«Прощание славянки». Символ русской армии - Владимир Васильевич Соколов

под руки палочку, типа той, которой играют барабанщики, и начал выстукивать по пульту ритм. Николай Михайлович стоял невдалеке. Он и теперь будто ощущает летящие на него щепки от сильных ударов. Выявлялись ритмические возможности каждого инструмента, чтобы потом с наибольшей точностью было найдено его место в общем звучании оркестра.

Два года, проведенные Назаровым у Агапкина, промчались молниеносно, но оставили след на всю жизнь. Нелегко складывалась судьба талантливого ученика. Окончание консерватории. Назначение дирижером в в Прибалтику… С началом Великой Отечественной войны Н.М. Назаров – начальник оркестра Северо-Западного фронта. И вдруг совершенно неожиданно Назарова направляют в Академию имени М.В. Фрунзе на ускоренные курсы. После прохождения курсов – приказ: направить на фронт в качестве командира 23-го воздушно-десантного полка 5-й гвардейской армии. Военный музыкант, дирижер, и в годы войны – командир полка! Поистине, сочетать такие назначения под силу только мужественным людям.

Руководить оркестром и командовать полком. Факт этот глубоко символичен. Дирижерская палочка и штык винтовки встают неодолимой силой – сражаются с врагом в одном строю. И тем и другим оружием умело пользуется Назаров в борьбе против фашистов. В конце 1942 г. Назаров в прямом смысле меняет свою дирижерскую палочку на штык и на передовой крушит врага со всей яростью защитника отчего дома. Он участвует в жаркой битве на Курской дуге под Прохоровкой, получает серьезные ранения.

Вот как о Назарове, командире полка, отзывается командующий 5-й гвардейской армией генерал А.С. Жадов, в составе армии которого он сражался: «Особенно следует отметить одного из командиров полков подполковника Н. Назарова. Он до войны окончил Московскую консерваторию и стал хорошим музыкантом. В тяжелое время пошел в строй, командуя полком, был дважды ранен, но остался в строю».

Госпиталь. Еще не зажили раны, а воины просят скорее выписать их, чтобы идти на фронт. И снова корчагинцы рвутся в бой, туда, где решается вопрос жизни и смерти, где всего труднее. Командир полка – 14-го, затем 26-го гвардейского стрелкового полка 7-й гвардейской стрелковой дивизии – Назаров участвует в освобождении Прибалтики, в боях по ликвидации Курляндской группировки…

Мирное время. Штык сменяет дирижерская палочка. Тонкая «волшебная» палочка опять в руках дирижера… Новые назначения. Командование Красной армии поручает Назарову возглавить Московское суворовское военно-музыкальное училище, а позднее, в 1958 г., – военно-оркестровую службу Министерства обороны. Николай Назаров становится главным военным дирижером Советской армии. Новые высокие посты, а закалка, скромность, работоспособность прежние. Никогда не забыть ему далеких репетиций в оркестре Агапкина. Не забыть огненных лет войны. А марш «Прощание славянки», словно боевое напутствие учителя, помогал ему в боях под Курском и в Прибалтике.

Шло время творческого упорного труда. Множество концертов, поездок по стране, вот в 1972 и в 1973 гг. Отдельный показательный оркестр Министерства обороны под руководством народного артиста РСФСР генерал-майора Н.М. Назарова едет во Францию – страну с давними дружественными нашей стране традициями. Военным музыкантам там, посланникам мира, рукоплещет Париж, Авиньон, Бордо, Ницца…

Газета «Вечерняя Ницца» от 22 августа 1973 г. писала тогда: «Этот оркестр, очень редкостного качества, очаровал публику великолепным спектаклем». Французский критик отмечал незаурядность исполнения произведений Глинки, Чайковского, Хачатуряна, а также произведений французских композиторов, в частности «Арлезианки» Жоржа Бизе. «Но после «Лебединого озера», – пишет далее французский музыкальный обозреватель, – «Итальянского каприччио», «Руслана и Людмилы» ставится вопрос: не может ли репертуар такого оркестра, с такими артистами вобрать в себя всю музыку вообще?» Подавляющее большинство французов, которым довелось слышать оркестр, так же восторженно восприняло выступление наших артистов. Однако нашлись и противники добрых отношений и традиций. В той же Ницце определенные организации пытались чинить препятствия, помешать дружественной миссии музыкантов. В концертном зале во время исполнения оркестром увертюры к опере «Руслан и Людмила» вдруг погас свет, раздались злобные выкрики. Однако оркестр не замолк, не сбился. Он продолжал играть и закончил вещь под гром аплодисментов. Провокация и на сей раз провалилась.

Простые французы были за дружбу, за желание узнать друг друга поближе, познакомиться с нашим искусством. Четырнадцать городов Франции рукоплескали советским музыкантам. Это было и выражением дружбы, и оценкой мастерства. Действительно, оркестр Назарова продолжал лучшие традиции военной духовой музыки, следуя дорогой своих учителей.

Несколькими годами раньше состоялись триумфальные гастроли оркестра по городам Чехословакии, поездки дирижера в Венгрию, ГДР. Всюду восторженный прием, цветы, море сияющих улыбок. И визитная карточка оркестра на каждом концерте – марш Василия Ивановича Агапкина «Прощание славянки».

Марш покорил сердца многих людей разных стран. Слушатели просят исполнить его на «бис», встречают как доброго старого друга. Восторженно принимают и самих исполнителей – советских музыкантов, проникаясь к ним чувством симпатии и сердечности. Марш, наряду с другими произведениями, неизменно и с успехом звучит в исполнении других коллективов советских музыкантов. В этом тоже сказывается преемственность традиций.

Вот один интересный факт. Август 1972 г. Оркестр Южной группы войск принимает участие в музыкальных манифестациях, посвященных Дню Женевы. Наряду с советскими по улицам и площадям Женевы маршируют музыканты Австрии, Венгрии, Испании, Италии, Марокко, Румынии, США и Франции. Настал день заключительного концерта. Спортивный зал «Вернэ». Почетное право участвовать в нем получили лишь три оркестра: из Венгрии, США и СССР, причем советскому оркестру отводилось целиком второе отделение. Известный швейцарский музыковед – обозреватель центральной прессы Жан Клод Дрюз – так писал о своем впечатлении от концерта: «Если бы речь зашла о присуждении пальмы первенства, то я отдал бы ее музыкантам, певцам и танцорам ансамбля Южной группы войск. Какое совершенство во всех жанрах! Можно и не быть меломаном, но нельзя оставаться бесчувственным, слушая Торжественную увертюру «1812 год» Чайковского, «Прощание славянки» Агапкина или же арию Эболи из оперы Верди «Дон Карлос» (ее исполняла солистка ансамбля Валентина Зыч)…»

В САДУ «ЭРМИТАЖ»

Наступил 1934 г. Василий Иванович обновлял репертуар, готовился к огромной концертной программе в московском саду «Эрмитаж». Летние сезоны в этом парке – веха в жизни музыканта, но и сами по себе – удивительнейшее явление времени.

Что представляло собой выступление военного духового оркестра в прошлом? Как оно много значило в духовной жизни общества, очень метко и полно определил в свое время Владимир Васильевич Стасов. Он писал: «Военные оркестры – проводники не только одной военной, но и всяческой музыки в массу народную. На улице, в публичном саду, в процессии, в каждом народном или национальном торжестве кого же народ всегда слышит, как не один военный оркестр, через кого же и знает что-нибудь из музыки, как не через него?»

Вместе с возникновением новой техники появились новые формы и самой музыки приобщения к ней многих людей. Радио, телевидение, магнитофоны,