Записки адмирала Чичагова, заключающие то, что он видел и что, по его мнению, знал - Павел Васильевич Чичагов

о высылке В. Я. Чичагова следующим образом: “Адмирал Чичагов, победитель шведского флота, украшенный орденами св. Андрея и первой степени Георгия, живший в деревнях своих, старец лишенный зрения, узнавши о женитьбе и возвращении сына своего из Англии, приезжал в Петербург. Узнав о сем, я тотчас же поехал к нему, куда приехали также несколько морских генералов и старинных его приятелей. Все мы радуемся его приезду и спрашиваем: долго ли с нами поживет? Он отвечает: “Хотелось было лечь подле покойной жены моей, да велит ли Бог? — не знаю!” Мы желаем ему долгой жизни, и в проявление нашего усердия, просим о позволении чаще посещать его. Он благодарит и спокойно отвечает — “Милости просим”. Мы весь день у него сидим, разговариваем, шутим. Он тоже довольно весело беседует с нами, рассказывает про старину, шутит и только под вечер с некоторой как будто беспокойной неторопливостью сказал: “Я, как приехал, послал тотчас в Кронштадт к сыну и невестке, но вот уже вечер, а они не едут. Слепой — я не могу их увидеть, но по крайней мере хотя бы голоса их услышать”. Мы во утешение говорим ему, что может какой-нибудь случай удержал их, и что ежели не сегодня, то завтра, конечно, будут. Он с некоторой грустью повторил: “Да, завтра”. Между тем подали ужинать. Мы сели за стол, продолжаем наши разговоры, иногда веселые и забавные; он разделяет их с нами и так же рассказывает иногда что-нибудь шуточное. Отужинали. Через четверть часа входит человек и говорит: “Лошади готовы”. Он отвечает ему: “Подай уже мне верхнее платье и костыль; да сведи меня”. Мы все вытаращили глаза; смотрим и с удивлением спрашиваем: “Куда?”. Он хладнокровно отвечает: “Туда же, откуда сегодня приехал; назад в деревню”. — “Как? помилуйте, что это значит?” Он спокойно говорит нам: “Значит, что приказано; а приказанное должно исполнять. Прощайте!”. Тут узнали мы, что в тот же час, как он приехал, прислан был от Государя фельдъегерь с повелением, чтобы он непременно сегодня же возвратился назад. Мы проводили его со слезами”.

Мы не можем не остановиться на этом факте и не отметить еще одну черту в характере А. С. Шишкова. Адмирал В. Чичагов положительно вывел в люди Шишкова; последний ему обязан всем, и из чувства благодарности к отцу Шишков преследует и клевещет на сына, который решительно ничего ему не сделал худого. Имея страсть быть между знатью и высокопоставленными особами, он спешит навестить приехавшего адмирала, сидит у него целый день, затем даже плачет из участия, но не делает шагу, чтобы облегчить участь своего благодетеля и бывшего начальника, не говоря о том, что он мог устроить свидание престарелого отца с сыном за городом, он, по всей вероятности, имел возможность повлиять и на Кушелева, мог испросить милость через Кутайсова. На это у него не хватило ни умения, ни находчивости, а всего вероятнее, желания!

VI

 П. В. Чичагов писал гр. Воронцову 6 ноября 1800 г. (Архив князя Воронцова. Т. 19, стр. 31): “Я желал испросить вашего согласия быть крестным отцом моей дочери и вижу, что ваша отеческая заботливость меня предупреждает, и что вы уже соизволяете на милость, которая должна сделать честь всему моему потомству, если таковое будет у меня… Как только жена совершенно поправится, и откроется санный путь, я попрошу дозволения съездить в деревню, ибо надобно же так или иначе увидеть своего отца”.