Фаворитки судьбы императорского Китая - Юрий Николаевич Лубченков

хочет переправляться, это его дело, но какой вред может быть от того, что я, ничтожная, буду в одной лодке с ним.

Цзянь-цзы понравились ее слова, и он последовал за ней в лодку. Когда они оказались на середине реки, она запела для правителя песню “Река бурлит”. Там были такие слова:

Поднимись на тот берег,Обрати лицо к чистой воде.Вздымаются волны,Как темно кругом и сумрачно!Молился, прося о счастье,Захмелел и не мог пробудиться,Отцу грозила смертная казнь.И в сердце моем была тревога.Наказание отменили,И вода в реке посветлела.Я держу весло и гребу.Речные драконы помогают мне,А правитель собирался повернуть обратно.Я позвала его и гребу,И он едет, не зная сомнений.

Правитель возликовал:

– Как-то нам во сне приснилась невеста. Не она ли эта девушка? – И он велел одному из своих спутников совершить моление и очищение и предложить Цзюань стать его женой. Девушка дважды поклонилась и стала отказываться.

– Обряд супружества запрещает выходить замуж без сватовства. У меня строгие родители, и я не осмеливаюсь выполнить ваш приказ.

Потом она простилась и уехала.

А Цзян-цзы, вернувшись, послал свадебные дары ее отцу и матери и сделал Цзюань своей женой.

Совершенный муж сказал бы так: “Девица Цзюань проникала в суть вещей и умела рассуждать”.

В “Книге песен” говорится:

Идем гуляем, идем поем,И звук летит стрелой.Так же можно сказать и здесь.Сложим гимн-сун в честь Цзюань:Чжаоский Цзянь-цзы хотел переправиться через реку,А смотритель переправы напился допьяна.Собрались было его казнить,Но перепугалась-затряслась его дочь Цзюань.Взяла весло и почтительно разъяснила,Так что отец избежал смерти.Долгое время жилось ей трудно,И в конце концов слава о ней разнеслась повсюду.Хвала-цзань гласит:Смотритель переправы молил о благополучии,Чтобы государя избавить от беды.Не будь у него дочери Цзюань,Кто поведал бы о преданности его?Держала весло, заменив отца,И объяснила князю все.Взял в жены он ее,Был прежде сон, и не было то новостью для него.

Из “Жизнеописаний грешных и развратных женщин”

Да-цзи была любимой наложницей Иньского царя Чжоу и пользовалась его благосклонностью. Талантами и силой Чжоу превосходил простых людей, голыми руками мог расправиться с диким зверем, мудрости его хватало на то, чтобы противостоять чужим увещеваниям, а красноречия – чтобы приукрашивать неправду. По своим способностям он превосходил простых людей и своих сановников и, прославившись, возвысился над Поднебесной, считая всех прочих ниже себя. Чжоу любил вино, плотские удовольствия и не разлучался с Да-цзи. Он ценил тех, кого хвалила Да-цзи, и казнил тех, к кому она чувствовала отвращение. При нем были созданы новые разгульные напевы, исполнялись танцы северных деревень, почитались нескромные удовольствия. Жемчуг и прочие драгоценности лежали кучей в задних женских покоях, и придворные льстецы и толпы девиц получали все, что хотели. Царь повелел насыпать холм из зерна, налить в пруд вина и развесить на деревьях куски мяса, а потом заставил обнаженных мужчин и женщин гоняться там друг за другом. Он опаивал их вином долгими ночами, и Да-цзи это нравилось.

Монета эпохи Чжоу

Народ роптал, все надеялись, что кто-нибудь из удельных князей поднимет мятеж. Тогда царь Чжоу придумал новое наказание: над раскаленными углями клали медный столб, обмазанный жиром, и велели преступнику идти по нему. Тот падал на угли, и Да-цзи смеялась. Родственник царя Би-гань пытался увещевать его:

– Если не совершенствовать установления прежних государей, а полагаться на слова женщины, грянет беда.

