Eminem. От изгоя до короля хип-хопа - Ник Хэйстед

части спродюсированные братьями Басс треки из его уже быстро отступающего периода безнадежности и самобичевания в предыдущем году – который, что интересно, помог ему закрепить его сделку, – были сохранены из мини-альбома и сессий незадолго после него. Они придали оттенок потери и страданий более уверенным, забавным калифорнийским трекам (как, например, история о жестком приходе «My Fault»). В основном в альбоме доминировали определяющие Слима кузены «My Name Is» и «Just Don’t Give A Fuck», хотя последующий «Still Don’t Give A Fuck» звучал как один сплошной поток, черновик психоза синдрома Туретта, написанный с хорошим юмором кого-то, кто вполне себе вменяем. Слим мог сказать, что был рожден в землетрясении и умрет от разряда молнии, брат Попрыгунчика-Джека, рожденного из шторма перекрестного обстрела, из «Jumpin’ Jack Flash» Rolling Stones. Слим говорил ужасные вещи – например, мог в шутку признаться в расстреле школьников – просто чтобы сделать жизнь не такой скучной. Однако эти дьявольские речи всегда сопровождались ухмылкой, и в итоге всё это было лишь пустыми словами. «I’m Shady» был одним из треков, где рэпер явно отделял шутки от правды. Того же он ожидал от своих слушателей.

«На моем альбоме есть веселые песни, безумные песни, серьезные песни», – объяснил он «Launch». «Например, есть песни вроде: “Окей, я порезал себе запястье 90 миллионов раз, я нахуй отрубил себе голову, но это буквально то, как я себя чувствую”, – объяснил он “City Detroit”. – Это не какое-нибудь ракетостроение. Это настолько очевидно, когда я шучу, а когда я серьезен. “If I Had” и “Rock Bottom” – это пара серьезных песен. Я написал их, чтобы люди поняли, через что я на самом деле прошел. Многое в альбоме отражает мою серьезную сторону. Но даже в шуточных песнях есть большая доля правды. Например, если я сказал, что хочу перерезать глотку своему отцу – это настоящие чувства. “Rock Bottom” и “If I Had” – это мои две самые серьезные песни. Без шуток».

У альбома была одна необычная сильная сторона. В жанре хип-хоп, где экстра-музыкальные возможности обычно ограничиваются банальными укуренными «сценками» между треками, The Slim Shady LP представлял последовательный, населенный мир. Слим Шейди был его безумным королем. Но Дебби, Ким, Хейли, Дре и обманутый Маршалл тоже были заперты в нем. Были представлены и другие персонажи, как, например, Кен Канифф из Коннектикута – хихикающий гей с подлым голосом, который одержим любовью-ненавистью к Эминему, Пол Розенберг («Em, the album… can you tone it down a little bit?» («Эм, этот альбом… ты можешь его немного смягчить?»)) и диктор из Государственной службы. Все они возвращались в будущих записях. Здесь работало сознание драматурга и сатирика. Это заметил Джимми Айовин из Interscope. «У него невероятная способность рассказывать истории, – рассказал он “LA Times”, – и если он продолжит тренировать этот навык, он сможет писать сценарии к фильмам, да что угодно. У него есть остроумие и воображение. Он мог бы написать “День на скачках” братьев Маркс, если бы захотел».

The Slim Shady LP был всем, чем покровители хотели бы его видеть. Теперь они ловко приступили к работе, чтобы убедиться, что их инвесторы вернутся. Маршалл был добровольным партнером в их планах. Он написал «Still Don’t Give A Fuck» по совету Пола Розенберга, успешно создав сиквел по заказу. Он также смягчил текст, когда его попросили, в «My Name Is» и других песнях, как Розенберг признался «LA Times»: «Были ли моменты, когда нам приходилось что-то менять [из-за Interscope]? Да. Эм понимает, что в его интересах, чтобы магазины наполнялись его записями, или о нем никто не услышит, так что он сделает, по большей части, все что угодно, если жалобы не совсем нелепые». Была даже заготовлена и выпущена «чистая» версия альбома, предположительно на случай потенциальных судебных разбирательств по поводу непристойности. Маршалл посчитал это позором, но все же согласился.

Когда прошел 1998-й, Interscope отправил свою новую тайную звезду в работу. Он побывал в престижном рэп-туре Lyricist Lounge, и его трек «Just Don’t Give A Fuck», который не мог проигрываться на радио, был выпущен как сингл. Маршалл наивно проговорился о рабочей стратегии elamentz.com.

«Тур Lyricist Lounge? Видимо, моя продюсерская компания к нему подключилась… На самом деле, я не уверен. Все, что я знаю, это что Interscope Records подошли ко мне и сказали: “Ты отправляешься в тур”. Сингл, который выходит, он по большей части для Lyricist Lounge. Они выпускают пластинку и все такое, чтобы раздать. Знаете, чтобы пробудить интерес. Они пытаются повысить интерес в андеграунде. Потом они собираются выпустить второй сингл, скорее всего, прямо перед альбомом. А потом, эм… второй сингл будет называться “My Name Is”. Это песня, которую спродюсировал Дре».

Между тем к Маршаллу к тому времени уже был неподдельный интерес от тех, кто слышал The Slim Shady EP или его случайные куплеты на инди-синглах вроде «5 Star Generals» Шабаама Сахдика (записанный ради денег и забытый в его дни без договора, внезапно начавший продаваться) или видел его на баттле (он ранее уже бывал в туре Lyricist Lounge). Но движение из андеграунда в масс-маркет, при этом без потери авторитета, теперь был отлажено. Для альбома была подготовлена слегка скандальная обложка. На лицевой стороне были изображены Маршалл и Хейли, уставившиеся в воду, стоящие на краю пирса под зловещей луной. Ноги «Ким» можно заметить торчащими из багажника автомобиля, стоящего неподалеку. На обратной стороне Маршалл, подсвеченный голубым, с голой грудью, закрыл глаза и держится за голову – изображение тревожного смазливого мальчика. К выпуску альбома были организованы сотни интервью вместе с взрывающими мозг, объединяющими людей турами, где приходилось исполнять сначала для рок-, потом для рэп-аудитории в один и тот же день, не пропуская ни одного слушателя. Маршалл не жаловался. Он усердно работал, готовя мясные рулеты. Он будет усердно работать и ради этого.

Настоящий секрет массового принятия The Slim Shady LP был довольно простым: «My Name Is» и его видеоклип.

Маршалл до этого уже снимал одно видео для «Just Don’t Give A Fuck» в 1998-м. В основном черно-белое, без цензуры в тексте, оно было дешево снято для «интереса в андеграунде». Оно пыталось представить его как угрожающего би-боя[16], подчеркивая его мускулистые руки и окружая его женщинами ростом ниже, чем он. Маршалл хмурился на камеру, бил старушку и двигался как убийца из слешеров. Но картинка была банальной и несвязной, и Маршалл был апатичным и неубедительным в ущерб его песне. Он выглядел как очередной детройтский хулиган.

Клип на «My Name Is» нес в себе более индивидуальный подход. «Дело в том, что, касаемо