Уральский следопыт, 1982-03 - Журнал «Уральский следопыт»

На видном месте выставлена жемчужина грузинского эпоса «Витязь в тигровой шкуре» – рукописный текст, переписанный в 1840 году неким человеком по имени Симон Рути.

Много экспонатов, представляющих советский период.

Один из матросовцев

Много писем получили учащиеся школы N 1 в Северо-Енисейском, которая носит имя Героя Советского Союза Ефима Белинского, – от следопытов других школ в разных городах, от однополчан героя… Но одно письмо представляет для школьного музея особую ценность. Написано оно в военные годы комсоргом части, в которой служил Е. С. Белинский. В нем рассказывается о подвиге молодого офицера,

В декабре 1944 года Ефим Белинский с группой захвата проник на передний край вражеской обороны. Когда по разведчикам стал бить гитлеровский пулемет, лейтенант Белинский прополз через минное поле и гранатой заставил пулемет замолчать. В это время немцы открыли огонь из другого дзота. И тогда Ефим Белинский лег на амбразуру, дав возможность товарищам-разведчикам взять пленных и отойти.

«Ваш сын отличился в первом же бою, – писал в письме матери героя комсорг части. – На реке Проне в Белоруссии под шквальным огнем он перевязал телефонным проводом штурмовой мостик на переправе, чем обеспечил безостановочное движение наших частей. Получив ранение, он попал в госпиталь. Еще не зажили раны, как он сказал врачам: «Долечиваться будем после войны», и досрочно вернулся в часть».

И. И. Иванов П. Т. Харитонов М. А. Борисов

Сбить… без патронов

Александр КОВАЛЕНКО

«…Вместе с противником я снизился до высоты примерно в 2500 метров. И тут у меня кончились боеприпасы. Можно было преследовать врага и дальше. Но что толку! Он на одном моторе мог лететь еще довольно долго и все равно ушел бы. Оставалось одно – таранить. «Если я погибну, так один, – подумал я, – а фашистов в бомбардировщике четверо…»

Виктор ТАЛАЛИХИН

– Товарищ старший лейтенант! Боевая тревога! Боевая тревога!…

И второй раз прозвучали эти слова – явственно, со стуком в окно. Иванов понял, что это не сон. Поспешно оделся, перекинул через плечо ремешок планшета, схватил чемоданчик. Экономя секунды, выпрыгнул в окно и побежал по дороге, ведущей к аэродрому.

За околицей дорога спускалась к речке. На мосту уже кто-то бежал. Из-за реки доносился гул моторов.

Иванов все хотел понять, в чем же они подкачали на инспекторском смотре, и не находил ответа. Всего несколько часов назад закончился разбор учений, всё прошло удачно, многие командиры получили увольнение и уехали с аэродрома в город.

Иванов решил, что тревога объявлена специально для проверки летчиков-ночников. Не очень-то удачное время выбрано, однако, для проверки: была та пора суток, когда самая короткая ночь, когда рассвет, погасив звезды, словно смывал разлитую в небе темноту…

Краткий рапорт о прибытии в распоряжение эскадрильи. Пароль на ходу часовому и – бегом к самолетам. Три И-16 уже отвязаны от стопоров.

Механик видел, как старший лейтенант, забравшись в кабину, быстро проверил машину, зарядил пулеметы. Раздалась знакомая команда: «На вылет!»

А за ней – вот оно, объяснение, от которого все сжалось внутри:

– В воздухе гитлеровцы! На перехват! Квадрат номер…

Тройка истребителей взмыла вверх. Командир звена глянул на ведомых – они шли за ним, уверенно набирая высоту.

H. Г. Лесконоженко А. С. Хлобыстов Б. И. Ковзан Е. И. Зелеммо

Утро было ясное, безоблачное. Отчетливо виднелись гряды холмов, зеленые лесные островки. Иванов поднял левую руку, сделав ею круговое движение, что означало:

«Лучше смотри вокруг», и летевший справа Кондранин повторил его движение. Конечно, будь на самолетах рации, истребители получили бы сообщение о точном нахождении врага: с земли уже была замечена шестерка фашистских самолетов, летевших с запада.

Лишь вчера летчики по картинкам и силуэтам учились распознавать чужие самолеты. А сейчас наяву увидели надрывно гудящие «Хейнкели-111». Над аэродромом некстати взвились сигнальные ракеты. Откуда-то издали донеслись взрывы.

«Хейнкели», пролетев стороной от аэродрома, сделали правый разворот и выстроились в пеленг. Иванов покачал крыльями, и звено истребителей устремилось на ведущего. Так учили: надо атаковать ведущий самолет – на нем обычно наиболее опытный штурман, на нем – командир эскадрильи; собьешь такую машину – нарушишь строй.

Уже видны в оптический прицел черные кресты. Тройка истребителей против шестерки бомбардировщиков. Сухо затрещали пулеметы. Под крылом одного «хейнкеля» взвился шлейф дыма, остальные бросились наутек.

Ведомая пара наших истребителей отвалила и пошла на свой аэродром. Иванов по опыту знал: маневрируя за ведущим, ведомые больше израсходовали горючего. Он пропустил их на посадку и тоже начал разворачиваться, следя за воздухом. Нет, он не зря был настороже: вынырнувший из-за холмов «хейнкель» устремился прямо в сторону аэродрома – там приземлялись советские самолеты, там, на месте, их можно было уничтожить как две неподвижные мишени…

Офицеры, спешившие по боевой тревоге из города на аэродром и только что наблюдавшие воздушный бой, по дерзкой атаке истребителя, по тому, как предельно близко пронесся он возле «хейнкеля», поняли: Иванов атакует, атакует, когда в пулеметах ни одного патрона, атакует, когда горючее на исходе… Они поняли, что он хочет сбить с курса бомбардировщик. Но отлично тренированный фашист, отвечая пулеметным огнем, неуклонно летел к аэродрому.

И тогда, прибавив скорость, Иванов бросил свой истребитель на тяжелый «хейнкель». Бомбовоз, потеряв управление, развалился на куски и врезался в землю.

Небольшая высота не позволила советскому летчику выброситься на парашюте…

…Долгие годы я занимался поиском людей, совершивших воздушные тараны в период Великой Отечественной войны. Приходило очень много писем, писали очевидцы, на глазах которых совершались тараны, называли местность, время. Это письмо пришло от гвардии майора запаса В. Нараваткина из Львова: «…22 июня воздушный таран был совершен в небе Украины. Вместе с письмом посылаю вам один лист из истории авиаполка. Из него видно, что уже через 25 минут после нападения врага летчики истребительного полка поднялись по боевой тревоге, и командир звена старший лейтенант Иван Иванович Иванов совершил воздушный таран».

Центральный архив Министерства обороны СССР подтвердил:

«Иванов Иван Иванович, старший лейтенант, командир звена 46-го истребительного авиационного полка Киевского Особого военного округа. Родился в 1909 году в деревне Чижово Щелковского района Московской области. Русский. Член КПСС. Подвиг совершил 22 июня 1941 года. В 4 часа 25 минут утра таранил вражеский самолет.