В тени умелой обезьяны - Павел Владимирович Волков

Широко распространено убеждение, что в жизни человека периода раннего палеолита все было более упрощенным, грубым и примитивным по сравнению с тем, как жили люди в период, например, палеолита позднего. Однако не все так просто.

Сравнительный анализ коллекций находок раннего и позднего палеолита действительно показывает нам, что различия в формах использованных орудий труда есть и они достаточно заметны. Поздний инструментарий разнообразнее по составу, встречаются орудия (иногда) более эффективные в работе; бывает, что при их изготовлении люди использовали более удачное сырье. Человечество накапливало знания о свойствах материала, из которого приходилось изготавливать орудия, приобретало опыт обработки камня.

Но менялись ли природные способности человека? Сможем ли мы найти доказательства хронологически последовательного совершенствования интеллектуальных способностей человека?

Оказалось, что такая возможность у археологов есть.

Для изготовления каменного орудия, как мы знаем, требовался не только достаточно большой объем знаний, но и способность этой информацией пользоваться. Измерить объем знаний человека, изучая каменный артефакт из археологической коллекции, трудно. Но определить уровень способностей человека применять свои технические знания вполне возможно.

«Идеальные» варианты планирования достаточно сложного процесса расщепления камня в представлении людей, живших в различные исторические эпохи, могут существенно отличаться друг от друга. Но эти представления о «наилучшем» можно сопоставить между собой и, самое главное, — сравнить с идеалом, представления о котором получены на основе современного опыта и математического моделирования процесса расщепления камня.

Специальные экспериментально-технологические исследования показали, что за долгий период (конкретно: в период от раннего до конца среднего палеолита) люди не превзошли себя. Интеллектуальные способности наших предков на протяжении почти полумиллиона лет оставались примерно на одном уровне — ни прогресса, ни деградации.

Версию о радикальном позитивном эволюционном изменении мыслительных способностей человека в палеолитический период его истории, честно говоря, следует считать неубедительной (Волков, 2020. С. 110–119).

Религия

Каждый советский школьник совершенно точно знал, что религия «произошла от слабости людей перед силами природы». А много лет назад, «испугавшись грома и молнии», волосатые дикари вдруг стали поклоняться идолам. Многие наши современники даже не могут предположить, что первые люди на земле вполне могли знать Бога лучше, чем некоторые из их потомков.

В одной из своих книг по проблеме ранней истории человечества уже упоминавшийся советский идеолог пишет, что «на самых начальных этапах истории первобытного общества уровень развития производительных сил был столь низок, что интересы людей не выходили за пределы непосредственного труда по добыванию пищи, по обеспечению своего существования в данный момент». И что «религия в человеческой истории неизначальна. Если труд, изготовление орудий отмечают собой появление человеческого общества, то к религии это не имеет никакого отношения» (Борисковский, 1979. С. 208). Если перевести эти цитаты на более простой язык, то получится так: в древности всегда так сильно хотелось кушать, что было не до Бога.

В реальности все оказалась несколько иначе.

Обнаружить материализованные следы, отражающие атеистическое либо религиозное мировоззрение человека, жившего десятки и сотни тысяч лет назад, совсем непросто. Однако...

Проявления религиозных чувств, как и любых других внутренних переживаний человека ранних периодов эпохи камня, следует искать лишь в непрямых, косвенных свидетельствах. В археологии прямым доказательством религиозности человека обычно принято считать факты погребения умерших.

Это убедительно.

Явные следы таких ритуальных действий в период позднего палеолита хорошо известны. Есть захоронения, датированные средним палеолитом. Более древних могил пока не найдено.

Однако экспериментально-технологические и трасологические исследования орудий ашельской культуры (самой древней культуры палеолита) дали неожиданные результаты. Выяснилось, что помимо обычного набора утилитарных, часто используемых в быту орудий, в археологических коллекциях того времени обнаруживаются и такие изделия, которые можно уверенно интерпретировать как сакральные, предназначенные для совершения религиозных действий.

Такая вот неожиданность.

Получается, что религиозные переживания были в жизни наших предков в самом начале их истории.

Вывод

В сухом остатке получается, что археология как наука о материальных следах жизни людей не располагает свидетельствами о существенных различиях между нами и нашими самыми далекими предками. Признаков нашего интеллектуального или нравственного превосходства над нашими праотцами в археологии не обнаруживается. Менялись предметы быта, еда, одежда, орудия труда, менялся образ жизни, но сам человек всегда оставался таким, каким он пришел в мир в самый первый день нашей истории.

* * *

В археологической литературе человек постепенно выходит из тени, что долгие десятилетия заслоняла его от исследователей. Все меньше радуют археологов следы умелых обезьян и все более драгоценными становятся для нас данные о первых людях палеолита.

Пока еще робко, озираясь по сторонам и не всегда веря в успех, археологи замечают грандиозную перспективу смены устаревающей парадигмы. Постепенно становится ясным, что понимание наших самых далеких предков как людей, по сути от нас не отличимых, открывает в аналитической археологии перспективы для исследований куда более широкие, чем гипотеза об их близости к вымершими обезьянам.

.......................

Марк Витрувий Поллион (Marcus Vitruvius Pollio) (I век до Р. Х.)

Позднепалеолитическое жилище на стоянке Плато Парэн и современное жилище на севере Сибири. Источник изображения: Елинек Я. Большой иллюстрированный атлас первобытного человека. Прага, 1983, сс. 219, 267

Образец древней наскальной живописи, где изображена сцена рыбной ловли. Драконовы горы, Южная Африка

Культовые орудия раннего палеолита. Ашельская культура. Левант. Пещера Табун Источник изображения: Палеолит Ближнего и Среднего Востока. Л., 1978. С. 48

Выбор цели

В 1764 году итальянский правовед Чезаре Беккариа публикует свое эссе «Преступление и наказание». Помимо протеста против применения пыток с целью получения признаний, против использования в суде личных связей, против применения смертной казни, Беккариа формулирует базовое установление современной теории доказательств в судопроизводстве, которое гласит: «Бремя доказывания вины лежит на обвинителе, а все сомнения толкуются в пользу обвиняемого».

На этом принципе построена сейчас вся судебная практика цивилизованных стран.

Однако в археологии при изучении вопроса о происхождении человека все по-прежнему.

Наша наука достаточно субъективна. В этом надо признаться честно. Безоговорочных доказательств в некоторых археологических исследованиях нет и не может быть. Подобно криминалистам, мы собираем факты, даем им свое толкование и выставляем результат своих трудов на суд общественности.

Вместе с тем не думаю, что «суд присяжных» всегда способен дать безупречный вердикт по нашим научным гипотезам. Общественные настроения не могут быть критерием истины. Тем не