Как сделать бандита честным человеком - Ася Любич

Я поняла, если у кого-то из бандитов Золотарёва сдадут нервы — начнётся бойня.

Вместо того чтобы послушно идти к остановке, я, повинуясь безумному импульсу, метнулась за угол ангара

. Последняя в колонне чёрная «девятка» уже завелась, я точно помню, что Толя никогда не закрывает багажник на ключ, чтобы в случае чего взяться а оружие.

Почти на ходу я рванула крышку вверх, буквально ввалилась внутрь на запасное колесо и пропахшие бензином тряпки, и с силой притянула дверцу за внутреннюю ручку.

Машину резко подбросило на ухабе, я больно ударилась плечом о домкрат.

В кромешной темноте багажника, подпрыгивая на каждой кочке, я судорожно сжимала в руках свою сумку.

Именно здесь, под глухой стук колёс, мне в голову пришла абсолютно дикая, безумная мысль. Идея могла не сработать.

Поездка показалась мне вечностью. Наконец «девятка» затормозила, мотор заглох. Снаружи послышался тяжёлый стук закрывающихся дверей и шаги десятков ног. Я подождала полминуты, затаив дыхание, а затем аккуратно отжала защёлку и вылезла наружу.

Мы приехали на заброшенный пустырь за Лиговским проспектом, окружённый недостроенными бетонными корпусами, вдоль которых тянулась железная дорога.

Серый питерский день угасал. Метрах в пятидесяти от машин, прямо посреди пустыря, уже выстроились две ровные, хмурые группы мужчин.

С одной стороны — Слава в своей расстёгнутой чёрной рубашке, окружённый Толей, Пашей и парнями. С другой — силы Золотарёва. У Вовы за спиной люди в открытую держали наперевес укороченные автоматы. Атмосфера была накалена до предела, мужчины стояли друг против друга, разделенные лишь парой десятков метров.

Пригибаясь и прячась за капотами, я бросилась к переднему сидению. Мне повезло! На передней панели, поблёскивая антенной, лежал массивный радиотелефон. Толя с ним не расстается.

Я воровато открыла дверцу, нырнула на переднее сиденье и практически легла на пассажирское кресло, чтобы меня не заметили через стёкла. Схватив тяжёлую трубку, я трясущимися пальцами набрала городской номер Надиного магазина. Нажимая кнопки, я без остановки молилась всем богам, чтобы подруга была ещё там.

В трубке защелкало, пошли длинные, удушающие гудки. Один, второй, третий...

— Да! — раздался на том конце заплаканный, испуганный голос Нади. Она ответила!

— У тебя есть личный номер Золотарёва?! — без предисловий, переходя на свистящий шёпот, выдохнула я в трубку.

— Что?.. Вер, ты?!

— Есть или нет?! Быстро! — я почти кричала, косясь в боковое стекло. Там, на пустыре, Золотарёв уже сделал шаг вперёд, что-то злобно крича Славе прямо в лицо.

— Есть... Ну и что? — растерянно пролепетала подруга.

— Позвони ему прямо сейчас! Вот в эту самую секунду! Позвони и позови его на свидание!

— Ты с ума сошла?! Вера, я не готова так сразу. Да и куда?

— Если ты этого не сделаешь прямо сейчас, они положат друг друга! — перебила я её, чувствуя, как по спине течёт холодный пот.

— Прямо передо мной стоят две банды со стволами. Если начнётся стрельба, умрёт человек двадцать, не меньше! И Слава умрёт, понимаешь ты?!

— Вер... я тебя не понимаю... Какое свидание? — Надя в трубке всхлипнула.

— Позвони и позови на свидание! Какое угодно, Надь! Придумай на ходу! Хоть на катере по Неве покататься, хоть в ресторан, плевать! Главное — позови его прямо сейчас и скажи, чтобы ехал один! Пожалуйста! Это единственный шанс!

— Ладно! — рявкнула в отчаянии Надя и отключилась. В трубке раздались короткие гудки.

Я медленно опустила радиотелефон на сиденье, чувствуя, как сердце колотится в груди, словно сумасшедшее. Осторожно, едва приподнимая голову над приборной панелью, я уставилась в лобовое стекло, сжав кулаки и умоляя небо, чтобы Надя успела набрать его номер до того, как кто-то сорвётся.

Глава 27. Вера

Глава 27. Вера

Я затаила дыхание, не сводя глаз с пустыря. Секунды тянулись как резиновые.

И вдруг в кармане малинового пиджака Золотарёва глухо затрещал огромный, неуклюжий мобильник. Вова осёкся на полуслове, недовольно свёл густые брови к переносице и, бросив на Славу злой взгляд, вытащил трубку.

— Да! Кому там жить надоело?! — рявкнул он в динамик.

Но уже через мгновение его лицо изменилось. Карикатурная бандитская спесь сошла, сменившись глуповатой, масляной ухмылкой. Он скосил глаза на своих парней, прикрыл трубку ладонью и заговорил непривычно тихо, слащаво:

— Надюшка?.. Ты? На катере, говоришь?.. Да хоть прямо сейчас, козочка моя. Всё ради тебя. Уже лечу.

Я с невыносимым облегчением смотрела сквозь стекло машины, как мужики после короткого, недоумённого замешательства жмут друг другу руки, и обе банды начинают расходиться по машинам. План сработал. Надя смогла.

Понимая, что времени у меня в обрез, я тихо выскользнула из чужого салона и, пригибаясь, бросилась обратно к своей «девятке». Кое-как запрыгнула в душный, пахнущий бензином багажник и с трудом притянула крышку изнутри за секунду до того, как пацаны Вольского запрыгнули в салон.

Потом была долгая, вытрясающая душу дорога обратно в город. Машину швыряло на питерских колдобинах, а я сидела в темноте, обняв колени, и улыбалась от подступающей глупой эйфории. Наконец колёса зашуршали по ровному асфальту, автомобиль остановился, и мотор затих.

Крышка багажника с резким щелчком распахнулась. На меня хлынул яркий свет уличного фонаря, а над бортиком выросло огромное, совершенно обалдевшее лицо Толика. Он замер с монтировкой в руке, уставившись на меня так, словно увидел привидение.

— Владимировна?! А вы... вы тут как?!

— Всегда мечтала проехаться в багажнике, — искренне рассмеялась я, щурясь от света и пытаясь разогнуть затекшие ноги.

Толик протянул мне свою огромную, мозолистую ладонь и аккуратно, как хрустальную вазу, вытянул наружу. Я огляделась по сторонам, отряхивая джинсы от пыли.

— А мы где?

— У меня в районе, — Толик почесал затылок, кивая на знакомые очертания пятиэтажек. — Нашу «девятку» сюда отправили, переждать. Хотите в гости? Квартира, правда, холостяцкая...

— Нет, Толь, спасибо. Я лучше домой пойду.

— Так я вас отвезу! Тут три улицы всего.

— Да не переживай ты так, — я мягко улыбнулась ему, чувствуя невероятную лёгкость. — Я доберусь на такси. А тебе отдохнуть надо. Жаркий сегодня был денёчек.

— И не говорите, Владимировна, — Толик тяжело вздохнул, утирая пот со лба. — Повезло, что Золотарёву эта его баба звякнула. Он прямо там, на пустыре, по рации своим приказал: «Сдайте назад». Нам