Противоповстанчество - Дуглас Порч

истинную цену такой борьбы. В конце концов, отсутствие сражений не исключает страданий эпического масштаба, а идея победы на новых полях сражений современности остается такой же труднодостижимой, как и на старых.

Маленькая война на периферии Великой: Пауль фон Лёттов-Форбек и Томас Эдвард Лоуренс

Фон Лёттов-Форбек и Лоуренс являлись последними из знаменитой когорты солдат с журналистской репутацией, «пустивших корни», среди которых были капитан Ричард «Белый негр» Бертон, Джеймс Брук, Белый раджа Саравака, Джозайя «принц Гора» Харлан, и Чарльз «Китаец» Гордон — все они были персонажами более крупными, чем сама жизнь, которые, казалось, вышли из приключений Boys’ Own[92]. В их родословной были и вымышленные предки, такие как Дэниел Дравот и Пичи Карнехан из «Человека, который мог стать королем» Киплинга, и даже Маугли с Тарзаном — одичавшие дети джунглей, сочетавшие хитрость с владением языками животных и необыкновенными физическими навыками. Их потомками в фильмах недавнего прошлого стали Кевин «Танцы с волками» Костнер и Том «Последний самурай» Круз. Все они внесли свой вклад в романтизацию имперского авантюриста, которая в XX веке через пропаганду и популярную культуру передалась в Управление специальных операций (УСО) и Управление стратегических служб (УСС) и далее к «зеленым беретам» и силам специального назначения[93]. Эти жесткие, уверенные в себе люди действия олицетворяли мускулистую мужскую субкультуру, которая одновременно являлась и антимодернистским бунтом против изнеженного, женоподобного гражданского общества, и обещанием вернуть решение на поле боя в эпоху политической сложности и оперативного тупика посредством героических действий. [4] По мнению Джона Арквиллы, эту нишу в качестве «мастеров иррегулярных войн, которые сформировали нашу эпоху», заняли Пауль фон Лёттов-Форбек и Томас Эдвард Лоуренс. [5]

Пауль фон Лёттов-Форбек, которого называли «пруссаком старой школы», принял имперскую войну, став поначалу добровольцем в знаменитом формировании «Немцы на фронт!», отправленном в 1900 году для подавления восстания боксеров, а затем — участником геноцида гереро в 1904–1906 годах, в ходе которого он потерял левый глаз. Командуя Schutztruppe[94] в немецкой Восточной Африке в 1914 году, высокий, светловолосый 45-летний полковник решил держать развевающийся немецкий флаг где-нибудь в Африке, чтобы связать как можно больше британских войск. Невысокое мнение фон Лёттов-Форбека о британских войсках, приобретенное им во время службы в Китае, и отголоски традиции Фридриха Великого сражаться до победы, будучи даже в меньшинстве, убедили его в том, что он сможет осуществить свой дерзкий план.

Фото 3. Пауль фон Лёттов-Форбек в 1919 году.

И, на первый взгляд, он оказался прав — на протяжении четырех лет он по-партизански выживал, сохраняя мобильность своих сил и отказываясь от защиты обычных военных объектов. Его поклонники подчеркивают изобретательность его оперативных концепций, «не просто путем разворота с самого начала к партизанской тактике “бей и беги”, — пишет Джон Арквилла. — Нет, его особый блеск заключался в том, что он видел, как иррегулярные оперативные замыслы могут быть использованы для нанесения поражения основным обычным силам противника». По некоторым оценкам, на преследование горстки аскарипод руководством фон Лёттов-Форбека по всей Восточной Африке британцы привлекли до миллиона человек. «Таким образом, помимо огромного отвлечения военных сил, кампания против фон Лёттов-Форбека вызвала массовую нехватку рабочей силы в нескольких колониях, все экономическое производство которых сильно пострадало от такой потери». Наконец, заключает Арквилла, героическая стойкость фон Лёттов-Форбека перед лицом непреодолимых препятствий помогла укрепить моральный дух Германии в ходе долгой, изнурительной традиционной войны. [6]

Хотя кампания фон Лёттов-Форбека захватила народное воображение в Германии еще во время Великой войны и была мифологизирована после ее окончания, в то время его хождения вряд ли заслуживали даже небольшого упоминания среди огромного потока армий в Европе и на Ближнем Востоке, и не без оснований. В 1914 году британцы сосредоточились в Восточной Африке на том, чтобы лишить немцев портов для морских рейдеров и закрыть радиостанции. Преуспев в этом деле, они затем в 1915–1916 годах обратили свое внимание на завоевание Юго-Западной Африки, а после и Камеруна, — как по причине того, что Западная Африка была стратегически более важна, так и потому, что единственными войсками, доступными для борьбы в немецкой Восточной Африке, оказались второразрядные индийские дивизии, которых фон Лёттов-Форбек унизил, когда те попытались высадиться в Танге, к югу от Момбасы в Британской Восточной Африке в ноябре 1914 года. Бóльшую часть 1915–1916 годов британцы провели в успешной оккупации восточноафриканских прибрежных анклавов, включая Дар-эс-Салам, чему фон Лёттов-Форбек не смог ничего противопоставить. Британское давление на фон Лёттов-Форбека начало серьезно организовываться только с прибытием в марте 1916 года знаменитого лидера бурского сопротивления, ставшего британским империалистом Яна Кристиана Смэтса во главе преимущественно африканерских войск. И даже тогда фон Лёттов-Форбек получил отсрочку на несколько месяцев, потому что Смэтс, нацеленный на расширение Южной Африки, был больше заинтересован в предотвращении вторжения бельгийцев в Германскую Восточную Африку, контроле над районом Великих озер и обеспечении территории, которую он мог бы позже отдать португальцам в обмен на земли в Мозамбике. Горстка аскари под руководством фон Лёттов-Форбека, бродящая по обширным внутренним районам Восточной Африки вдали от жизненно важных прибрежных регионов и не представляющая угрозы для Южной Африки или Британской Восточной Африки, вряд ли представляла собой стратегический вызов на этом континенте, а тем более для исхода Великой войны в целом.

Когда летом 1916 года Смэтс все же обратил свое внимание на выслеживание немцев, фон Лёттов-Форбек бежал на юг, избегая сражения, однако вскоре Смэтс обнаружил, что его южноафриканские войска, организованные для действий в вельде в виде мобильной конной пехоты с вьючными мулами и повозками, плохо приспособлены к ведению кампании в муссонных, малярийных тропиках. В начале 1917 года Смэтс был отозван в Лондон, оставив своего преемника Дж. Л. ван Девентера усиливать истощенных болезнями африканеров Королевскими африканскими стрелками и африканцами из Западноафриканских Пограничных Сил, модернизировать вооружение и нанимать десятки тысяч носильщиков. В октябре 1917 года фон Лёттов-Форбек выступил и сразился с ван Девентером на реке Махива в бою, который он и Арквилла объявили немецкой победой, поскольку британские потери оказались выше. Но на самом деле река Махива обернулась стратегическим поражением, потому что фон Лёттов-Форбек израсходовал свои боеприпасы, потерял слишком много войск, чтобы продолжать вести позиционную оборону, и, как следствие, был вынужден бежать в Мозамбик, где его кампания отныне превратилась в кампанию по выживанию против малочисленного, и в основном неумелого португальского гарнизона. Фон Лёттов-Форбек оставался в Мозамбике до конца войны, после чего 25-го ноября 1918 года сдался родезийским войскам.