Царь Чжоу разгневался и счел его речи бесовскими. Да-цзи сказала:

– Говорят, что у мудрецов в сердце семь отверстий.

Тогда царь повелел вырезать у Би-ганя сердце, чтобы посмотреть, так ли это. Он заключил в темницу Цзи-цзы и удалил от себя Вэй-цзы. Тогда У-ван – Князь Воинственный получил веление неба, поднял войска и пошел походом на царя Чжоу. Они сразились на Пастушьей пустоши – Муе, и воины Чжоу побросали копья. Тогда царь поднялся на террасу, расположенную над амбаром с зерном, надел платье, украшенное нефритом и драгоценными камнями, и покончил с собой. После этого У-ван привел в исполнение небесную кару и казнил Да-цзи. Ее голову привесили к небольшому белому знамени в знак того, что эта женщина погубила царя Чжоу.

В “Книге истории” сказано: “Курица не должна возвещать наступление дня, а коли курица возвестит рассвет – быть в доме беде”.

В “Книге песен” говорится:

Доверился людям, чье дело – разбой,И яростней смута встает пред тобой.Разбойничьи речи для слуха сладки,А смута и ложь и сильны, и крепки.

Это как раз про историю с царем Чжоу.

Гимн-сун гласит:

Да-цзи соединилась с Чжоу,Совратила его и нарушила добродетельное правление.Чжоу был лишен добродетели,Поэтому одно заблуждение громоздилось на другое.Она показывала пальцем и смеялась, глядяна наказание огнем,А сановников, увещевавших царя, убивали или бросали в темницу.Потом пришло поражение на пустоши Муе,И вместо династии Инь стала править династия Чжоу.

Бао Сы была дочерью южной наложницы и супругой чжоуского князя Ю-вана. Некогда, во времена падения династии Ся, души предков Бао превратились в двух драконов, они явились ко двору князя и сказали:

– Мы правители из рода Бао.

Сяский государь велел погадать, чтобы решить – убить их или прогнать. Гадание не предвещало ничего хорошего. Тогда принялись гадать, не попросить ли драконов оставить свое семя, чтобы сохранить его, – выпала удача. Расстелили ткань перед драконами. Те в миг исчезли, семя собрали в ларец и поставили его подле алтаря. И до наступления династии Чжоу никто не осмеливался открывать ларец. В конце правления чжоуского царя Ли-вана ларец вскрыли, чтобы посмотреть, и семя растеклось по дворцу. Нельзя было избавиться от него. Царь повелел женщинам раздеться и криком изгнать нечисть. Тогда семя превратилось в темную ящерицу, которая юркнула в задние женские покои. А во дворце жила девочка, еще с молочными зубами. Она наткнулась на ящерицу, а когда достигла совершеннолетия и ей стали закалывать волосы шпильками, вдруг забеременела и в правление царя Сюань-вана родила. Она не была близка с мужчиной, поэтому испугалась и выбросила младенца.

А незадолго до этого распространилась детская песенка-яо:

Плетеный колчан и лук из дикой шелковицыПогубят царство Чжоу.

Сюань-ван услыхал эту песенку. Вскоре появились муж с женой, которые продавали плетеный колчан и лук из шелковицы. Царь повелел схватить их и казнить. Но супруги ночью бежали. Они услыхали, как жалобно плачет брошенный ребенок, и подобрали его. А потом укрылись в царстве Бао. Ребенок оказался девочкой. Девочка выросла и стала красавицей. Принц из Бао по имени Сюй совершил проступок и должен был понести наказание, но откупился – отдал царю Ю-вану эту девушку. Ю-ван принял и сделал девушку своей наложницей, а Бао Сюя отпустил. Наложнице дали имя Бао Сы. После того как она родила сына Бо-фу, царь Ю-ван удалил от себя царицу, дочь князя Шэня, и сделал своей женой Бао Сы. Низложил наследника И-цзю и поставил