Время потерь. Как мы учимся отпускать - Даниэль Шрайбер

Derrida J. Jedes Mal einzigartig, das Ende der Welt, aus dem Französischen von Markus Sedlaczek, Susanne Lüdemann, Michael Wetzel, Hans-Dieter Gondek, Gabriele Ricke, Ronald Voullié, Reinold Werner, Gisela Febel, Thierry Chervel. Wien, 2007.

Fischer N. Geschichte des Todes in der Neuzeit. Erfurt, 2001.

Holloway Tr. How to Live at the End of the World. Theory, Art, and Politics for the Anthropocene. Redwood City, 2022.

Horn E. Zukunft als Katastrophe. Frankfurt am Main, 2014.

Horowitz J., Bubola E. Venice is Saved! Woe is Venice. New York Times, 01.04.2023.

Horvilleur D. Mit den Toten leben, aus dem Französischen von Nicola Denis. Berlin, 2021.

Ignatieff M. On Consolation. Finding Solace in Dark Times. New York, 2021.

Jaspers K. Kleine Schule des philosophischen Denkens. München; Zürich, 1988.

Keltner D. Awe. The Transformative Power of Everyday Wonder. London, 2023.

Lear J. Radikale Hoffnung. Ethik im Angesicht kultureller Zerstörung, aus dem Amerikanischen von Jens Pier. Berlin, 2021.

Lewis C. S. A Grief Observed. London, 1961.

Liebsch B. In Worte(n) gefasst(?). Zum Verhältnis von Sprache und Trauer // Plotke S., Ziem A. (Hrsg.). Sprache der Trauer. Verbalisierungen einer Emotion in historischer Perspektive. Heidelberg, 2014. S. 19–49.

Mantel H. Readers On A Grief Observed // Lewis C. S. A Grief Observed. London, 2015.

Matvejevć P. Das andere Venedig, aus dem Kroatischen von Alida Bremer. Klagenfurt, 2007.

Mitscherlich A., Mitscherlich M. Die Unfähigkeit zu trauern. Grundlagen kollektiven Verhaltens. München, 1967.

Mitscherlich M. Erinnerungsarbeit. Zur Psychoanalyse der Unfähigkeit zu trauern. Frankfurt am Main, 2006.

Praetorius S. The Great Forgetting. Earth Is Losing its Memory // Nautil.us, 19.12.2022.

Savinio A. Stadt, ich lausche deinem Herzen, aus dem Italienischen von Karin Fleischanderl. Frankfurt am Main, 1996.

Schmidt I. Über die Vergänglichkeit. Eine Philosophie des Abschieds. Hamburg, 2019.

Schulz K. Lost and Found. A Memoir. New York, 2022.

Serres M. Die fünf Sinne. Eine Philosophie der Gemenge und Gemische, aus dem Französischen von Michael Bischoff. Frankfurt am Main, 1998.

Solnit R. Die Kunst, sich zu verlieren. Ein Wegweiser, aus dem Amerikanischen von Michael Mundhenk. Berlin, 2020.

Strasser P. Trauer versus Melancholie aus psychoanalytischer Sicht // Freiburger literaturpsychologische Gespräche – Jahrbuch für Literatur und Psychoanalyse. Bd. 22. Würzburg, 2003. S. 37–52.

Stubbe H. Formen der Trauer. Eine kulturanthropologische Untersuchung. Berlin, 1985.

Wallace-Wells D. Beyond Catastrophe. A New Climate Reality Is Coming into View. New York Times, 26.10.2022.

Wurster M. Totenwache. Eine Erfahrung. Graz, 2022.

P.S

Несколько лет назад умерли мои бабушка и дедушка. Их смерти не были неожиданными, они доживали свои долгие жизни в мире и покое, умерли один за другим без страданий и в светлой памяти. С их уходом я почувствовал, как они, оказывается, дороги мне. И чем дальше, тем сильнее это чувство.

Алексей Киселёв, главный редактор Individuum

Когда моя сестра и её муж приняли решение покинуть страну, многое в привычном течении жизни нашей семьи изменилось. Остались в прошлом и прогулки родителей с младшей внучкой, и мои разговоры с сестрой с глазу на глаз. У меня, к счастью, никто из близких не умер за последние несколько лет, но чувство потери – многие знакомые уехали, сестру я вижу только по видеосвязи – ощущается очень остро, сопровождаясь утратой понятного образа будущего. Мне повезло: я никого не потеряла из-за расхождения во взглядах, ни один человек из круга общения не оказался «по другую сторону». Однако жизнь пришлось пересобирать заново, и это, судя по всему, небыстрый процесс. Сейчас для меня важно сохранить себя, держась за руки с теми, кто понимает, занимаясь делом, за которое не стыдно, и продолжая надеяться. Последнее получается не всегда, но я упрямая.

Анна Захарова, редактор Individuum, литературный и ответственный редактор книги «Время потерь»

Чем дальше, тем больше я уверен, что ни в какой утрате не может быть блага. Каждая отрывает от тебя кусок и, жадная и голодная, уносит с собой. Как недавно выяснилось, опыт карантина и самоизоляции не был временем потерь – лишь ограничением, паузой, жизнью-в-режиме-stand-by. Настоящий конвейер утрат запустился после. Возможно, все мы уже давно шарнирные куколки, покалеченные своей оставленностью и лишенностью, бренные тельца, замученные увечьями, обезображенные попытками регенерации: у кого как отросло, у кого где срослось, насколько затянулось. Время потерь – это время, когда не хочется быть; когда боль уходит, только если кончаются силы. Но где их черпать? Пожалуй, будем из воздуха.

Сергей Ташкенов, переводчик книги «Время потерь»

Когда мне было двенадцать, мой отец попал в автокатастрофу, ударился головой о руль и следующие восемнадцать лет провел в вегетативном состоянии (то есть биологически был жив, но не двигался, не говорил и признаков жизни не подавал). В прошлом году он умер, но сама потеря, конечно, произошла гораздо раньше. На похороны я приехать не смог, поскольку, как и многие, сейчас нахожусь далеко от дома и от самых близких мне людей – другая потеря, гораздо более свежая. Думаю, потерянное, коллекция пустот на месте некогда бывшего, определяет нас не меньше, чем то, что все-таки удалось сохранить.

Олег Егоров, редактор Individuum

Когда-то давно на похоронах своей бабушки я отломил ветку с дерева и пообещал себе её сохранить – на память не столько о бабушке, сколько о самой смерти. Мне было семь лет, и я вряд ли до конца понимал, что произошло. Думаю, мне хотелось сделать нечто непостижимое осязаемым и понятным: превратить утрату в предмет, который можно положить в карман. Эту ветку, конечно, я почти сразу же потерял, но взамен получил шанс осознать: время не подчиняется нашим желаниям, его не удержать в руках – разве что в памяти.

Олег Бочарников, редактор Individuum

Меня всегда мучает несправедливость потерь: столько не сделано, не сказано, так щемит внутри, появляется горькая обида. Но рано или поздно становится легче. Дедушка умер больше десяти лет назад, и он со мной до сих пор, каждый день, в мыслях и скромном колечке, подаренном им мне в детстве, которое не снимаю с тех пор. Кажется, эта привязанность указывает на то, что отпустить его так и не смогла, а, с другой стороны, мы идём плечом к плечу, и воспоминания о нем всегда поддерживают. Зимой 2022 года я лишилась ощущения дома, уюта и контроля. Как справиться с этим опустошением, все еще не понимаю, но размышления,