Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской - Елизавета Владимировна Соболянская

— Все просто, ваша светлость. Господин профессор ищет подработку и готов читать лекции в нашей школе. Но кому он собирается их читать? Бедным забитым девочкам, многие из которых, возможно, не обучены грамоте? Уважаемый господин Бранницкий преподает со времен собственного окончания университета. Ему сейчас сорок семь лет. Значит, двадцать лет он общается исключительно со взрослыми людьми. Студентами, которые уважают его звание и знание. Благоговейно молчат на лекциях и трепещут на экзаменах. А у нас будут девочки. Плаксы. Капризули. Нервные дети, готовые обожать или ненавидеть. Боюсь, господин профессор не принесет им пользы, но навсегда отвратит от математики.

Герцогиня усмехнулась:

— Но девочки растут…

— Это верно, ваша светлость, лет через пять, когда наши крошки станут барышнями, мы с удовольствием пригласим господина профессора прочесть несколько лекций для самых одаренных. Это будет престижно и полезно для всех!

— Вы очень внимательны и не гонитесь за статусом, мадемуазель, — одобрительно сказала герцогиня. — Что ж, я склонна согласиться с вашим мнением.

Тут она позвонила в колокольчик, чтобы горничная пригласила в кабинет следующего кандидата.

В итоге, просидев в кабинете больше шести часов, дамы сошлись во мнении, что, возможно, нашли учителя танцев, учителя латыни, немецкого, английского и французского, фельдшера, пару классных дам и батюшку для преподавания Закона Божьего и отправления треб. Русскую словесность временно могла преподавать Александра, а вот русский язык, математика, история и география остались незакрытыми. Как и специальные, “дамские”, науки вроде шитья, вышивания и экономного ведения хозяйства.

Тут дело было в том, что в той или иной мере этими науками владели все классные дамы и были готовы их преподавать, но методики преподавания не существовало, как и строгих правил. Саша вздохнула и пообещала ее светлости написать план и представить его на утверждение.

— Если мы планируем вырастить из этих девочек достойных жен офицеров и матерей, им нужно уметь не просто шить, но и кроить. Не просто штопать, а уметь подлатать мундир супруга. Это слишком объемная задача, ваша светлость, нужны специалисты, — призналась Александра, и герцогиня с ней полностью согласилась.

За ужином, на который Сашу пригласили остаться, девушка вспомнила про мастерицу и сумела заинтересовать герцогиню интересной формулой экономии — заряжать артефакт могут преподаватели, а потом и ученицы, а взамен они будут получать форму и заодно пройдут практику в мастерской.

— Несомненно, при школе нужен свой швейный класс, ваша светлость, для детей понадобится изрядное количество одежды, постельного и столового белья, различного текстиля. Но поначалу мы вынуждены будем обращаться к швеям, и этот вариант нам поможет очень хорошо сэкономить.

— Вы правы, мадемуазель, — согласилась герцогиня, — мне очень интересно взглянуть на швейный артефакт, я никогда такого не видела. Если позволите, я бы хотела навестить эту мастерицу вместе с вами.

Что могла на это ответить Саша? Только согласиться “с радостью и удовольствием”.

Прапорщик Медведев тоже присутствовал за столом. Александра иногда посматривала на него, ровно так же, как на других присутствующих, и отметила, что их светлости приглашают за стол тех, с кем ведут дела, безо всякого стеснения, наравне с “домашними”. Правда, детей за ужином не было — им накрыли стол в детской, но кое-кто из преподавателей сидел за столом, чтобы после трапезы дать родителям отчет об учебе детей.

После ужина ее светлость тепло простилась с Александрой и пообещала прислать бумаги преподавателей, прошедших проверку, курьером.

— Объявление о приеме детей выйдет через неделю, до этого времени нужно набрать хотя бы минимальный штат, — обеспокоилась герцогиня, — прошу вас, мадемуазель Пешкова, приезжайте через два дня к обеду, будем знакомиться с новыми кандидатами!

— С радостью, ваша светлость! — ответила Саша и отправилась в школу в компании прапорщика.

На обратном пути они вновь молчали.

Проводив девушку в дом, Медведев сказал:

— Мадемуазель, какие у вас планы на завтра?

— Заехать в мастерскую, забрать платья, — принялась выстраивать грядущий день Александра, она уже чувствовала неловкость, появляясь перед герцогиней в одном и том же платье не самого подходящего фасона. — Потом прием кандидатов. Уверена, завтра еще будут приходить по объявлению, да и соседи будут присылать дочерей и племянниц. Если Особый отдел успеет кого-то проверить, я бы уже взяла горничных и кухарку — здание нужно отмывать, белить, чистить печи и распределять комнаты. А если еще никого не проверили, тогда нужно ехать в мебельную мастерскую, заказывать кровати, учебные столы и скамьи, мебель в столовую и кое-что в комнаты классных дам. Ее светлость велела направлять счета ей, но на всякий случай выдала двести рублей ассигнациями на срочные расходы.

— Все ясно, значит, я приеду к десяти, чтобы вас сопровождать. Если ее светлость пожелает поехать в мастерскую с вами, я пришлю вестового с запиской.

Саша хотела было возразить — поздний вечер, у нее еще много дел, но… вестовой — не ребенок, а передать записку — невеликий труд, а ей критически важно знать, поедет герцогиня с ней в мастерскую или нет. Поэтому девушка поблагодарила мужчину и, как только дворник закрыл за ним дверь, поплелась в кухню — проверить, что ели слуги и чем целый день занимались.

Глава 19

Проверка, тренировка магии, несколько страниц в отчет для герцогини, глубокий сон — Александра не помнила даже, как готовилась ко сну, оставиву скучную рутину привычной Шурочке.

Утром горничная привычно постучала, внесла горячую воду, получила распоряжение накрыть чай с припасами из свертка и сообщила, что внизу уже ждут желающие получить место.

— Сначала чай, — решительно сказала Александра, останавливая вспыхнувшую внутри панику Шурочки. Юная и впечатлительная девушка хотела немедля бежать вниз — принимать людей, а вот Александра Николаевна прекрасно понимала, что без завтрака она выдохнется через полчаса и начнет совершать ошибки.

Горячий крепкий травяной настой с ложкой меда. Кусок кулебяки, постная лепешка с толченой картошкой внутри, баранки. От сытости снова потянуло в сон, но Александра умылась холодной водой и приказала приглашать людей в кабинет.

Кухарки, горничные, прачки — те заявились очень рано, галдели внизу, возле кухни, пока не прикрикнул дворник. Составив список кандидаток для Особого отдела, Александра вдруг действительно задумалась о вдовой чиновнице в качестве экономки. Каждый день разбираться с мелкими сварами уборщиц и кухарок не хотелось совсем. Ее забота — дети. И налаженная система работы. Чтобы полы мылись без ее участия,