Время неблагих. Книга третья - Максим Андреевич Далин

Святой Земле, хана святоземельской короне, хана памяти Эральда и его пресветлой благодати — и ещё неизвестно чему ещё хана… что наступает полнейший кошмар, в общем. Как же мы связаны-то со всякими слишком большими для нас вещами…

— Мы и пробовать не будем, — сказал Лэрик. — Перелесцы собираются ехать, пойдёмте.

Мы уже собрались этак не спеша подойти — и вдруг Дар окатил меня жаром, а Эдна тут же крикнула:

— В сёдла — и вперёд! Тревога!

Тэшлин Лэрика поднял в седло, как маленького мальчика — вообще не напрягаясь. Мне Хоран руку подал и тоже втащил. Рошер взглянул на подскочивший чурбан скептически — я по его взгляду понял, что эта скачка вовсе не сахар медовый — но лихо запрыгнул в седло. А Эдна помогла Глейзе усесться, сама — потом уж.

А я снова услышал гулкий топот в лесу. Приближающийся. Но на сей раз подумал, что тут-то точно лошади. Девятиозерская кавалерия.

Каково-то им скакать через лес, без дорог, успел подумать я и тут же сообразил: что ж это за конница такая, от которой меня жжёт Дар и стоит внутри стеной?

— С-срань! — яростно ругнулся Хоран. Диво, как удержался от настоящего сквернословия, ему явно хотелось. — Полулошади, срань! Упырьё, будь я проклят!

— Полулошади?

Дичь какая-то.

— Группа! — рявкнула Эдна не хуже, чем Гектор в своё время. — Валим к границе! Гадов много!

— Не отрезали бы, — пробормотал Хоран.

— Обряд засекли! — крикнул Тэшлин на скаку. — Слишком чётко вышли!

— Да тут же Синелесье рукой подать, бездна! — крикнул Саргин. — Сдетонирует — отрежут!

— Заткнись! — крикнула Эдна яростно. — Ходу!

Как же они ломанулись! Ветер в ушах свистел, всё вокруг слилось в серые полосы. Как они ухитрялись видеть, куда летят — не постигаю! От каждого прыжка чурбана меня перетряхивало с головы до ног, аж зубы лязгали — я только успел подумать, что язык не откусить бы. Я голову опустил пониже, чтобы ветер не бил в лицо — а над защитным стеклом он бил, как кулаком — и стало немного легче соображать.

Они были сзади — и они были сбоку. Две группы. И приближались, по-моему. Не очень быстро, но сокращали помаленьку расстояние.

— Хоран! — крикнул я. — Там тоже!

Хоран поддал ещё, догнал Эдну.

— С запада и с северо-запада!

— Группа, стой! — крикнула Эдна.

Сразу они не могли — по инерции пролетели ещё шагов по двадцать. И остановились рядом. Рошер, по-моему, пытался проморгаться после этой скачки, остальные ждали, что Эдна скажет.

А Эдна внезапно обратилась ко мне:

— Тоже чуешь два табуна, некромант?

Я кивнул и показал направления.

— Саргин, — приказала Эдна, — возьми в седло девушку. Отвечаешь за неё перед Отцом, понял?

— Эдна! — ахнула Глейза. — Почему?

— Потому, — отрезала Эдна. — Прости. Вы с принцем очень ценные.

И Глейзу передала Саргину — Глейза даже не возмутилась, когда Саргин боком усадил её на сиденье чурбана. А Эдна продолжила:

— Группа, слушать. Тэшлин, Саргин, Дэгли, Лиэр — вы все как можно быстрее валите дальше. Тэшлин и Саргин отвечают за высочеств, остальные будут их прикрывать, если что. Ты, подпоручик — с ними и со своими высочествами. Остальные — со мной. И ты, некромант. Здесь их встретим. Всем всё ясно?

— Предельно, — мрачно сказал Тэшлин.

