Магия забытых душ. Книга 3 - Людмила Валерьевна Закалюжная

— У тебя отличные рекомендации из академии. — Кровосос внимательно изучал документы девушки. — Если себя покажешь, то скоро окажешься на седьмом уровне.

И Берта старалась. Она даже задерживалась на работе, чтобы стать одной из лучших. И, когда эрл Хэдбек вручил девушке жетон с цифрой семь, она чуть не запрыгала от радости. И была так горда, когда ее выбрали для ответственного дела — создания сложного зелья для важного клиента. А еще радовала хорошая зарплата, и вообще все было отлично, пока Берта однажды не задержалась на работе допоздна и не увидела, как в глазах эрла Хэдбека блеснула краснота, а потом он выпил ее зелье.

Тогда у девушки появились первые подозрения, дальше... больше. Только поделиться оказалось не с кем, да и страшно было рассказывать: а вдруг демоны прознают, и тогда... Потом в отделе появилась я, и Берта заметила, как за мной следили. И снова страх обуял бывшую однокурсницу. Даже серебряная спица, которую она купила у одной из ищеек, не помогала успокоиться.

Последней каплей стала командировка. Зельеваров с седьмым уровнем отправили в другой город создавать зелья для больницы. Вот тогда Берта увидела воочию, что творят демоны. Нападения на людей совершались не только ночью, но и днем... Бывшая однокурсница не была глупой, зельевары вообще все очень умны. Поэтому Берта догадалась, что зелье, которое она создавала для демонов в министерстве, помогало им не бояться солнечного света.

Я моргнула — и вот уже нахожусь на вершине горы. На самом краю стоял, ухмыляясь, Хозяин. Он держал Берту за шею. Девушка тряслась как осенний лист на ветру, с отчаяньем глядя на меня, а по ее щекам текли слезы...

— Не люблю предателей, — пророкотал главный демон.

— Помоги... Рози, — прошептала Берта.

Неожиданно Хозяин провел черным когтем по ее шее. Не было крови, не было раны. Но Берта вдруг застыла, ее глаза стали пустыми. Все напряжение, весь ужас, вся боль — все исчезло. На лице девушки застыла покорная улыбка.

— Теперь ты будешь совершенна, — произнес Хозяин, и его фигура начала расплываться. — И будешь делать для меня Хмур... вечно.

Карие глаза Берты превратились в красные, дерзкая усмешка коснулась губ.

«Кежвира!» Я рванулась вперед, но мир вокруг затрещал и рассыпался, как гнилая ткань.

Резко, с судорожным вздохом, будто вынырнув из ледяной глубины, я проснулась. Сердце колотилось так, что, казалось, вырвется из груди. Я села на кровати, обхватив себя за плечи. Что это был за сон? Предупреждение? Я гнала от себя мысль о том, что Берта могла уже погибнуть.

Глава 14

Машина Генри неслась по вечерним улицам Эндерби, и каждый поворот, каждое резкое торможение отдавались во мне дрожью. Я сидела, вцепившись в сиденье, и слушала его сжатый отрывистый отчет.

— Операция провалилась. Эрла Райнтри погибла. — Сыщик говорил, уставившись на дорогу, озаренную тусклыми фонарями.

— Все началось слишком хорошо, Рози. Мы заняли позиции вокруг охотничьего домика на озере. Эрла Райнтри вошла внутрь. Джозеф и я — мы были в укрытии, в старом флигеле, в пятидесяти метрах. У нас были артефакты для прослушки и записи.

Он резко свернул, и меня качнуло в сторону.

— Эрнст Вальтер приехал один. Он был... любезен. Подал ей руку, улыбался. Они сели у камина. И эрла Райнтри начала рассказывать о новых указах, о своем беспокойстве за портальщиков. Эрнст кивал, попивая вино. А потом... он сам заговорил. Тихо так, доверительно.

Генри замолчал, будто переводил дух.

— Он сказал, что перемены неизбежны. Что старые союзы прогнили. Что «новые партнеры» предлагают силу, о которой мы и не мечтали. Эрнст не называл демонов — он говорил о «просвещенных», о «сильных мира сего». А после начал жаловаться на сопротивление. Назвал имена, Рози. Имена тех, кто, по его словам, «цепляется за отжившие догмы и мешает прогрессу».

Я замерла, предчувствуя подвох.

— Он назвал эрла Кроника старым кротом, который зарылся в свой архив и сеет сомнения. Упомянул мастеров из деревни мастера Дагера. Те упрямо не желают делиться секретами. Назвал Руфуса — «ищейку со слишком живым воображением». И... эрлу Алчемист. Сказал, что ее отдел — рассадник старомыслия. Селестия... эрла Райнтри... давала ему говорить, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. Мы в укрытии записывали каждое слово.

Голос Генри стал тише.

— А потом эрла Райнтри подала сигнал. Она встала со словами: «Эрл Вальтер, именем совета старейшин ордена Серебряной Лилии вы арестованы по обвинению в сговоре с враждебными сущностями». Глава министерства лишь... рассмеялся. «Серебряная Лилия... Какое претенциозное название для клуба неудачников», — сказал он.

Эрла Райнтри не успела сделать и шага, как Эрнст щелкнул пальцами. И активировался артефакт, который, видимо, был заложен в фундамент домика еще до нашей встречи. Мы с Джозефом почувствовали... вибрацию. Тихий высокий гул, и земля задрожала. И свет. Тело Селестии на мгновение стало прозрачным, очерченным ослепительно-белым сиянием, будто ее душа рвалась наружу. Потом... хлопок. Негромкий. Будто лопнул пузырь. И она... просто исчезла. Не осталось ничего. Только легкий запах озона да холодное пятно на полу, где она только что стояла.

Я с нарастающим ужасом слушала Генри. Демоны знали все об участниках ордена. Знали, что эрла Райнтри не придет одна...

— Глава министерства поднялся и посмотрел в нашу сторону... в ту самую щель в ставнях флигеля, будто видел нас насквозь. Кивнул нам и вышел. Мы... отступили, как крысы из ловушки. Забрали оборудование. И теперь у нас есть запись, где он называет имена наших людей. Запись, которая в руках любого, кто не в курсе, выглядит как список предателей. А на самом деле... это наш смертный приговор. И список тех, за кем теперь будет вестись охота. Хозяин послал нам сигнал, — прошептал сыщик, наконец повернув ко мне бледное, искаженное яростью лицо. — Четкий и ясный. Орден раскрыт. Война объявлена.

Мне стало казаться, что мы едем не на собрание, а на военный совет. Эта тревожная мысль не покидала меня всю дорогу.

В зале особняка эрла Райдера оказалось пустынно — орден сильно поредел. Маги встретили нас с Генри хмурыми взглядами. Архивариус Кроник стоял у окна, он казался постаревшим на десяток лет.

Наше появление заставило всех замолчать. Десятки глаз устремились на нас. И в этих взглядах не было ни радости, ни облегчения. Были боль, усталость и... подозрение. Снова подозрения. Проклятье!

И тут раздался голос эрлы Алчемист. Она