Уйгурские сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

Мальчика и юношу связали и под конвоем привели к хану.

— Почему вы не заплатили денег за обед? — спрашивает хан.

— Мы странники, — ответили они, — все свои деньги истратили в пути. А отработать мы не отказываемся…

По законам моей страны, — возразил грозный хан, — все, кто не платит денег за еду, считаются мошенниками и расплачиваются за это своей головой. Эй, отведите этих молодцов и вздерните их на виселице!

— Позволь слово молвить, о повелитель! — обратился к хану один визирь.

— Говори! — сказал хан.

— Взгляни на этих юношей. Они крепкие и сильные. Вот уже семь лет прошло с тех пор, как твою дочь украла семиглавая Ялмауз[74]. Юноши, которых мы посылали, чтобы спасти ее, не возвращались, — Ялмауз съедала их. Давай пошлем еще этих двоих. Если они освободят твою дочь, ты сделаешь их визирями и отдашь дочь за одного из них. Если же нет — казнить их никогда не будет поздно.

Хану пришлось по душе предложение визиря, и он приказал вернуть юношей.

— Семиглавая Ялмауз украла мою дочь, — сказал хан, — и если вы ее освободите, я щедро награжу вас.

Юноши согласились.

Хан дал им свой боевой меч и двух быстрых гнедых коней. Вскочили юноши на коней и вихрем помчались по дороге.

Проскакали они два дня и две ночи без отдыха и вдруг видят — перед ними высокие остроконечные горы. А на горах тех отвесные скалы да гладкие, скользкие камни. Привязали юноши лошадей и стали вверх взбираться. Вдруг старший брат крикнул младшему:

— Видишь, что там впереди?

— Вижу, — ответил тот. — Под горой золотой терем стоит, справа от него река течет, а через реку — большой мост перекинут.

И вдруг среди скал увидели они семиглавую Ялмауз.

— Как посмели вы явиться сюда? — спросила старуха. — Или смерти своей ищете?

Она сверлила юношей своими огромными глазищами, а потом открыла рот и извергла целый поток воды — хотела утопить незваных гостей.

Но юноши не испугались и выхватили мечи.

— Тьма-тьмущая таких, как вы, приходили сюда, но живым никто не ушел, — пугала смельчаков Ялмауз. — Что ни год — хан посылает сюда лучших йигитов своих, но стоит мне дунуть, и тела их превращаются в тлен, и прах разлетается по ветру. Гора, на которой вы стоите, сложена из их костей. То же самое ждет и вас!

Не успела Ялмауз договорить, как младший брат взмахнул мечом и ринулся на нес. Но старуха дунула, и меч унесло в небо. Увидел это старший брат и крикнул младшему:

— Эй, брат, убегай скорее, я сражусь с семиглавой!

Ялмауз злобно рассмеялась:

— Видно, умереть торопишься. — И стала втягивать в себя воздух. Старший брат не растерялся, бросил меч, поток воздуха подхватил его, и меч юноши вонзился в горло Ялмауз, потом рассек ей грудь пополам. Не стало семиглавого страшилища.

Братья победили.

Подошли они к реке, смыли с себя кровь, ополоснули мечи. Вдруг видят, из золотого терема выходит девушка несказанной красоты, в руках у нее золотой чайник с длинным носиком. Увидела она юношей и спрашивает:

— Откуда вы, храбрые юноши? Как попали вы сюда?

— Ялмауз украла дочь нашего хана, ханум, — ответили юноши, — вот мы и ищем ее.

— Уходите скорее, храбрые юноши. Если увидит вас Ялмауз, не сносить вам головы! — Я и есть дочь хана. Много витязей посылал отец, чтобы вернуть меня, но она пожирала их всех…

— Зайди за гору и посмотри, — говорят ей братья.

Дочь хана со всех ног бросилась к горе и увидела убитую Ялмауз. Обрадовалась девушка, подбежала к братьям и говорит:

— Да, вы настоящие герои! Но у Ялмауз есть еще два сына, они уехали на сорок дней и сегодня должны вернуться!

— Не бойся, мы и с ними живо расправимся, — ответили братья.

Повела их девушка в золотой терем, накормила лучшими кушаньями. Затем старший брат велел младшему стать у ворот и охранять девушку, а сам спрятался под мостом и стал ждать.

Вскоре появились сыновья семиглавой Ялмауз. Еще издали почуяли они человеческий запах.

— Кто здесь прячется! — зарычали они. — Ну-ка выходи живей!

— Эй, вы, верните нам дочь нашего хана! — крикнул им старший брат, выходя из-под моста. — Иначе не бывать вам в живых.

— Ах ты, негодный! — заорал один из сыновей Ялмауз, да знаешь ли ты, с кем говоришь?!

С этими словами взмахнул он секирой, длинной-предлинной, хотел пронзить юноше грудь. Но не тут-то было. Юноша ухватился за секиру и сломал ее.

Увидел это второй сын Ялмауз и испугался. «Секира моего брата могла бы выдержать тяжесть Каракурум[75], - подумал он. — Видно, сильный он йигит, попробую-ка я с ним сразиться». Словно разъяренный медведь набросился он на старшего брата, поднял чугунную гирю весом в семьдесят пудов и крикнул:

— Держись!

Но старший брат не испугался. Он ударил мечом по чугунной гире и она раскололась пополам. Повалил юноша обоих чудовищ на землю и убил их, а головы повесил на мосту.

Вскочили братья на коней и повезли ханскую дочь домой.

Ехали они через горы, через дикие степи, и когда до города оставался день езды, остановились на отдых в одном кишлаке. Жители гостеприимно встретили их.

Пока утомленные всадники спокойно отдыхали, один старик поспешил к хану и сообщил ему радостную весть.

— Уж не сон ли все это! — воскликнул счастливый отец.

— Пусть мне отрубят голову, если я лгу! — поклялся старик.

Хан дал ему в награду целое блюдо золотых монет и в ту же ночь под звуки труб и барабанов отправился в кишлак встречать дочь.

После радостной встречи прошло семь дней. Позвал хан сватов и говорит:

— Я обещал отдать свою дочь в жены тому, кто ее освободит. Юношей двое. Пусть они сами решат, кто станет моим зятем.

— Бери ты девушку в жены, — сказал старший. — Мне нельзя жениться, потом узнаешь почему.

На том и порешили. Узнал об этом хан и приказал отпраздновать пышную свадьбу.

Прошло еще семь дней, наступил восьмой. Старший брат и говорит младшему:

— Я должен вернуться домой, а ты оставайся здесь.

— Раз ты уходишь, так и я уйду, не могу я тебя покинуть.

Жалко было хану расставаться со смелыми юношами, стал он уговаривать их остаться, но юноши стояли на своем. Пришлось хану проститься с дочерью и зятем. Дал он им с собой в дорогу разной снеди, много золота и серебра.

Долго ехали наши путники. И вот однажды, когда они доехали до большой реки, старший брат попросил всех остановиться.

— Когда тебе было пятнадцать лет, —