Путешествие по Среднему Поволжью и Северу России - Шарль Рабо

иноземцы во всех поименованных городах…»334. Фактически монополизировав торговлю в Белом море, Московская компания планировала получить доступ к пушнине, о местах бытования которой ее агенты узнали в Холмогорах и Архангельске.

В 1611 г. англичане отправили корабль под командованием капитана Джеймса Вэдена в устье Печоры. Торговля здесь показалась им весьма многообещающей. «С помощью наших людей в Пустозерске, Усть–Зыльме и Перми, – писал агент компании Ричард Финч ее директору Томасу Смиту, – мы сможем организовать прибыльный бизнес, покупая зимой меха»335. Два участника этой экспедиции, Джосиас Логан и Уильям Персглоу, перезимовали в Пустозерске; три года спустя это же проделал второй помощник капитана Уильям Гордон. Интереснейшая информация, собранная сотрудниками Московской компании, свидетельствует, что в те времена на Печоре и на Северном Ледовитом океане была очень оживленная навигация. Каждое лето из Холмогор, Мезени и Пустозерска в находившуюся в устье Оби Мангазею уходило множество судов. Все они направлялись в Карское море, затем по волокам преодолевали п–ов Ямал и попадали на Обь.

После завоевания русскими Прибалтики и Черного моря торговля по Северной Двине прекратилась, а Печора стала обслуживать только ближайших соседей. Однако благодаря инициативе месье Суслова эта прекрасная река скоро станет, как при норманнах, одним из путей доставки товаров с востока России. По инициативе этого здравомыслящего человека будет построена узкоколейная железная дорога через перешеек, отделяющий притоки Камы от Печоры. Привезенные паровозами на эту реку, товары затем будут перевозиться пароходами к берегам Северного Ледовитого океана336. У месье Суслова уже есть три парохода на Печоре337, один на Колве, и морское судно, которое в 1889 г. доставляло грузы отсюда в Санкт – Петербург. Русское правительство, понимая важность этого проекта, произвело углубление русел Вишерки и Березовки, ведущих к будущей железной дороге. В итоге Печора вновь станет дешевой транспортной артерией, по которой будут перевозить часть хлеба с Поволжья и товары из Средней Азии к берегам Северного Ледовитого океана, по которому четыре с половиной месяца грузы можно доставлять в Европу338. Одновременно, и об этом я еще расскажу, месье Сибиряков наладил через Урал поставки товаров с Оби в Европу339.

Не стоит принижать экономическое значение Русского Севера, который обычно представляется пространством вечных снегов, а граничащее с ним море – всегда покрытым льдами. В наши дни побережье Русской Лапландии обеспечивает круглогодичную навигацию, а Печора – это единственная река, по которой можно легко доставлять грузы с востока России к морю.

Глава IX

По Печоре от Усть–Пожега до Усть–Щугора

Пороги. – Лес. – Зырянская деревня.

Пробыв четыре дня в Усть–Пожеге, мы опять отправились по Печоре на лодке – здесь это единственно возможное средство передвижения.

Погода была великолепна, небо сияло голубизной как на средиземноморском побережье, а в лучах солнца сосновые иглы сверкали металлическим блеском. После полудня воздух разогрелся до 33℃, и нам пришлось воспользоваться зонтами. Плыть в такую погоду по Печоре – одно удовольствие. Вокруг ни души, абсолютная тишина, все погружено в дрему, всякие страсти остались позади, никаких тебе тревог и бед, одни спокойствие и блаженство. Солнце и запасы еды – вот, что в первую очередь нужно для счастливой поездки.

Неожиданно вода забурлила: мы приближались к порогам. Река с шумом билась о камни, затем в вихре неслась по ним двести метров. Наша команда на несколько минут остановилась, чтобы обследовать дальнейший маршрут: не дай Бог разбиться о какой – нибудь выступ! Но вроде все было нормально, и мы опять рванули вперед. Лодочники разогнали наши суденышки быстрее течения. Еще несколько секунд, и порог остался позади.

Через пять километров возникло такое же препятствие покруче, а затем еще два маленьких порожка. Наконец, мы прибыли в деревеньку Порог340, расположенную в двадцати километров от Усть – Пожега. Опять перед нами был бескрайний лес, состоящий в основном из лиственниц и елей. Берез и сосен здесь меньше и почти совсем нет кедра. Сюда почти не забредают дровосеки, поэтому, когда в центральной России леса закончатся, им на смену придут здешние массивы.

Днем прекрасный северный свет придавал этим деревьям различные оттенки, вечером же, при ясных сумерках, казалось, что находишься в сказочной стране: широкая река текла совершенно бесшумно, стояла идеальная тишина, а вокруг не было никого. Около полудня мы разбили лагерь на покрытом лесом острове (по – русски его называют Еловик, а по – зырянски – Варади341) 342. Теплый воздух благоухал лесными ароматами, при ярком свете луны пейзаж отливал серебром. Мы уже настроились было предаться мечтам под звездами, но проклятые комары лишили нас этого удовольствия.

На следующий день из – за сильной грозы наша команда отправилась в путь только в 11 часов дня. Температура воздуха была +24℃, так что мерзнуть в этих северных местах не пришлось. И опять вокруг был лес, лишь изредка встречалась заброшенная избушка, а на крупных излучинах реки устремлялись в небо мрачные православные кресты. Проплывая мимо них, зыряне, по словам А. И. Шренка, бросают в качестве приношения камень343.

Вечером мы прибыли в Усть – Илыч344, деревню, название которой говорит о том, что она стоит в устье Илыча345, притока Печоры. Илыч столь же широкий как сама Печора, поэтому, получив его воды, она становится вдвое шире. В Усть–Илыче проживает приблизительно 180 человек, и все они зыряне346.

Зырянский чум

На следующий день, 28 июля, мы продолжили плавание по Печоре. В десяти километрах от Усть–Илыча показалась деревушка Усть–Ляга347. В ней обитает с три десятка человек. На протяжении 127 км, отделяющих Усть–Пожег от Троицко–Печорского, единственными обитаемыми селениями здесь являются Порог, Усть–Илыч и Усть–Ляга, а общая численность их жителей не превышает 230 человек. На сотни километров по обеим сторонам Печоры тянутся безлюдные пространства.

Днем мы встретили зырянских косарей, которые пришли сюда за более чем полтора десятков километров от своих домов, чтобы накосить побольше сена. Туземцы знают все покосы вокруг и с удовольствием ими пользуются. Десять часов мы плыли в гнетущей тишине. Вечером тяжелые облака превратились в длинные полосы и чистый до этого небосвод потемнел. Вокруг было совершенно тихо. Неожиданно на фоне сумерек на фиолетовом горизонте показалось что–то напоминавшее цепь великолепных гор, и на них, подобно маяку, сверкал позолоченный купол церкви348. В наступавшей темноте он указывал нам путь в Троицко–Печорское (по–зырянски Мылва349), где заканчивался очередной этап нашей поездки.

Село Троицко-Печорское

Это село является административной столицей всего края, здесь находятся церковный приход350 и волостной центр351. Состоит оно из двух частей. На левом берегу