Ненужная жена генерала. Семейный штаб закрыт - Виолетта Весна

— Полное имя, год рождения, номер телефона, адрес исходной точки, состав семьи, ограничение передвижения, — перечислил Зуев. — Эти данные передаются при направлении заявки в АНО.

— Адрес исходной точки не нужен после доставки в безопасный пункт, — сказала я. — Нам нужен адрес пункта передачи и конечного размещения.

— А если человек потерял вещи и просит вернуться?

— Мы не организуем возвращение в опасную зону. Запрос передается вашей службе отдельной заявкой.

— Состав семьи?

— Число взрослых и детей, потребность в совместном размещении. Родство подтверждать не наша задача.

Мы сидели в малом зале центра управления. От АНО присутствовали я и Тимофей, от ведомственного центра — Зуев с юристом и специалистом по связи. Сомов подключался по видео. Владислав вошел только после обеда, когда началось согласование ведомственного раздела.

Он поздоровался со всеми одинаково и занял свободное место у края стола.

— Что не закрыто? — спросил он.

— Двадцать один пункт, — ответил Зуев.

— Было сорок восемь, — заметил Тимофей.

— Это должно радовать?

— Это должно показывать движение.

Зуев посмотрел на него, потом на список.

— Движение есть. Радость внесем в итоговый протокол отдельным приложением.

Тимофей сдержал улыбку. После учений они научились разговаривать без взаимного раздражения, хотя оба продолжали считать другого излишне формальным.

Мы закрыли передачу данных: единый номер, минимальный набор, назначенный связной, срок удаления временного доступа. Потом перешли к мощности.

В нашей версии стояло: АНО может приостановить прием новых задач, когда число активных карточек достигает ста двадцати или свободные ресурсы по нужной категории исчерпаны.

Владислав прочитал пункт дважды.

— Уберите право односторонней остановки, — сказал он. — В режиме повышенной готовности запросы не могут исчезнуть из-за внутреннего лимита партнера.

— Они не исчезнут. Единый канал продолжит прием, но новые гражданские задачи останутся у муниципального координатора до освобождения нашей мощности.

— На практике оператор увидит отказ и начнет искать другой номер.

— Тогда в форме должен быть статус «очередь у муниципального координатора», а не отказ.

— Вы сможете принять больше ста двадцати при перераспределении смен.

— Иногда. Но обещать это заранее не будем.

Владислав повернулся к Тимофею.

— На учениях максимальная одновременная нагрузка была сколько?

— Сто двадцать семь карточек, но семь из них дублировались. После объединения — сто двадцать.

— Время обработки?

— Среднее девять минут, по размещению до двадцати трех. При ста двадцати операторы вышли на предел. Следующие заявки задержались бы.

— Добавьте резервную смену.

— Она уже в графике, — сказала я. — Эти цифры с резервом.

— Девяносто один волонтер и шесть сотрудников должны давать больше.

— Волонтеры не сидят все на линии. Часть доставляет, часть работает на складе, часть доступна в другие дни. Шесть сотрудников не выходят одновременно на двенадцать часов без смены.

— Если область направит сто пятидесятую заявку, ты скажешь, что лимит закрыт?

— Я скажу, какие категории еще принимаем и когда освободится ресурс. Если возьму все, результатом станет список обещаний без исполнителей.

Владислав положил ладонь на таблицу.

— В реальном кризисе ситуация меняется быстрее расчета. Руководитель должен иметь возможность увеличить нагрузку.

— Руководитель АНО — да. После оценки людей, денег и транспорта. Руководитель управления не может увеличить ее вместо меня.

Он посмотрел прямо на меня. В комнате никто не делал вид, что спор только технический. Он снова видел опасность и требовал возможности действовать, а мне предстояло отвечать за последствия.

— Предлагаю перерыв десять минут, — сказал Сомов с экрана. — Стороны проверяют расчеты и приносят формулировку, а не повторяют позиции.

Тимофей вышел со специалистом связи. Зуев остался с Владиславом. Я открыла таблицу нагрузки в соседней переговорной и проверила три сценария. Увеличение до ста пятидесяти было возможно, если сократить обратные звонки или добавить третью смену операторов. Первое нарушало подтверждение, второе требовало людей, которых в графике не было.

Я добавила условие: руководитель АНО может временно поднять предел после письменного подтверждения дополнительного ресурса. Это сохраняло решение за нами и позволяло расширение.

Через десять минут Владислав вернулся с Зуевым.

— Мы посмотрели учения, — сказал он. — При ста двадцати вы действительно использовали резерв. Одностороннюю остановку оставляем, но статус должен быть виден общей системе. Добавьте порядок пересмотра лимита каждые два часа.

Я показала свой вариант.

— Подтверждение дополнительного ресурса и решение руководителя АНО.

— Согласен.

— Без права ведомственного центра назначить новый предел.

— Да.

Зуев внес формулировку. Мы проверили цифры и согласовали способ изменить предел без чужого приказа.

К семи вечера осталось пять замечаний, ни одно не касалось полномочий. Сомов отключился, юрист управления ушел согласовывать режим хранения данных. Тимофей вызвался закончить схему утром