Мифы о женщинах Средневековья. Регентши и трубадуры, пираты и еретички - Анастасия Андреевна Паламарчук

битвы свирепой

ткать мы должны.

Сделаем ткань

из кишок человечьих;

вместо грузил

на станке — черепа,

а перекладины —

копья в крови,

гребень — железный,

стрелы — колки;

будем мечами

ткань подбивать![83]

Несмотря на грозный вид, валькирии не участвовали в сражениях лично и оставались наблюдателями. Любопытно, что в Вальхалле, на вечном пиру, валькирии возвращались к обычным женским обязанностям и прислуживали героям, поднося им напитки.

В некоторых сагах мы видим, как валькирии помогают воинам, кружа над ними во время сражения, и даже становятся их возлюбленными. Такова возвышенная история любви валькирии Сигрун и Хельги, изложенная во «Второй песни о Хельги Убийце Хундинга». Сигрун с другими валькириями скачет по небу, но при этом проявляет вполне человеческие чувства и рождает возлюбленному сына.

Из всех скандинавских авторов самый развернутый рассказ о женщинах, сражавшихся с оружием в руках, принадлежит Саксону Грамматику (1150–1220). Созданный им образ Ладгерды прочно вошел в современную культуру после выхода сериала «Викинги». Его сценаристы в общих чертах следовали рассказу автора «Деяний данов» о жизни Рагнара Лодброка, в том числе и о женитьбе героя:

«Среди них была и одна опытная в ратном деле женщина по имени Ладгерда, которая имела мужественное сердце, хотя и была лишь девушкой. С распущенными по плечам волосами она сражалась в числе первых среди самых отважных воинов. Все восхищались ее непревзойденными подвигами, так как ее развевавшиеся за спиной волосы выдавали, что она женщина. Расправившись с убийцей своего деда, Регнер принялся настойчиво расспрашивать у своих воинов об этой девушке, на которую он обратил внимание, когда она сражалась в первых рядах во время боя, признав, что лишь сила этой женщины принесла ему сегодня победу. Узнав, что она принадлежит к весьма известному среди варваров роду, он сразу же отправил к ней своих сватов»[84].

В «Деяниях данов» Саксона Грамматика Ладгерда и Рагнар проходят длинный путь, ведущий от ухаживаний к браку, рождению детей, совместным подвигам, а затем — к непониманию и расставанию. Исследователи этого средневекового текста сходятся во мнении, что детали занимательной истории Ладгерды — плод литературного творчества. Саксон Грамматик был благочестивым христианским монахом, который, однако, вырос на легендах о валькириях и Торгерд — то ли богине, то ли великанше-троллихе из языческого фольклора. Какое место могли занять валькирии в христианском мире Грамматика? Конечно, место амазонок, хорошо знакомых ему из античной традиции.

Связь Ладгерды и валькирий прослеживается в одном красноречивом эпизоде: когда она приходит на помощь Рагнару в битве[85], для описания обходного маневра автор использует латинское слово circumvolare — «облететь вокруг». Именно так кружили валькирии над полем сражения!

Ладгерда. Иллюстрация из книги «Северяне в Британии», 1913 г.

The Library of Congress

Возможно, существование в средневековой Скандинавии женщин-воительниц, воспетых во множестве современных фильмов и сериалов, подтверждают данные археологии? В десятках женских погребений на территории Скандинавского полуострова обнаружили небольшого размера секиры, ножи и наконечники стрел. Казалось бы, веское доказательство того, что скандинавские женщины участвовали в сражениях! Однако современные археологи весьма скептично относятся к такой возможности. Во-первых, предметы, помещавшиеся в захоронение, необязательно должны были принадлежать умершему, а могли быть приношением от родичей или близких. Во-вторых, перечисленные выше предметы использовались не только на войне, но и на охоте и в хозяйственных делах. Известно несколько погребений, в которых рядом с женскими останками находились мечи. Побывал ли он при жизни в руках женщины? Вероятно, но, скорее всего, не в качестве боевого оружия, а как атрибут языческой скандинавской магии[86].

Богатейшее литературное и историческое наследие средневековой Скандинавии позволяет нам понять, насколько важную роль играли женщины в обществе эпохи викингов. Они выступали во множестве ролей и ипостасей: королев, матриархов, верных подруг, мстительниц, жестоких убийц (таких как Фрейдис из «Саги о гренландцах»). Женщины в скандинавском обществе занимались ремеслами и торговлей, путешествовали и должны были уметь постоять за себя. Можно предположить, что многие из них имели элементарные навыки обращения с доступным оружием. Это, однако, не делало их профессиональными воинами.

Войны были постоянным фоном средневековой реальности, а следовательно, частью жизни любой женщины любого сословия и состояния. Отцы, мужья и сыновья отправлялись в походы и не всегда возвращались домой; в пожарах и осадах гибли жилища; женщины подвергались насилию, и если знатных дам и монахинь в какой-то мере охранял их статус, то простолюдинки были совершенно беззащитны перед нападавшими.

Войны Средневековья были преимущественно сезонными. В большинстве случаев кампании начинались весной и заканчивались осенью, с приходом холодов и распутицы. Кроме того, время, в течение которого вассалы были обязаны служить своему сеньору, было ограничено, и при благоприятном стечении обстоятельств хозяин замка никогда не покидал жилище и семейство на долгий срок. Все изменили Крестовые походы. Это были длительные войны на чужой, плохо известной территории, время их окончания не планировалось и зависело либо от одержанных побед, либо от поражений и истощения армии. Женщины оставались дома и были вынуждены выполнять все те обязанности, которые обычно лежали на плечах мужчин: сбор налогов, сеньориальный суд, подавление беспорядков, поддержание замкового хозяйства. Мужья доверяли своим супругам регентство над самыми крупными феодальными княжествами. Так поступили предводители Первого крестового похода: Роберт Фландрский препоручил графство Клеменции Бургундской, а Стефан Блуаский — Аделе Нормандской. Долгом женщин, оставшихся дома, была молитва о победе и благополучном возвращении своих родных.

Надгробие Альеноры Аквитанской в аббатстве Фонтевро, Франция. Фотография, 2017 г.

mountainpix / Shutterstock

Однако энтузиазм, связанный с крестоносным движением, был столь велик, что призыву взять крест и делом участвовать в освобождении христианских святынь Востока вняли не только мужчины, но и женщины. Это стало полной неожиданностью для инициатора Первого крестового похода папы Урбана II. Некоторые знатные дамы желали отправиться в Святую землю самостоятельно[87], но большинство участниц сопровождали своих мужей. У простолюдинок почти не было выбора: если глава семьи покидал дом на неопределенно долгое время, женщина оказывалась без кормильца и защитника, и эта перспектива пугала больше, чем опасности похода. Супруги лидеров Первого и последующих Крестовых походов отправлялись вместе с мужьями добровольно. Нужно сказать, что быт знатных воинов и рядовых рыцарей различался не так уж сильно. Жара, антисанитария, насекомые, болезни и другие тяготы похода сказывались одинаково на всех, поэтому нужно признать, что жены и сестры королей и князей, привыкшие к максимальному для своего