Eminem. От изгоя до короля хип-хопа - Ник Хэйстед

Row пошли на сотрудничество с компанией Interscope Джимми Айовина, которая связана с Time-Warner. В последующие несколько лет все эти будущие персонажи в истории Эминема будут запятнаны слухами о причастии к проявлениям насилия, угрозам, гангстерству или жадности.

Собственные записи Дре в этот период были бессмысленными и отвратительными, далекими от того милого образа, знакомого с более поздних видео Эминема. Наиболее известно, как в декабре 1990-го, все еще будучи в N.W.A., он жестоко избил телеведущую MTV Ди Барнс на вечеринке, посвященной индустрии. Ему показалось, что Барнс, его подруга, оскорбила его группу, и так, согласно словам самой Барнс, опубликованным в книге Ронин Ро «Have Gun Will Travel», дал Найту ударить мужчину, который ее сопровождал, пока сам занялся девушкой. Вероятно пьяный Дре, высокий, крепкий мужчина, схватил Барнс за шею и волосы и начал разбивать ее лицо о кирпичную стену. Когда она, спотыкаясь, пошла к лестнице, он попытался сбросить ее с нее. После он догнал ее в женской уборной, схватил за волосы и ударил по лицу, продолжая избивать, пока его товарищи не увели его. Дре отрицал обвинения ленивыми неправдоподобными отговорками, но позднее уладил все с Барнс вне суда. «Он избил многих женщин, – рассказала Барнс Ро, – многие подвергались побоям от него. Но только я выдвинула чертовы обвинения». В итоге Дре признался «Rolling Stone», хотя в этом признании было мало раскаяния: «Я был неправ, но я же не сломал руку этой суке или вроде того».

За несколько следующих лет стиль производства Дре, тщательно перерабатывавшего фанк семидесятых в неторопливый темп и клубящуюся паранойю лос-анджелесских девяностых, сделал его Мидасом хип-хопа. Одни только The Chronic и его протеже Doggystyle Снуп Догга в 1993-м заработали Death Row 113 миллионов долларов. Но криминальная компания, которую он держал на лейбле – именно те люди, которых он тщательно избегал в детстве, – заставили его жизнь выйти из-под контроля. В штаб-квартире Death Row, напоминающей бункер, и в офисах Interscope Найт режиссировал ужасающие избиения и даже по слухам изнасилования чернокожих мужчин-подчиненных и коллег. Белые менеджеры Interscope, как, например, Айовин, предполагает Ро, были глухи к крикам, раздающимся под их собственной крышей, пока росла прибыль. И в своем новом особняке миллионера Дре устраивал вечеринки с Bloods, прирученными Найтом, где рекой лились косяки и выпивка, пока они громили, поджигали, дрались, трахались и включали стерео погромче.

Дре и сам еще глубже погряз в криминале. В 1992-м его посадили под домашний арест за то, что он сломал челюсть Дэймону Томасу, музыкальному продюсеру, после того, как тот застал Дре занимающимся сексом с его девушкой. В 1994-м пьяная гонка с департаментом полиции Лос-Анджелеса закончилась для Дре – символично для его жизни – тем, что он съехал с обрыва и был приговорен к 180 ночам в реабилитационном центре – в шаге от реального тюремного срока.

Вспоминая 2000-е для «NME», у Дре спросили, если бы он встретил себя того времени, понравился бы ему тот сумасшедший парень, которым он был. «Мне бы понравился человек, но я бы возненавидел то, что он делает, – сказал он, озадаченный. – Незрелость, секс, хм, потому что я был сумасшедшим, я был сумасшедшим парнем, чувак. Несносным, диким, легкомысленным – я был по-настоящему несносным. Пойми, что когда мне было двадцать лет, у меня был дом, Мерседес, Корветт и миллион долларов в банке. К тому же, вывези парня, который рос в таких же условиях, как я, из Комптона и засунь его в чертов особняк… Мне было бесполезно что-то говорить. Вообще, задумываясь сейчас, я был довольно паршивым. Но я прошел через это. Я вырос».

Время, проведенное Дре в реабилитационном центре, помогло ему прервать его саморазрушительный цикл. Итак, в 1996-м он со скандалом покинул Death Row, чтобы заключить свою собственную сделку с Interscope со своим собственным лейблом Aftermath. В том же году, когда Найт был приговорен к девяти годам тюрьмы за подстрекание Тупака и других к избиению мужчины в Вегасе в ночь, когда Тупака застрелили, и агенты ФБР расследовали инвестиции в наркоторговлю, производимые в Death Row, Interscope Айовина тоже разорвал связи с лейблом Найта.

Лишение свободы Найта в 1997-м, казалось, закрыло грязные страницы хип-хоп истории. Но для Дре второе падение стало только началом. Среди большинства вуайеристских белых поклонников гангста-рэпа избиение женщин, разбивание машин и сотрудничество с бандитами были позитивными чертами для исполнителя. Дре просто «был собой». Поэтому, когда вышли следующие два альбома, которые ранее были бы защищены от провала, Dr. Dre Presents The Aftermath и The Firm, открывшие его позитивный настрой, они были высмеяны и провалились в продажах. В 1998-м Дре спас свою душу, но за это, казалось, поплатился своей карьерой.

Если бы кассета Маршалла добралась до Interscope и Дре годом раньше, в этот отвратительный период, все могло бы сложиться совсем иначе. Но теперь угрожающее влияние Найта, который подпортил жизнь нескольким исполнителям, включая Дре, Тупака и даже Ваниллу Айс, было прекращено. Айовин, между тем, все еще был участником скандала из-за шокирующей тактики готик-рока Мэрилина Мэнсона и больше не пускал в свои здания бряцающих оружием Bloods. А Дре почти так же усердно, как и Маршалл, был сосредоточен на том, чтобы найти хит. Когда он услышал кассету этого белого парня, он понял, что нужно делать.

История о том, как Дре нашел свою звезду, когда она была рассказана впервые, была сказкой обо всей этой сверхъестественной удаче и осуждении Голливуда. Говорили, будто Дре ездил по Лос-Анджелесу, осматривая свои владения, когда он случайно услышал выступление Маршалла на радио-шоу Sway & Tech следующим утром после его провала на Рэп Олимпиаде. Прежде чем Маршалл успел скрыться в Детройте, Дре вычислил его номер в отеле и позвонил ему. В другой версии демо, которое Маршалл передал Дэну Гейстлингеру в Лос-Анджелесе, упало на пол в гараже Айовина, где и лежало, пока Дре не увидел кассету и каким-то образом понял, что нужно вставить ее в магнитофон.

Реальность, конечно, была более прозаична. Это благодаря тому, что Гейстлингер посетил Рэп Олимпиаду, выполняя кропотливую работу, на которую у Дре и Айовина не было времени, удача повернулась ко всем заинтересованным. Демо The Slim Shady EP добралось от него до Айовина, который поставил его Дре. Даже рассказывая реальную историю, Дре не смог удержаться от красивого жеста. «За всю мою карьеру в музыкальной индустрии, – вспоминал он для “Rolling Stone”, – я не находил ничего особенного в демо-кассетах или дисках. Когда Джимми поставил это, я сказал: “Найди его. Сейчас же”». Так как на кассете был номер братьев Басс, в Шерлока Холмса играть не пришлось.

Есть еще одна причина, объясняющая такой разрыв между моментами, когда Гейстлингер получил кассету в октябре 1997-го и когда Джефф