История центральной Европы. Срединные королевства - Мартин Рейди

империи в 1806 году. Золотая булла стала первым документом в истории Европы, который регулировал престолонаследие, и она просуществовала в качестве конституции почти в два раза дольше, чем занимающая второе место и актуальная по сей день Конституция Соединенных Штатов Америки [11].

Личное присутствие и власть подкрепляли нововведения Карла. Он был неустанным путешественником, и достоверно подтверждено, что в период своего царствования не менее 1227 раз он останавливался в 438 различных местах, от Вроцлава в Силезии до Люксембурга и Кёльна, включая роскошный государственный визит в Париж в 1378 году. В Золотой булле он говорит как римский император, издает законы «полнотой императорской власти, восседая на троне нашего императорского величия, украшенный императорскими лентами, знаками отличия и короной», и за ним действительно была реальная сила. Карл редко прибегал к оружию, поскольку войны стоили дорого. Он предпочитал браки, выкуп, дипломатию. Маленькими кусочками он «прогрыз» путь к сердцу Центральной Европы – его целью был сухопутный коридор от Богемии до слияния рек Рейн и Майн, к Майнцу и Франкфурту [12].

В направлении на запад ключевой территорией был Верхний Пфальц, который достался Карлу как часть приданого второй жены в 1349 году, но вокруг него располагалось созвездие небольших владений, уходящих на север, в Саксонию. Карл видел эти земли не как временное приобретение, а как неотъемлемые части Богемии – «Новой Богемии», или «Богемии за лесами» (имеются в виду густые леса на западной границе Богемии). Он строил там дворцы, устанавливал статуи львов – символ Богемии, высокие стены с гербами, заказывал витражи и скульптуры любимых святых. То же самое было и в Бранденбурге, который он купил в 1373 году у скучающего и нерадивого правителя. Карл собирался сделать город Тангермюнде на Эльбе второй столицей после Праги и даже заложил там фундамент дворца. Он заставил папу, как выяснилось впоследствии, напрасно, подчинить епископов Бранденбурга Пражскому кафедральному собору [13].

Власть в Центральной Европе переместилась на восток, и Карлу IV хотелось это продемонстрировать. Он превратил Прагу в то, что современники называли Новым Иерусалимом и Новым Римом, и правил там как – по их словам – новый Константин и господин всего мира. Карл провел юность во Франции и следовал французской моде. Он перестроил Пражский Град в модном готическом стиле, как Дворец Сите (Дворец правосудия) в Париже, с широкими окнами, величественной лестницей и галереей, которую украшали 120 панельных картин, изображающих его предков, настоящих и вымышленных. Папа римский превознес Прагу в архиепископство в 1344 году, и Карл всерьез занялся перестройкой ротонды святого Вита, привез французского архитектора из Авиньона, чтобы тот превратил ее в королевскую усыпальницу, место для коронации и хранилище для мощей. Великая стройка закончилась только в XIX веке [14].

Карл легко и быстро переключал внимание. Его увлекали другие проекты: строительство замка Карлштейн неподалеку от Праги как загородная резиденция и сокровищница для его корон; основание университета, первого в Центральной Европе, но по примеру французских; новый каменный мост через реку Влтаву. До наших дней сохранилась скульптура Карла при въезде на мост, названный в его честь. Он окружен святыми и одет как римский император и строитель Веспасиан. Но величайшим достижением Карла было строительство Нове-Места (Нового города) в Праге. Расположенный к югу от уже существующего города (Старе-Места, Старого города), Нове-Место представлял собой 7,5 квадратных километров деревень и поселений. Карл снес всё, кроме церквей, и начертил карту нового города с разлинованными улицами. Он воздвиг вокруг него стену длиной в 3,5 километра с несколькими монументальными воротами и превратил Прагу, где жили более 40 тысяч человек, в четвертый по количеству жителей город к северу от Альп после Парижа, Лондона и Кёльна [15].

У стремительного расширения Праги были неожиданные последствия. Бордели, ранее находившиеся на окраине города, теперь оказались довольно близко к центру. И самыми известными – печально известными – борделями были заведения на так называемой Венецианской улице (названной в честь богини любви Венеры[9]), которую один современник описал как «самый ужасный и отвратительный район» Праги, где проституция сочеталась с азартными играми и дешевым жильем для студентов. Некоторые проститутки работали в борделях, санкционированных городским советом, и носили выделяющие их желтые или полосатые платья, но в основном это были фрилансеры, работающие на дому. Дошедшие до нас источники указывают, что многие клиенты были клириками и что некоторые священники даже строили на кладбищах деревянные прибежища для прикрытия подпольной торговли. Нове-Место надо было подчистить [16].

У Карла был союзник в лице проповедника Яна Милича из Кромержижа. Харизматичный и энергичный Милич был сосредоточен на «спасении» проституток Венецианской улицы. Отвращать проституток от жизни в грехе было святым делом, а жениться на них – тем более, поскольку таким образом можно было выкупить время в чистилище, но Милич не заходил настолько далеко. Вместо этого он принялся скупать заведения на Венецианской улице и превращать их в христианские общины из бывших проституток, где они, облачившись в монашеские одеяния, погружались в религиозные ритуалы. В 1372 году Карл помог ускорить старания Милича, закрыв главный бордель и превратив его в часовню под названием Иерусалим, которую он передал проповеднику. Венеция стала Иерусалимом – пристанищем для 50 (или более) женщин, которое также служило неким подобием школы, еще и со священником под рукой, если понадобится исповедаться. Это было экспериментальное сообщество, которое не пережило смерти Милича в 1374 году; тогда Карл передал Иерусалим цистерианским монахам. Карл – уже не в первый раз – потерял интерес к проекту [17].

Нам неизвестно, что стало с этими женщинами. Некоторые, вне всяких сомнений, вернулись к старой профессии. Однако, водясь с Яном Миличем из Кромержижа, Карл играл с огнем. Милич был фанатиком на грани ереси. В проповедях он с гневом обрушивался на жадность и коррупцию церкви, отрекался от роскошной жизни епископов и порицал монахов, предавших обет бедности. Он предвидел неумолимое пришествие дьявольского подмастерья, Антихриста и Человека беззакония, и последнюю апокалиптическую битву между армией рая и «мерзостью разрушения», предсказанную в ветхозаветной Книге пророка Даниила. Чтобы обеспечить стороне ангелов преимущество, Милич призывал чаще причащаться, собрать армию проповедников, провести основательную чистку духовенства, а также обновить церковь под общим руководством папы римского и императора [18].

На теологию Антихриста Яна Милича сделали ставку религиозные подстрекатели. «Черная смерть» прошлась по Центральной Европе в 1348 году, и Богемия пострадала особенно сильно. Крупнейшая в Европе чумная яма, братская могила для жертв «черной смерти», находится в богемском городе Кутна-Гора. Возможно, около трети населения