Кажется, он хотел возразить, но Эдна не дала.

— Именем Отца, — приказала она. — Нельзя им дать поджечь лес. Всё, встреча на нашей стороне, у Отца-Дерева. Вперёд!

— Валиен… — еле выговорил Рошер.

Они все на меня смотрели так, будто меня тут же сейчас и похоронят.

— Некромант и нам, и вам увеличит шансы, — сказала Эдна. — Всё, пошли.

— Так, — вдруг сказал Лэрик. — Нет.

Хорошо сказал: его услышали.

Эдну удивило.

— Во дворце на Святой Земле будешь командовать, принц.

— Дай мне сказать, пожалуйста, — сказал Лэрик без нажима, но совершенно непререкаемо. Ну вот наш принц сказал. — Ты один раз уже заткнула Валиена. Это могло бы плохо кончиться. Меня не затыкай, будь добра.

Эдна удивилась ещё больше.

— Ладно, — сказала она. — Говори, только быстро.

— Эти полулошади — разновидность жрунов? — спросил Лэрик. — Раз огонь?

— Да, — сказала Эдна.

И в этот момент меня осенило.

— Точно! — выдал я. — Так мы вместе их легче остановим. Высочества благие, твари боятся молитвы!

— Да хоть лоб себе разбей, — фыркнула Эдна. — Здесь, в лесу, есть только Отец. И ад. Мы теряем время.

— Мы остановим их вместе, — сказала Глейза. — Мы всё легче делаем вместе.

— И ты вряд ли можешь нам приказывать, — сказал Лэрик. — Мы же не перелесские солдаты.

— Вы святоземельские психи! — рыкнула Эдна. — Группа, занять оборону! Если их высочества решили умереть на свежем воздухе, кто я такая, чтобы им мешать!

И перелесцы спешились.

Глава 11

К такому зрелищу мы были не готовы совсем. Мы такого никогда не видели и представить себе не могли, что такое вообще возможно.

А вот.

Эдна строила баррикады. Из живых деревьев.

Она снова сняла фуражку, повесила её на «рог» чурбана, привычно распустила волосы, так же привычно, с непроницаемым лицом, закатала рукава — и вскрыла вены точно так же, как Гектор, когда он входил в боевой транс.

Эдна запела — и вокруг нас зашевелилась земля.

Деревья сами гнулись, понимаешь⁈ Сами! Гнулись и переплетались, их ветви змеились, цеплялись друг за дружку, как живые. Прикрывали отряд с двух сторон — откуда мы атаки ждали. Оставляли просветы в ветвях — бойницы, куда парни подтаскивали пулемёты. Чурбаны-«псюшки» легко вскарабкались на баррикаду и закрепились там сверху — их ещё и ветви прихватили, как канаты.

Боевая позиция.

Рошер только присвистнул:

— Ничего так в лесах окапываются…

— Интересно, — сказал Лэрик, подходя, — на каком расстоянии они услышат, что мы молимся?

— Какая разница, — сказал я. — Господь в любом случае услышит. Может, уже начинать?

— Поближе подпустим, — сказала Глейза, и вид у неё был до изумления опасный. — Чтобы наверняка. Чтобы их разорвало, чтобы души выпустить, которые забирали эти гады!

Они вообще не сомневались ни секунды. Я заметил, как прислушиваются лешаки — мне показалось, что уверенность моих августейших их впечатлила.

— А я к перелесцам, — сказал Рошер. — Но я тоже молюсь, про себя, вы имейте в виду.

— Молитесь, прикроем, — сказал Тэшлин и чуть усмехнулся. — Слышите, парни? На нашей стороне — Отец и Вседержитель северян, тварям придётся туго!

А твари между тем приближались в чаще — я их чуял и слышал, но не видел в зарослях. Они топотали так, что тряслась земля, и я чуял отвратительный запах какого-то грязного огня, горелого мяса и обычной падали — а Дар стоял внутри меня стеной.