Писатель из 8 "В" - Михаил Востриков

* * *

В школе всё было как обычно, из подъезжающих фургонов что-то разгружали и затаскивали, звонки звенели, а уроки шли, согласно расписания.

Единственное, что Антону показалось несколько необычным, это поведение секретаря комитета комсомола школы Лены Сидоровой. Всегда деловитая и высокомерная, она явно недолюбливала Антона, ещё со времён памятного первого заседания «Клуба книголюбов», когда так и не смогла срезать его своими дебильными вопросами о руководящей и направляющей роли партии и лично генерального секретаря Леонида Ильича Брежнева в установлении социального равенства магов и людей в мире магического средневековья.

Что-то с ней случилось! Теперь она не отходила от Антона ни на шаг, искала его на переменах, заводила какие-то дурацкие доверительные беседы, напрашивалась проводить его (!) до дома, пойти в кино, встретиться вечером и тому подобное. И до того она его довела своим липким вниманием, что он не выдержал и ничего не имея ввиду, мысленно проорал:

«Забудь ты про меня!»

Лена осеклась на полуслове и к своему вящему изумлению Антон отчётливо увидел, как отошедший от него энергетический импульс, похожий на прозрачное колышущееся облачко, окутал голову комсомольского вожака школы и исчез, растворился в воздухе. Девушка мотнула головой, потом посмотрела на Антона равнодушным взглядом и молча прошла мимо. Больше она к нему не приставала, даже не замечала при случайной встрече.

«Это что-то новенькое, — подумал Антон. — Чужие мысли я не слышу и в трубах лазить не могу, значит змеиная магия не работает. Но это был явный ментальный приказ с моей стороны. И он исполнен. Интересно, что бы это значило⁈»

* * *

Ещё одна странность произошла с Антоном уже после уроков, когда он шёл домой не через жилмассив «Яма», а коротким путём, напрямую, через пустынные улочки и переулки частных домов. Раньше он не любил этот маршрут и пользовался им только с утра, когда сильно опаздывал в школу. Дело в том, что там, на углу, который не обойти, у забора, частенько ошивалась шайка юных отморозков под водительством местного главшпана Витьки Прозорова. Они хулиганили, отбирали деньги у малышей, привязывались к девочкам и один раз чувствительно поколотили самого Антона. За то, что он просто шёл мимо.

Но теперь, когда в нём проснулась магия, Антон, можно сказать, даже жаждал встречи с этой шайкой. Ради неё он бы попустил обещание самому себе не выделяться, ох-х попустил бы. Но сегодня шайки на обычном месте не было. Пёс его знает, почему, но было другое…

От самой школы за ним увязался какой-то мужчина. Никогда бы Антон его не заметил, если бы он шёл за ним по людной улице, но он шёл по абсолютно пустому переулку и вёл себя неестественно, не как случайный попутчик. Антон останавливался и мужчина останавливался, внимательно рассматривая забор. Антон шёл и мужчина шёл, и явно за ним. Среднего роста, одет без претензий, однако с офицерской выправкой, это бросалось в глаза.

«Маньяк! — решил Антон. — Тот самый, офицер флота с кортиком, уже убивший этим кортиком двух женщин и мужчину».

О нём тогда говорил весь город. Когда его, наконец, поймали, этим маньяком оказался некто Юрий Иванов. Но это было потом, а сейчас…

Антон быстро повернулся к мужчине, сосредоточился и ментально ему приказал:

«Прямо сейчас иди в милицию и пиши явку с повинной с подробным описанием всех своих деяний!»

Мужчина молча повернулся и ушёл назад по переулку.

Можно было подводить предварительные итоги проверочных мероприятий — человеческая магия к Антону вернулась, змеиная — нет, или как-то криво, наполовину. Но ничего, со временем он разберётся и с этим.

* * *

Этим же вечером капитан Семенихин, не дождавшись нарочного с донесением от Лены Сидоровой, не выдержал и поздно вечером позвонил ей домой:

— Лена, здравствуй, это Евгений Григорьевич! Что там у нас сегодня Архипов?

— Какой Архипов? — искренне удивилась Лена.

Капитан бросил трубку. Это уже было за гранью его понимания реальности, при том, что ему сегодня полдня пришлось выковыривать из ментовки своего лучшего филёра — старшего лейтенанта, который, прямо на задании, вдруг, сошёл с ума, пришёл в Ленинское РОВД и там два часа писал явку с повинной, подробно перечисляя и в деталях описывая все известные ему служебные тайны. Хорошо хоть, начальник РОВД — полковник милиции Георгий Дмитриевич Калганов, его давний знакомый, увидев, что тот старлей понаписал, позвонил ему, а не дежурному по УКГБ НСО.

А у второго филёра, который работал с этим в паре и в задание которого входил негласный обыск квартиры Архиповых в их отсутствии, внезапно случился острый приступ диареи и задание так и осталось невыполненным.

Понеслось…

Телефонный тероризм

Утром понедельника пятого января 1976 года главный редактор литературного журнала «Новосибирские Огни» Анатолий Васильевич Никульковский в приподнятом настроении прибыл на службу. В чужом пальто, запахнутом на два раза! Это они с писателем-романистом Ильёй Михайловичем Лавровым, который был в два раза его крупнее, после редакционных посиделок по случаю Нового года, с пьяных глаз перепутали свои пальто на вешалке.

«Ну вот я и побывал в шкуре классика, — про себя улыбнулся главред. — А вот как Илье в моём пальто было… наверняка ведь на пузе не сошлось! Ладно, поменяемся сегодня, посмеёмся!»

Второго числа, в пятницу, он и сам на службу не поехал, и на отсутствие своих сотрудников закрыл глаза. Ну чего уж там, пусть народ нормально отдохнёт дома, раз уж так календарь сложился. Какая уже работа в пятницу второго января, один похмел, плавно переходящий в традиционный субботний выпивон.

Всё было неплохо — свежий январский номер журнала ещё вчера поступил подписчикам, коих на конец 1975 года у журнала числилось уже девяносто восемь тысяч, почти сто. А ведь в начале 1975 года их было семьдесят одна тысяча. Но в январе читатели массово оформили подписку с февраля, увеличив тираж, примерно, на сорок процентов.

В первую очередь это было связано с публикацией в «Новосибирских Огнях» продолжения исторического романа замечательного писателя и драматурга Александра Борщаговского «Где поселится кузнец» о жизни и деятельности Ивана Васильевича Турчанинова — «русского генерала Линкольна» в армии США, «несоветской» исторической беллетристики — биографии человека, связавшего судьбу России и Америки. В московских журналах этот роман печатать отказались.

Новосибирским читателям, впрочем, как