История виноторговли в России - Александр Владимирович Ставцев

указов». Главное ограничение для «ренсковых погребов»: за продажу хлебной водки полагались самые строгие наказания. Причем за этим строго следили не только чиновники, но и сами откупщики, которым конкуренция была не нужна.

На практике действие «винных вольностей» довелось проверить в 1784 году в Москве. Московская Казенная палата – специальное ведомство, следившее, по «Уставу о вине», за оборотом алкоголя, – ввела новую практику – продавать виноградное вино в Москве только после приобретения у палаты особого «билета». Большинство купцов на этот новый налог не согласилось, и погреба их были опечатаны другим специальным ведомством – Управой благочиния. Торговля виноградным вином практически прекратилась, а винные погреба понесли большие убытки.

Дело дошло до столицы, и его разбирал генерал-аншеф Яков Александрович Брюс, который был одновременно губернатором Санкт-Петербурга и военным главнокомандующим в Москве. В споре торговцев и местных властей виноватыми были признаны… московские чиновники. В свою защиту Палата и Управа высказывались о том, что продажа виноградных вин вредит продаже «казенных питей» и снижает доходы бюджета, а винных погребов в Москве стало слишком много. Аргументы приняты не были со ссылкой на пункты 55 и 59 «Устава о вине», который давал полную свободу в продажах виноградного вина без дополнительных «билетов».

Как докладывал Яков Брюс, в результате действий местных чиновников «торговля во всем пресеклась, а торгующие претерпевают невинно разорительные убытки». Финансовый ущерб, по результатам разбирательства, был оценен в 700 рублей серебром.

По рассмотрении дела правительствующим Сенатом было принято решение оштрафовать чиновников и деньги отдать на покрытие убытков виноторговцев: «Поелику Палата ни малейшего не имела повода делать запрещение в продаже виноградных напитков из погребов, когда Устав о вине дает в том полную свободу… взыскать по закону с Членов Казенной Палаты и Управы благочиния и отдать в удовлетворение обиженным».

«…Лучшее вино, похожее на шампанское»

Что касается виноградного вина, производимого в России, примерно с середины XVIII века внимание к этой теме становится все более пристальным. На карте страны появляются новые регионы. В 1756 году выходит первая системная работа «О разведении винограда» с примерами успешного виноградарства и виноделия в области Войска Донского. Петербург обращает внимание на виноградарство Терского Семейного и Гребенского казачьих войск. Казакам разрешают свободную продажу своих вин в Кизляр и Астрахань «и в прочих местах», а также производство виноградной водки. Виноделие должно было экономически поддержать казачьи станицы, в которых мужское население большую часть года проводило в походах, а урожаи хлеба не всегда были хорошими.

В 1777 году, по ходатайству Астраханского, Новороссийского и Азовского генерал-губернатора князя Григория Потемкина, Сенат подтверждает привилегии казачьих войск: Волжского, Донского, Терского, Гребенского о свободной продаже вин «собственных садов», в том числе «малыми мерами» в своих винных погребах, находившихся в станицах. Цель доклада Потемкина снова была в том, чтобы защитить виноградное вино от претензий откупщиков, пытавшихся ограничить продажи любых алкогольных напитков на своих территориях.

Еще один винный регион, который обязан своим развитием Екатерине II, – это Средняя и Нижняя Волга. В 1767 году Екатерина II дает немецким колонистам Евангелистского братства, которые начинают переселяться в этот период в Россию, особую грамоту, позволяющую производить для нужд колонии в Сарепте виноградное вино. Согласно грамоте, его можно было продавать только приезжим гостям, но не за пределы дарованной земли. Уже в конце 1760-х годов академик Иван Лепехин, работавший в составе экспедиции Академии наук в Поволжье, отмечал успехи колонистов в виноградарстве. К 1771 году у общины Сарепты был не только виноградник, но и своя винодельня, где также выкуривали виноградную водку. О качестве вин можно судить по заметкам академика Петра Симона Палласа, он пишет, что «трудолюбивый знаток Ништман» делал «лучшее вино, похожее на шампанское».

Ферма немцев Поволжья (Wolgadeutsche) близ озера Сарпа. Источник: Христофор Г. Гейслер. Альбом гравюр к труду «Замечания о поездке в южные губернаторства Российской империи». Иллюстрации П. С. Палласа (1793–1794)

Виноградники немецких колонистов постепенно поднимаются выше по Волге. В 1775 году академик Петр Симон Паллас, также побывавший на виноградниках близ Саратова, отмечал, что в колонии Верхняя Кулалинка (Паллас называет ее Holsteiner Colonie) в двух садах насчитывается больше 5 тысяч плодоносящих кустов винограда, разведенных выходцами с Рейна. Виноград по виду и вкусу не равнялся астраханскому, но вино из него, по мнению Палласа, получалось «несравненно лучше», чем в Астрахани, потому что виноград выращен на неполивных землях.

Успешную практику немецких колонистов планировалось распространять и на другие регионы виноделия. В правление Павла I, в 1798 году, обсуждается открытие первого училища виноградарства на Тереке – в районе Моздока или Кизляра. В качестве опытных мастеров и рабочих для ее организации Академия наук предлагает саратовских виноградарей и виноделов.

В конце XVIII века, благодаря разрешению Павла I вывозить на продажу виноградные напитки за пределы колоний, волжские вина появляются и за пределами немецких колоний. Дополнительные привилегии получают армянские землячества для производства вина и виноградной водки в Дербенте, на Днепре и в Крыму.

К концу XVIII века в России формируется достаточно сложный и разнообразный рынок вина. Его поставляют уже не только через Архангельск и Санкт-Петербург, но и через порты Черного моря. Среди стран-поставщиков почти вся мировая винная география того времени – от Крита и Персии до Южной Африки. Виноградников в разных регионах страны, от Саратова до Дербента, становится все больше, а торговля вином хотя и терпит периодически потери от конкуренции с «откупами», продолжает развиваться. Как бы подводит итог эпохе большой доклад Экспедиции государственного хозяйства императору Павлу I «Меры к размножению и улучшению в России виноделия и виноградного садоводства». На поставленные в этом документе вопросы и сформулированные задачи будут отвечать уже следующие поколения.

XIX век принесет настоящий бум развития собственного виноградарства и виноделия, почва для которого уже была подготовлена. И еще большую остроту приобретут вопросы торговли российским вином.

Петр Симон Паллас – немецкий и русский ученый-энциклопедист и естествоиспытатель

Гравюра к «Приветствию», напечатанная осенью 1717 года по случаю возвращения Петра I и Екатерины Алексеевны в Петербург после второго путешествия царя на Запад: Пресветлейшей Великой государыне Царице Всероссийской

Часть III

«И Дона сладкие, и крымски вкусны вина»

Открытие астраханского виноделия стало только первым шагом на собственном пути России как винодельческой державы. В конце XVII века казачьи виноградники начали распространяться по Правобережью Дона. Следующим важнейшим регионом в винной истории России стал Крым, где первый винный погреб и первые проекты поставки вин появились в первые же годы после учреждения Таврической области. Крым становится исторически важным регионом, где виноделие получает научную основу и постоянное «попечение государства». Здесь в 1825 году – 200 лет назад – появляется и первая «Компания по улучшению и продаже русских вин». Важная веха в истории виноторговли.

Из частных и