут без тебя разберёмся.

И было что-то такое в его голосе, что работник нацпарка тотчас послушался. Он несколько раз оглянулся, с удивлением разглядев в руках здоровяков огромные ножи, больше смахивающие на мечи. Что они тут потеряли и почему не идут с огнестрельным оружием? Девушки шли к вершине и вовсе без оружия, но зато как уверенно! Сама мелкая достала небольшой фотоаппарат. Дальше Виктор уже не видел, устроившись дожидаться возле переправы. Почему-то ему казалось, что всё сейчас и решится.

— Опасность!

Иван остановился.

— Не вижу, — Пелагея от напряжения шумно втягивала ноздрями воздух.

— Не здесь, туда смотри!

Ловец указал в сторону похожей на эту голой горы, что высилась поверх сосен по ту сторону границы. И в самом деле они как будто братья-близнецы. Трескина тут же почуяла присутствие чего-то жутко нехорошего.

— Ну как? — Седых в одно мгновение оказалась рядом с подругой.

— Ниточка есть. Что такое — понять не могу. Никогда ни с чем похожим не сталкивалась.

Клюка мрачно констатировал:

— В мире есть много такого, с чем мы ещё дела не имели. Не нравится мне всё это.

Забава решила сделать дельное предложение:

— Может, тогда отойдём назад и покумекаем?

— Не вариант, — ответил за всех Михаил. — Чую, что там среди камней Эйно лежит и жив до сих пор.

Седых с интересом разглядывала обоих ловцов. А есть у них дар! У каждого свой. Они не только отпетые боевики, чья служба состоит в том, чтобы находить и ловить опасных беглецов.

— Тогда работаем, братья!

Иван и Михаил улыбнулись, подхватили свои мечи-кладенцы и тихо пошли вперёд. Со стороны их ловкими движениями можно любоваться. Как два снежных барса мягко стелились над камнями, которые от их лёгких шагов даже не шелохнулись на разу. Около здоровенных и сложенных в определённом порядке тёмных камней, непонятно каким-то чудом поставленных здесь то ли природой, то ли людьми, они замерли. Затем