AS01-2016-11-Аноним-Anonym - Арно Штробель

— Нина.

Я сбрасываю его руку. Если он коснётся ещё раз, я за себя не ручаюсь. Валент снова под водой, теперь дольше прежнего. Я считаю секунды. Двадцать одна, двадцать две, двадцать три…

Почти через полминуты голова появляется. Рывок слабее предыдущего, каждый сантиметр требует сил, которых почти не осталось. Я вижу, как при каждом вдохе расширяется грудная клетка. Искажённое лицо. Смертельный ужас.

931 462 пользователя. Комментарии на всех языках.

Сейчас поступит звонок. Сейчас вертолёт доложит, что место найдено.

Я ненадолго закрываю глаза, пытаясь окончательно не потерять контроль.

— Сколько, — шепчу я, — он способен так продержаться?

— Не больше получаса, — после короткого раздумья отвечает Даниэль. Его голос тоже хриплый. — Если он тренирован и не впадёт в панику. Если будет использовать время под водой для отдыха.

Именно сейчас Валент снова опускается вниз. Более управляемо, чем в прошлый раз.

Мне кажется, поисковые подразделения выехали уже не меньше десяти минут назад. Почему никто не докладывает? Почему…

Валент поднимается. Успевает сделать всего два вдоха. Снова исчезает.

Возможно, он нашёл ритм. Или силы иссякают. Может быть, и то и другое.

Я считаю. Дышу осознаннее, чем когда-либо, словно могу дышать за него. Двадцать секунд. Тридцать.

Под водой начинается движение — новое судорожное трепыхание. Наконец голова показывается ровно настолько, чтобы он успел вдохнуть, и тут же снова скрывается.

Миллион триста тысяч. Они смотрят. Просто смотрят, потому что им интересно, потому что от этого они чувствуют себя живее, потому что могут попробовать смерть на вкус, не умирая сами.

И я тоже смотрю, не в силах вмешаться, потому что обязана. Будто это моё проклятое вечное предназначение.

Даниэль по-прежнему стоит за спиной. Когда звонит телефон, мы оба резко поворачиваемся, но он успевает первым.

— Да?

В его голосе та же надежда, которая переполняет меня. Они увидели Валента. Уже рядом. Уже схватили Траяна…

Я быстро гляжу на экран, надеясь, что прожекторы поисковиков уже осветили врача и окрасили кадр ослепительным бело-зелёным светом.

Нет. Валент снова под водой. Похоже, он пытается подтянуть колени, чтобы поднять тело выше. Безуспешно.

— Да, — говорит Даниэль за моей спиной. То же слово, но теперь совершенно другим тоном.

Я оборачиваюсь. Его взгляд объясняет всё.

— Да. Мы едем.

Валент снова добирается до поверхности. Грудь ходит ходуном, он удерживается, затем обвисает. Я поворачиваюсь к Даниэлю, не понимая отчаяния на его лице.

— Что случилось?

Он отводит глаза.

— Его нашли. К сожалению, слишком поздно.

— Но почему…

В следующую секунду я понимаю, хотя не желаю принимать. Впиваюсь взглядом в экран — в видео, которое до этой минуты считала прямой трансляцией.

Нечеловеческим усилием Валент завоёвывает ещё один вдох.

— Идём, Нина. Нужно ехать.

— Нет.

Я не уйду. Теперь спешить некуда, а Валент заслуживает, чтобы я осталась с ним до конца.

Телефон звонит снова. Сквозь пелену замечаю, что Даниэль, вероятно, говорит с Арендт, а сама считаю секунды, которые Валент проводит под водой.

Тридцать две. Затем отчаянный рывок, словно совершённый одной лишь волей. Я не вижу, удалось ли ему вдохнуть.

Проходит двадцать секунд. Он пытается раскачать цепь, на которой висит. Напрасно. Движение прекращается.

— Нина?

Голова Валента прорывает поверхность, тело изгибается вверх почти так же высоко, как в самом начале. Он удерживается четыре секунды, несколько раз судорожно вдыхает и выдыхает, затем начинает дрожать и снова уходит под воду.

Судорога, — думает что-то во мне. Судорога мышц живота.

— Нина.

На этот раз Валент не остаётся под водой неподвижным. Он извивается, резким движением поднимает голову, кашляет и опять погружается.

Может быть, ещё один раз, — думаю я. Или два.

Их три. При последней попытке я вижу лицо Валента в трёх или четырёх сантиметрах под поверхностью. На одно мгновение оно замирает, затем опускается всё глубже в темноту.

Я жду, когда он сдастся. Когда по телу пройдёт последняя дрожь. Когда он вдохнёт воду.

Когда это происходит, я отодвигаю кресло и встаю. Прохожу мимо Даниэля к лифту.

Внизу вестибюль пуст, если не считать сотрудников у пропускного пункта. Я молча миную их и выхожу наружу — в ночь, на открытый воздух.

Каждый вдох отдаёт виной.

ГЛАВА 17

Я не спускаюсь на лифте до подземной парковки, а, подчиняясь какому-то чувству, выхожу на первом этаже. Двое сотрудников у пропускного пункта серьёзно кивают мне. Они знают, что произошло. В эту ночь об этом знает каждый, кто находится в управлении. Все видели трансляцию.

Выйдя из здания, я сразу замечаю Нину. Она сидит на невысокой стене в нескольких метрах от входа, крепко обхватив себя руками, опустив голову и подавшись вперёд. Я останавливаюсь перед ней и подавляю желание поднять её и обнять. Скорее всего, она меня ударит. Кажется, теперь я знаю её достаточно хорошо.

— Нина.

Собственный голос звучит и ощущается чужим, словно голосовые связки покрыты песком.

— Мне нужно ехать туда. Ты со мной?

Я жду — настолько терпеливо, насколько способен. Спустя целую вечность отворачиваюсь. Сделав несколько шагов, слышу позади шум и оглядываюсь. Она идёт следом.

По лестнице спускаемся на подземную парковку, молча, один за другим, ступень за ступенью. Садимся в машину и едем.

— Я хочу его убить, — внезапно говорит Нина, когда мы останавливаемся на светофоре. В этот час улицы почти пусты.

Я чувствую её взгляд и поворачиваюсь.

— Я полицейская, но хочу убить эту тварь. Ты можешь меня понять?

Я киваю и снова смотрю вперёд, на красный сигнал.

— Да.

И действительно могу.

— А ещё хочу блевануть перед каждым из тех мерзавцев, которые сидели дома у мониторов.

То, как она произносит слова… словно выплёвывает их. Я не думал, что эта женщина способна настолько эмоционально вовлечься в дело.

Загорается зелёный, но на перекрёстке мы одни. Прежде чем тронуться, я снова смотрю на неё. Она не замечает взгляда и глядит прямо перед собой. Только скулы выступают особенно резко.

Место обнаружения находится примерно в двух километрах от участка, где Эльбшаусзе переходит в Докенхуденерштрассе.

Последние сто метров до берега приходится идти пешком.

Несколько водолазов только что сняли безвольное тело с цепи и вытащили на сушу.

Конечно, это бессмыслица, но мне кажется, что на лице Валента всё ещё осталась мука, которую он