Бог, которому нужен врач - Владимир Дмитриевич Коваленко

Олег Викторович давно научился не испытывать радости и боли, но эти утки – единственное, что еще вызывало в душе что-то напоминающее теплоту и умиление. Милые неказистые утки не обращали внимания на комплекс, на военных, на секреты и государственные тайны, они просто забавно вышагивали по бережку или плавали, крутя хвостиками, из-за чего казались гостями из какого-то другого мира, из далекого безоблачного детства, когда вся жизнь была пропитана радостью и беззаботностью.

Олег посмотрел на замерзший пруд, попинал снег, походил кругами.

Варианта для проведения дальнейшего выходного у Олега было ровно три – киносалон, сауна с бассейном или кафе, поэтому он решил выбрать наиболее безболезненный, а именно скушать пирожное и поднять уровень эндорфина за счет сахарозы. С веществами в комплексе было совсем плохо, запрет на курение налагался для многих чинов, запрет на алкоголь был повсеместным, а за его употребление кроме ограниченных доз во время праздников и отгулов, следовало увольнение из закрытой структуры со всеми последствиями. О наркотических средствах нельзя было и думать, весь персонал базы сдавал тесты крови, мочи, кала, ногтей и волос.

В кафе никого не оказалось, кроме скучающего бармена-официанта. Из динамиков неслась песня Аллегровой, которая, видимо, не нравилась и самому официанту, но он свято чтил традиции отечественного общепита. Пирожное на вкус было похоже скорее на размягченный в сладковатой воде картон, а остывший чай из пакетика казался издевательством над мирозданием. Вместо удовольствия от пирожного, Олег получил только максимальное прижатие к земле и нарастающее чувство осознания своего земного пути. Глянув на часы, он нащупал в кармане пачку сигарет «Перекур» и вышел на улицу.

Когда он почти докурил, в кафе со странным бряцанием вбежала тень, которую Олег успел разглядеть краем глаза, казалось, что тень обладала азиатскими чертами лица и была одета в какой-то этнический синий костюм с золотой тесьмой.

Это был сигнал.

Олег Викторович неуверенно посмотрел на сигарету, потом на вход в кафе, проморгался, бросил окурок под ноги и вошел в помещение. В кафе случилось что-то труднообъяснимое, казалось, что за секунду сюда ворвались темные силы из потустороннего измерения – бармен лежал на полу с разбитой головой, стулья перевернуты, колонка с Аллегровой тоже лежала на полу, и из нее теперь неслась залихватская песня группы «Любэ». За барной стойкой с бешеными глазами стоял шаман в синем костюме, в левой руке он держал бубен, а в правой полупустую бутылку водки. Видимо, он только что ее почти опустошил и сейчас делал перерыв.

– Стой, стрелять буду! – по привычке, как его учили, крикнул Олег Викторович, кажется, не понимая, какую глупость он только что выдал.

Шаман уже собирался отхлебнуть водки из бутылки, но тут же разочарованно посмотрел на Олега.

–—Твою же мать, только этого не хватало, по-братски тебя прошу, отвали.

Олег молча двинулся прямо к шаману, но тот откинул бубен в сторону и выдернул откуда-то из-под костюма длинный нож с кровостоком и зазубринами для наматывания внутренностей.

– Не подходи, мне нужна эта водка, пока мухоморы не переварились, беги отсюда, мне нужно камлать.

Любая драка с человеком, который обладает оружием, заведомо проигрышная, это скажут все специалисты по рукопашному бою, каким бы прекрасным бойцом вы ни были, если у противника нож – вам не повезло, если у него пистолет, вам конец. Олег прекрасно знал, что все приемы по отъему огнестрельного оружия были показушным трюком и с действительностью не имели связи. Зная все это, Олег сделал шаг вперед.

– Да чтоб тебя, сгинь, зараза!

Крикнув эту фразу, шаман присосался к бутылке.

Олег ринулся к нему, думая успеть пройти в ноги и взять на болевой, но тут же получил бутылкой в голову. Было не больно, бутылка не разбилась, но на какое-то время он потерял координацию, а когда осознание вернулось, две бутылки водки с бара пропали, не было и бубна, а сам шаман убежал, видимо, через черный ход на кухне. Олег Викторович бросился туда же и, оказавшись на улице, направился к ближайшему зданию, куда скорее всего убежал шаман. На боковой технической двери не было ручки, только справа висел считыватель для пропуск-карты седьмого уровня допуска, которой у Олега не было. Он развернулся и увидел пять человек в полной экипировке, больше похожих на инопланетян с автоматами. Последний из них был выше и шире остальных, вместо шлема с маской и тактическими очками его маленькую голову с маленькими глазками и маленькими губами венчала огромная офицерская пехотная фуражка из парадного комплекта с серой окантовкой, что означало засекреченный род войск и звание. Мысль о том, зачем вообще человеку с повышенной секретностью нужна фуражка парадного образца, не успела толком обосноваться в голове Олега, как обладатель маленькой головы властно приказал:

– Руки за голову, мордой в пол.

Это была оперативная группа службы безопасности. На это и был расчет.

Весь последующий день до самой ночи Олег просидел в застенках с белой кафельной плиткой, куда его привели с закрытыми глазами. Окон в помещении не было, кроме серых стен, серого стола с двумя серыми стульями, не было ничего. Сколько прошло времени, Олег Викторович не знал, но мог сказать точно, что более десяти часов, за которые его развязали один раз, продолжая засыпать вопросами. Опытному офицеру ЦРУ, который теперь носил столь неблагозвучное для него имя «Олег Викторович», казалось, что он нигде не прокололся, что план сработает, и он передаст всю собранную оперативную информацию о закрытом комплексе, где шаманы гадают для правителей России. Периодически шаманам отдавали заключенных для выполнения различных работ или в качестве жертвы древним божествам сибирских просторов. Надо ли говорить, что такая информационная бомба сделала бы настоящий скандал. Разведывательный центр и он сам учли все моменты, подключили к плану побега сеть внедренных в комплекс сотрудников, которые не знали друг о друге, но были высочайшими профессионалами и могли осуществить любую деятельность с помощью координации из центра. Если схрон в лесу был оборудован давно, на случай срочного отзыва кого-то из группы внедрения, то оборудование для побега – дельтаплан, навигатор, молоток и прочие предметы – заранее филигранно вносились в комплекс и прятались, учитывая постоянные проверки, камеры и доносителей. ЦРУ учли время, место, расклад внутри комплекса и в иерархии особистов.

Они не учли одного, обычного военного раздолбайства, благодаря которому заключенных из камеры 234 и 243 перепутали местами.

Теперь, вместо ожидаемого освобождения, передачи информации, уходе в отставку, наград, пенсии, написания и презентации книги о страшных лагерях в России, выступления в