Бабник: Назад в СССР 3 - Роман Фабров

по полной. Ещё за Светку сильно испугался… Даже думать об этом тошно. Мне как сегодня так страшно никогда в жизни не было — особенно когда они нас окружать начали. Я ведь, по правде говоря, драться толком не умею, ну ты и без меня это знаешь. А ты… Ты мало того что пацанов собрал, так ещё и этот спектакль у голубятни устроил. Я сначала даже не понял, что всё это шутка. Решил, что у тебя крыша окончательно поехала: взять и притопить хулиганов на карьере! Как ты вообще до такого додумался? Да и не слышал я, что у нас тут где-то рядом есть карьеры…

Я призадумался. Ну вот что я ему сейчас отвечу? Рассказать Мишке про теорию импровизации? Не поймёт он ни фига. Да ему и ни к чему всё это. В этом отсталом времени вообще кругом засада, из меня так и сыплются словечки из будущего, которые я еле успеваю придержать внутри себя, чтобы не ляпнуть чего лишнего. Не поймут. Впрочем, а чего я тушуюсь?

Поправив воротник, я сказал:

— Ну, хрен знает Миш, — Само собой как-то вышло. Я планировал просто подстеречь их тут и вломить по первое число, а как увидел этих гавриков — меня вдруг понесло.

«Ты, Мишка, многого про меня не знаешь», — мелькнула в голове циничная мысль. Там, в моём настоящем времени, люди и не до такого додумывались. Вот если бы ты хоть одним глазком увидел то, что я читал и смотрел в сети, у тебя бы волосы на голове дыбом встали.

Друг — он конечно друг и не станет болтать лишнего, но если кто другой узнает, что я не тот, за кого себя выдаю, даже при одном подозрении — сто процентов упекут в заведение имени Петра Петровича Кащенко, и сидеть мне там в комнате с мягкими стенами до конца жизни. Впрочем, это не факт…

Пока я прокручивал эти мысли в голове, Мишка, расценив моё молчание как готовность слушать дальше, шагнул вперёд:

— Ты мне теперь как брат, Лёха, понял? — с нажимом произнёс он. — По гроб жизни тебе обязан буду. Если бы не ты, вообще не представляю, как бы я жил дальше. Эти ублюдки просто сломали бы нам жизнь.

Мишка протянул мне руку — открыто, крепко, по-мужски. В свете уличного фонаря я заметил, как на его лице, рядом с огромным фингалом под глазом, блеснула одинокая скупая слеза, которую он тут же стыдливо смахнул рукавом.

Я крепко пожал его ладонь и, чуть улыбнувшись, подумал: «Сегодня я защитил хороших ребят, сделал доброе дело. И ради таких вот моментов точно стоило оказаться в этом месте и в это время».

Когда мы наконец свернули к нашему дому, возле заиндевевшей деревянной лавочки, что стояла у подъезда, обнаружились Зойка и Ленка. Как выяснилось, стоило там, у голубятни, завязаться драке, как девчонки по-тихому смылись, не желая смотреть на мордобой. Ленка вообще терпеть не могла все эти пацанские разборки, а Зойка до паники боялась вида крови. Вот они и прибежали сюда, решив дождаться нас с Мишкой возле дома. Подруги зябко кутались в зимние пальто и нетерпеливо переминали сапожками снег под козырьком — судя по их унылому виду, они уже прилично замёрзли.

Едва мы подошли ближе, Ленка коршуном бросилась к нам навстречу.

— Ну наконец-то! Всё получилось⁈ — громко зашептала она, сердито топая ножками. — Мы тут все испереживались, вы что, блин, так долго? Зойка, иди сюда, пришли они!

Притихшая Зойка робко шагнула вперёд. Но стоило ей в тусклом свете уличного фонаря перевести взгляд на физиономию Мишки Смирнова, как она брезгливо закрыла рот ладошкой в шерстяной варежке. Фингал у пацана ещё сильнее расцвёл.

— Ну и рожа у тебя, Смирнов, — пролепетала Зоя, кривя рот. — Вы там никого случайно не прибили?

— Да какой там, Зойка, скажешь тоже! — довольно хмыкнул Мишка, мгновенно расправив плечи. — Видела бы ты, как Рябой получил своё, аж пузыри кровавые пускал! Лёха там такое устроил…

— Ой, всё, заткнись, Смирнов, слышать этого не хочу! — Ленка брезгливо передёрнула плечами. — Мы как увидели, что этот ваш мелкий Соколов Колька кулаками махать начал, так сразу и слиняли. Терпеть не могу, когда мальчишки дерутся. Так что нечего мне тут подробности вашего мордобоя расписывать!

— Да ладно вам, девчата, не шумите, — улыбнулся я, поправляя шапку. — Всё правильно вы сделали. Нечего девочкам там делать. Вы главное — язык за зубами держите, ничего не видели, ничего не знаете, чтобы случайно до классной или участкового слухи не долетели. А то, сами понимаете, что будет дальше. Усекли?

Девчонки заговорщицки переглянулись и согласно закивали. Вечерний мороз всё-таки взял своё, и продолжать разговоры на пронизывающем ветру ни у кого уже не было желания. Всё обсудить можно и завтра в школе.

— Ну что, по домам, — Ленка первая предложила расходиться и потянула на себя дверь подъезда, из которого повеяло теплом. — Мишка, ты это… попроси свою маму синяки чем-нибудь помазать, а то сегодня в школе я как увидела твою разбитую физиономию — чуть не офигела! Или в поликлинику сходи, может, больничный дадут?

— Ну ладно, пока, мальчики! — на прощание сказала она и захлопнула подъездную дверь.

Смирнов что-то пробурчал невнятное вслед Лосевой, обдумывая её последние слова, и, тоже крепко пожав мне руку, пошагал к своему подъезду. Тяжёлая дверь за ним глухо хлопнула, оставив нас с Зойкой наедине.

— Ну что, пошли, моя правая рука? — улыбнулся я, поправляя воротник её пальто. — Провожу тебя до дома. Хоть тут и недалеко, а на улице, вон погляди, уже совсем стемнело. Мало ли какая шпана по переулкам шляется.

— Пошли, — тихо согласилась Зойка, пряча нос в пушистый цигейковый воротник. Она забавно семенила рядом со мной по хрустящему снегу. Мы вышли со двора и двинулись меж тёмными домами, срезая путь через неосвещённый пустырь. Ноябрьская темнота окончательно укутала город, и редкие жёлтые фонари над подъездами отбрасывали длинные, причудливые тени на обледенелую мостовую. В одном месте Зойка поскользнулась, едва не растянувшись на обледенелом асфальте, и инстинктивно ухватилась за мой локоть. Так мы и пошли дальше.

Она шагала молча, то и дело искоса поглядывая на меня из-под вязаной шапочки. В её глазах от недавнего испуга при виде разбитой Мишкиной физиономии не осталось и следа. Теперь в них читалось совсем другое чувство — смесь искреннего любопытства и того самого девичьего восхищения, которое пацаны в этом возрасте ценят превыше всего. А я шёл и думал.

Ну да, сегодня мне повезло разрулить опасную