Молот Пограничья. Книга VIII - Валерий Пылаев

Не знаю, где и как Годунов сумел раскормить своих крылатых уродцев — аспекта в них стало чуть ли не втрое больше. Они уворачивались от магии, и те заклинания, которые все-таки находили цель, не причиняли особого вреда — твари лишь дергались, получая удар, но все равно летели дальше. Били сильнее, двигались проворнее.

И, черт возьми, были куда сообразительнее прежних!

— Я их не вижу! — Один из генералов — тот самый, который уже успел поваляться на земле — вылез из-за казармы, хромая. — Ничего не вижу!

— Вот там. — Император вытянул руку, указывая куда-то мне за спину. — За стеной!

Я обернулся. Все шесть тварей шли прямо на нас снова — на этот раз плотной группой, почти касаясь друг друга кончиками крыльев. Алое мерцание уже разгоралось в глотках, и я чувствовал жар аспекта Хаоса даже отсюда — тяжелый, маслянистый, забивающий горло.

— Шесть. — Я стиснул рукоять Крушителя. — Должна быть еще…

Рев обрушился сверху. Такой громкий, что от него заложило уши, а земля под ногами вздрогнула. Вожак — самый крупный из семерки — вынырнул из дыма прямо над головой императора. Я даже не успел понять, откуда он взялся. Огромные когти сомкнулись на плечах одного из государевых телохранителей, и тот заорал.

Драться в ближнем бою беднягу явно не учили. Он дернулся, вспыхнул всем телом, ударил куда-то над собой — но тварь уже рванула вверх, утаскивая его в небо, как ястреб утаскивает добычу. Ноги в лакированных ботинках мелькнули над головами и пропали в дыму.

Кто-то из солдат вскинул штуцер, выцеливая крылатую тень.

— Нет! — Император перехватил ствол, отводя в сторону. — Вы можете попасть в него!

Будто в насмешку, бес разжал когти. Маг полетел вниз, беспомощно раскинув руки и кувыркаясь в дыму. Ударился о крышу крыши Таежного приказа, проломив то, что от нее еще осталось — и с грохотом исчез внутри. Из окна второго этажа вырвалось облако пыли, и вокруг вдруг стало тихо — будто вся крепость набрала воздуха и не решалась выдохнуть.

— Проклятье! — процедил император.

В его голосе звучала злость. Но не ярость, которая требовала мщения — скорее досада человека, потерявшего ценный инструмент. Редкий и стоящий немыслимых денег — но все же вполне заменяемый.

— Убейте их наконец! — рявкнул император, поднимая меч. — Неужели мы не можем справиться с горсткой безмозглых тварей⁈

— Безмозглых? — Я шагнул вперед. — Они соображают немногим хуже нас — иначе давно спустились бы на землю.

— Так спустите их, черт побери!

Двое оставшихся телохранителей ударили разом — вместе с теми, у кого еще осталось хоть немного маны. Генералы, придворные — все вложились в один залп, и сияющие полосы заклинаний скрестились в небе, нащупывая строй бесов. Что-то вспыхнуло, загремело — и вниз полетели темные клочья.

Пять тварей ушли — но одна дернулась и завалилась набок, уронив подбитое крыло. Огромное тело кувыркнулось в воздухе, теряя высоту, и рухнуло на навес с ящиками в дальнем конце двора. Доски с грохотом разлетелись, бес замер на мгновение — и тут же закопошился среди обломков, упираясь передними лапами и пытаясь подняться.

К нему уже бежали. Солдаты со штыками наперевес, вольники с ножами и топорами — десяток человек набросился на тварь со всех сторон. Первый ткнул в бок — лезвие скользнуло по шкуре, не оставив следа. Второй ударил сверху двумя руками — и приклад штуцера с хрустом переломился. Бес мотнул головой, длинный хвост хлестнул по земле, сметая людей — кто-то отлетел, кто-то упал и пополз, прижимая руку к окровавленному боку. Один из вольников подскочил чуть ближе остальных — и тварь поймала его лапой. Стиснула, ломая шею, и отшвырнула к частоколу.

— Осторожнее! — крикнул я. — Обычным оружием беса не убить!

Но никто уже не слушал — то ли от ярости, то ли от желания выслужиться на глазах у императора. Кому-то хватило ума держаться подальше от когтей и хвоста, который метался по земле, кроша остатки досок — но несколько генералов бросились вперед.

И тут же поплатились. Разлетелись, как щепки — одного сбило с ног хвостом, второго тварь отбросила здоровенной лапой, а третьего швырнуло мне под ноги с оплавленной дырой в кресбулатовом нагруднике. Я перешагнул через него, примериваясь, с какой стороны подступиться к огромному чудищу.

Меншиков успел раньше — зашел сбоку, молча, без лишних движений, и рубанул мечом в сгиб задней лапы. Клинок едва пробил бронированную шкуру — но тварь дернулась и развернулась. Меншиков не отступил: ударил еще раз — наотмашь, по зубам — и отскочил, уводя беса за собой, подальше от раненых, лежавших вокруг.

Следующим подоспел император. Шагнул к твари — быстро, не раздумывая — с размаху опустил меч, полыхнувший магией, и во все стороны брызнули голубые искры. Раны я не увидел, но по шкуре беса тут же пополз густой белый иней. Ледяные чары его величества оказались посильнее тех, которыми меня когда-то обрабатывал средний из братьев Зубовых — через несколько мгновений прозрачная корка выросла и на рогах, и на морде, сковав челюсти.

Всерьез навредить почти неуязвимой твари магия не могла, но замедлить — замедлила.

Крушитель взвыл в моих руках, наливаясь мощью первородного пламени, прочертил в воздухе раскаленную дугу, опустился — и уже протянутая к императору лапа повисла плетью. Обычному бесу хватило бы одного удара — этому понадобилось целых четыре. Второй пришелся в ребра, третий — по хребту, и тварь заскребла когтями по земле, оседая. Последний я нанес со всего размаху в голову, и во все стороны брызнули куски рогов с кусками черепа.

Бес еще пару раз дернулся и затих. Его гибель сработала, как сигнал для остальных. Шесть тварей развернулись вместе, будто по команде — и помчались на север строем, не обращая внимания на летящие вслед пули и заклинания и оставляя за собой горящую крепость.

В горле першило, в ушах все еще звенело после рева вожака, а резерв изрядно просел, однако я все же заставил себя поработать еще немного. Вытянул руку — и стихия послушалась, признавая хозяина. Огонь на крыше казармы зашипел и сник, дым побелел, начал рассеиваться, и сквозь пелену проступил двор крепости — обгоревший, изуродованный и заваленный обломками. Уцелевшие здания я спас,