История виноторговли в России - Александр Владимирович Ставцев

В первой системной работе по виноградарству в России середины XVIII века донская земля приводится в пример того, как виноделие и продажа вина могут внести значительный вклад в развитие экономики страны. В статье «О разведении винограда», вышедшей в июльском номере журнала Санкт-Петербургской академии наук «Ежемесячные сочинения к пользе и развлечению служащие» за 1756 год, приводятся свидетельства того, что уже в этот период на Дону производились игристые вина.

«…Если бы у нас к такому полезному делу порядок заведен был, и мы особыми выгодами пользоваться могли, когда б довольствовались собственным вином, которое больше в укрепление нашего здоровья, а не в повреждение оного, что обыкновенно больше частью от иностранных вин бывает. А сверх того, когда бы еще и чужестранным народам посредством коммерции уделяли б российского вина, тогда б сверх описанной нами пользы последовал и прибыток нашему народу, которого он ныне лишен», – писал автор статьи (на столетия предвосхитив многие аргументы, которые приводились в пользу российского виноделия, в защиту экспорта и за ограничения импорта вина).

В качестве примеров того, как успешно может быть виноделие на русских землях около 50-й широты, прежде считавшихся слишком холодными для виноградных лоз, журнал приводит опыт Черкасска и Ведерниковской станицы (сейчас это хутор – пригород Константиновска), где разведение винограда достигло таких масштабов, что жители «при полным довольстве сего фрукта, и продажей его пользуются, а и того важней упражняются в делании вина с немалым искусством так, что оно в рассуждении доброты Крымскому, Волоссокому (молдавскому. – Прим. автора) и некоторым другим европейским винам не уступает, а во вкусе, хотя и не во всем, шампанскому равняется».

Во второй половине XVIII века достаточно подробные описания донского виноделия составляет академик Императорской академии наук Самуил Готлиб Гмелин, посетивший эти места в 1768–1769 годах. Он отмечает, что донские виноградники правобережной части долины тянутся от станицы Новогригорьевской (сейчас это территория Волгоградской области) вниз по Дону до самого устья. Что касается виноделия, то основной объем вина употреблялся здесь же, на месте. Исключение составляли вина станиц Раздорская и Цимлянская, где вина делалось достаточно, чтобы его продавать.

Развитие виноградарства в этот период связано и с тем, что жизнь на Дону становится более спокойной. Еще в 1737 году Цимлянская пережила большой набег кубанских татар. Станица взята не была, но ее округа была опустошена и немало казаков с домочадцами погибло. Однако уже три десятилетия спустя такие опасности отступают от донских берегов: после окончательного взятия и присоединения к России Азова в начале 1770-х годов беспокойный фронтир постепенно смещается к югу. Винограда, а затем и вина производится все больше.

К 1772 году академик Паллас оценивает производство вина для продажи на Дону в 70–80 бочек-оксофтов (до 3200 ведер, или примерно 40 000 литров), причем две трети этого объема приходилось на две станицы – Раздорская и Цимлянская. Также Паллас отмечает, что примеру станиц Раздорская и Цимлянская, где казаки занимались возделыванием винограда и виноделия наиболее успешно, следуют и жители других казачьих поселений: Кумшацкой, Золотовской, Бессергеньевской, Мелиховской, где также отмечено стремление к расширению площадей виноградников.

Успехи донского виноделия не прошли незамеченными и в столице. В конце XVIII века донское вино попадает на балы и пиршества в Санкт-Петербург. В 1791 году князь Потемкин дал в Таврическом дворце столицы великолепный прием, посвященный взятию Измаила, на котором присутствовали Екатерина II и весь цвет русской аристократии, а также иностранные послы. Бал был описан Гавриилом Державиным со всеми подробностями убранства залов и подававшихся к столу блюд. На пиру были представлены своими дарами все части Империи – от холодного Поморья до Сибири, из южных регионов привезли фрукты, виноград и вина. В их числе Державин упоминает «Дона сладкие» вина. Вполне вероятно, что это были именно игристые донские вина, которые к тому времени уже более полувека производились в регионе.

«Пресечь ввоз в Империю Нашу…»

Сладость донских игристых, которую отмечает Державин, стала одной из причин быстрого роста их популярности. Этому способствовало в том числе решение Екатерины II «Пресечь ввоз в Империю Нашу Французских товаров». В Указе сенату от 8 февраля 1793 года, помимо общего запрета на ввоз французских вин и водок, поименно были указаны шампанские и бургундские вина. Собственное же производство игристого вина на территории России на тот момент было наиболее распространено именно на берегах Дона. В первую очередь с донскими винами знакомятся жители близлежащих губерний, а к началу XIX века поставки в Москву становятся регулярными.

Казак, продающий цимлянское вино. фотография И. Болдырева, (1875–1876)

В правление Павла I создается особая комиссия (Экспедиция государственного хозяйства), в отчете которой говорилось о росте спроса на донские вина и росте доходности виноделия для донских казаков. В числе задач Экспедиции была и поддержка развития донского виноделия, улучшение качества вин. Для этого, в числе прочего, был составлен проект учреждения в станице Цимлянской казенного училища виноделия. Примерно в этот же период на Дону вновь появляются иностранные консультанты-виноделы: «С целью улучшения виноградарства и виноделия на Дону в атаманство А. И. Иловайскаго (1775–1797 г.) были выписаны виноделы из Бургундии», – пишет в своем историко-статистическом отчете о донском крае от 1900 года полковник Генерального штаба Российской империи Петр Семенович Балуев. Так или иначе, спрос на донские вина и, очевидно, рост их качества увеличил и цену на вино: к 1798 году стоимость ведра лучшего донского вина уже превышает 10 рублей.

В эпоху Наполеоновских войн поставки европейских вин в Россию вновь были приостановлены. С 1808 по 1814 год действовал заградительный тариф, который переключил внимание виноторговцев Москвы и Санкт-Петербурга с зарубежных вин на шипучие вина Дона. К 1810-м годам рост спроса на донские вина побудил царское правительство обратить внимание и на развитие технологии виноделия, в том числе на вопросы качества.

Активное участие в развитии виноделия на своей родине принял атаман Донского казачьего войска Матвей Платов. В 1811 году в юрте станицы Раздорская – одного из центров казачьего виноделия – по его приказу оборудован образцовый винный погреб. Для работы в нем, а также для разведения виноградников и обучения казачьей молодежи были приглашены виноделы из Германии. Помощь в этом вопросе оказало царское Министерство внутренних дел. На Дон из долины Рейна приехали купор (винодел) и двое бочаров: Яков Висман из Бибриха, а также Франц Миллер и Петр Зейтель из Эльтвиля. Задачей немцев было производство «вин на манер рейнских», однако основной упор в их производстве был сделан не столько на белые, сколько на выдержанные красные вина и игристые бутылочной выдержки.

Казачка, перебирающая виноград. Цимлянская станица, фотография И. Болдырева, (1875–1876)

Вина, сделанные в погребе Собачинского хутора (сейчас это хутор Пухляковский), продавались после выдержки в течение двух-трех лет и произвели сильное впечатление